Хочу рассказать вам, как с сентября изменилась моя жизнь. Каждый день я просыпаюсь в шикарном кондоминиуме в Марина дель Рей. Квартира великолепна: в ней две просторные спальни, высокие потолки, несколько окон выходят на океан. Пока не знаю, как использовать вторую спальню. Я планировала, что там будет жить Марта, но она решила больше не работать и уехать в Мексику. Я немного помогла ей: подарила пятьдесят тысяч долларов. Она заслужила эти деньги, и я могла себе это позволить: многие хотели купить дом отца, и его цена выросла.

Очень часто я просыпаюсь рядом с Лу. Мне он нравится. Может быть, я даже разрешу ему переоборудовать вторую спальню в мастерскую. Теперь я лучше понимаю работу папарацци. Лу не из тех, кто охотится за компрометирующими снимками. Нет, конечно, неплохо подкараулить целующуюся парочку и заработать приличную сумму. Но Лу не полезет на забор, чтобы сфотографировать обнаженную Джулию Роберте, когда она орет на своего бестолкового мужа. Можно сказать, он выполняет важную общественную работу: каждый хочет увидеть в прессе фотографии голливудских знаменитостей, и особенно они сами. Если вы позволите мне процитировать Лу: «Они недовольны, когда мы фотографируем, но еще громче жалуются, если их фотографии перестают появляться в журнале „Пипл“».

Дело в том, что я знаю: Лу — хороший парень. Разве я когда-нибудь забуду тот день, когда Тревис едва не захлебнулся в унитазе, а Лу разбил камеру врача «скорой помощи» прямо на подъездной дорожке? Тот снимок мог принести кучу зеленых, но он уничтожил его. Лу показал, какой он на самом деле.

А теперь расскажу вам о работе. Гриффин и Ленин стали партнерами и открыли офис в десяти минутах ходьбы от моего дома, на углу Уилшир и Оушн-авеню. Гриффин решил, что в Беверли-Хиллз слишком много народу, очень жарко летом и плохой воздух. И он прав по всем трем пунктам. Наш район расположен немного выше, отсюда открывается вид во все стороны, включая бассейн на крыше шикарного соседнего здания. Похоже, что в договор о найме квартир в этом доме включен пункт, допускающий отсутствие одежды. Любой мужчина, оказавшийся в нашем офисе, будь то агент, менеджер, курьер или кто-то из друзей, заводится, увидев, какие таланты «пропадают» около бассейна.

А наши замечательные кабинеты! Вся мебель изготовлена по специальному заказу, у каждого стола — роскошное кресло за шестьсот долларов. Сейчас в нашем офисе работают Гриффин, Чарлз — его ассистент-гей, только что окончивший Гарвардскую школу права, Ленни и я. Время от времени появляется чернокожий парень по имени Кенвин. Он настраивает компьютеры и телефонные линии, проверяет соединения проводов, и благодаря ему вся техника работает без сбоев. Мы называем его нашим специалистом по информации, потому что именно он помогает нам добыть любую информацию — легальную или нет — о ком угодно.

И еще — самое важное я приберегла напоследок. У меня есть отличные новости. Похоже, этим летом мы запустим в производство наш первый фильм «Бредущие в Шугарленде». Тревис будет играть в нем роль второго плана. Все должны понять: его нужно ценить не только за смазливую мордашку. Ну и, конечно, фильм поможет нам осуществить задуманное. Сейчас идут поиски актрисы на роль главной героини.

Да, чуть не забыла. Помните этого ненормального Джеба? С мускулами даже на мочках ушей? Он обручился с бывшей женой бывшего босса и, говорят, может теперь не работать до конца жизни. Нам это кстати, потому что каждые две-три недели мы просим его помочь Группе ассистентов Голливуда — сокращенно ГАГ. Я не могу точно объяснить, чем ГАГ занимается или кто в нее входит, но знаю — каждый ее член так или иначе участвовал в посиделках в «Трейдер Вик», которые до сих пор, между прочим, проходят с большим успехом. Думаю, вам не помешает небольшая подсказка. Вы видели когда-нибудь фильм «Звездная палата» с Майклом Дугласом? Судьи и адвокаты организуют там «комитет бдительности», потому что устали иметь дело с системой, при которой настоящие преступники оказываются на свободе из-за различных юридических формальностей. Теперь вы понимаете? Мы не наказываем людей в прямом смысле, а стараемся направить их на правильный путь.

— Чарлз, черт тебя побери! — кричит Гриффин на своего несчастного замученного ассистента, выходя из кабинета с ручкой в руке. — Это разве похоже на стержень среднего размера?

— Простите, сэр?

— Я просил средний стержень! Ты принес мне тонкий! Он царапает бумагу! Терпеть не могу писать таким!

— Извините, сэр, — опускает голову Чарлз.

— А ты чего уставилась? — смотрит на меня Гриффин.

— Ничего. — Я хитро улыбаюсь. — Мне кажется, здесь может потребоваться помощь ГАГ.

Гриффин сконфужен, и, черт возьми, не напрасно. Однажды мы обсуждали эту тему: как в Лос-Анджелесе власть портит людей. Хотя еще неизвестно, испортила ли людей власть или именно плохие люди ногтями и зубами прокладывают себе путь наверх. Честно говоря, я так и не знаю ответа. Если вы вдруг найдете его, пожалуйста, дайте мне знать.

— Извини меня, Чарлз, — говорит Гриффин.

— Я сбегаю в магазин во время ленча.

— Отлично. Соедини меня с Гамп.

Это значит, что он хочет поговорить со звездной сценаристкой Рейчел. Не знаю, почему он зовет ее Гамп, но признаю, это имя идеально ей подходит.