В кабинете было душно и жарко. Хэкет почувствовал это, едва переступив порог.

Из-за широкого стола навстречу ему поднялся мужчина с очень бледным лицом. Хэкет пожал его протянутую руку, ощутив ледяную холодность ладони.

Дональд Брукс, пятидесяти с небольшим лет, выглядел довольно импозантно — пожалуй, лишь несколько хлопьев перхоти на лацканах его серого костюма несколько нарушали безупречность директорского облика. Сквозь очки на Хэкета смотрели ярко-зеленые глаза. Рукопожатие Дональда Брукса было твердым, улыбка — дружелюбной.

— Моя жена вечно недовольна, — продолжал Брукс. — Даже летом мы не выключаем отопление. — Он сконфуженно пожал плечами и предложил посетителю кофе.

Несколько минут спустя появилась секретарша с подносом в руках. Поблагодарив ее, Брукс принялся просматривать представленные Хэкетом рекомендации.

— Прекрасно, мистер Хэкет, — проговорил наконец он. — Превосходная характеристика. Однако в школе, в которой вы преподаете, более девятисот учащихся, что, очевидно, затрудняет личные контакты с подопечными...

— Боюсь, что так. Впрочем, в Лондоне почти у всех подобные проблемы. А какова ситуация у вас?

— Что касается учащихся, их у нас до двадцати человек в классе, обычно — еще меньше, во многих шестых — по три-четыре ученика.

Хэкет одобрительно кивнул.

— Вы женаты, мистер Хэкет? — неожиданно спросил директор.

— Да, женат.

— Дети?

Хэкет замялся.

— Нет, — отрезал он, потянувшись к чашке. Отхлебнув, поморщился — кофе уже успел остыть. — У вас много претендентов на это место? — поинтересовался Хэкет, явно желая сменить тему.

— Вы четвертый, — сообщил Брукс. — И Скажу откровенно, вы меня очень даже устраиваете. Когда бы вы могли приступить к своим обязанностям?

Хэкет пожал плечами.

— Думаю, со следующей недели. Мне надо управиться с продажей нашего лондонского дома.

— Что ж, прекрасно. А сейчас, полагаю, самое время показать вам нашу школу. Должны же вы иметь представление о новом месте работы.

Хэкет широко улыбнулся и, поднявшись со стула, снова пожал руку директора. Они вместе вышли из кабинета. В приемной Хэкет на секунду задержался, чтобы еще раз взглянуть на поразивший его детский рисунок.

— Талантливый парнишка, — кивнул на рисунок Хэкет, отметив про себя имя юного художника.

Филип Крэйвен.

Брукс мельком взглянул на рисунок и молча вышел в коридор.

Хэкет последовал за ним.

Обход школы занял гораздо больше времени, чем предполагал Хэкет. Дорогостоящее лабораторное оборудование впечатляло. Очевидно, школа была одной из тех немногих, которых не коснулась новая бюджетная политика правительства.

Проходя мимо красного кирпичного здания, которое Хэкет уже видел, подъезжая к школе, Брукс сообщил, что это гимнастический зал. На расположенном рядом небольшом поле девочки играли в хоккей. Наблюдавшая за ними учительница, с бедрами русской чемпионки по толканию ядра и борцовскими плечами, носилась по полю с зажатым в губах свистком — зрелище, при виде которого мужчины невольно улыбнулись.

— Вас могут попросить взять на себя часть обязанностей тренера, — сказал Брукс. — Из ваших бумаг я понял, что вы проводили спортивные занятия в вашей школе. Вы человек спортивного склада, мистер Хэкет?

— В детстве я участвовал в школьных состязаниях по регби и футболу. Конечно, сейчас я далек от прежней формы. Но думаю, что справлюсь. Во всяком случае, сердечных приступов не будет, обещаю, — улыбнулся Хэкет.

Брукс взглянул на него с недоумением, словно не понял шутки, его била дрожь, он резко развернулся и зашагал прочь. Хэкет шел рядом. Солнце светило вовсю, но Брукс, похоже, совсем продрог. Он то и дело потирал руки, восстанавливая кровообращение.

— Как вам известно, вместе с должностью в ваше распоряжение предоставляется дом, — сказал он. — Его я вам тоже покажу.

Пара ив росла в разбитом перед входом небольшом садике, который выглядел несколько запущенным. Траву давно не стригли, а в трещинах бетонной дорожки уже пробивались сорняки. «С этим можно справиться за выходные», — подумал Хэкет.

Дом, отделенный от школьной территории зарослями кустарника, выглядел довольно привлекательно. Во всяком случае, черепица с крыши не осыпалась. Да и стены, выкрашенные белой краской, смотрелись неплохо. Бросалась в глаза лишь новизна парадной двери. Ее еще не выкрасили в такой же скучный желтовато-коричневый цвет, как рамы на окнах, и создавалось впечатление, что дверь навесили несколько дней назад.

Пошарив в кармане, Брукс вытащил ключ и отпер дверь, пропуская Хэкета вперед.

За узкой прихожей начинались ступеньки, ведущие наверх и покрытые жесткой ворсистой дорожкой цвета ржавчины.

— И сколько уже времени дом пустует? — поинтересовался Хэкет.

— Недели две, — ответил Брукс, толкнув дверь в гостиную.

Ковер на полу отсутствовал, и туфли Хэкета гулко застучали по голым доскам. На стенах висело несколько гравюр, в углах расположились кресла, покрытые чехлами.

— Скажите, а учитель, который жил здесь прежде, — проговорил Хэкет, обводя комнату взглядом, — почему он съехал?

— Это произошло внезапно, — сказал директор, направляясь в столовую.

— Что это был за человек? — спросил Хэкет.

— Со своими обязанностями он справлялся, — ответил Брукс, очевидно считая подобный ответ исчерпывающим.

Они прошли на кухню, затем вернулись в прихожую и поднялись наверх, где находились три спальни.

— У него были дети? — спросил Хэкет.

— Он не любил, когда вмешивались в его частную жизнь, мистер Хэкет, — сухо заметил Брукс.

— Я ведь просто так спросил, — смущенно пробормотал Хэкет.

Брукс повернулся и направился к лестнице.

— Надеюсь, осмотр вас удовлетворил? Мне пора возвращаться к своим обязанностям.

— Понимаю, — кивнул Хэкет.

Выйдя из дома, Брукс запер дверь и для верности подергал ручку, проверяя надежность замка.

— Учитель, который здесь жил, съехал тайно, ночью. Я не знаю почему, мистер Хэкет. Надеюсь, вы окажетесь более надежным человеком.

Директор зашагал по дорожке, оставив Хэкета на верхней ступеньке крыльца.

— Съехал тайно, ночью? Гм... — пробормотал себе под нос Хэкет.

Его мысли прервал звонок. Сигнал к ленчу.

В считанные минуты школьный двор заполнили дети, и воздух огласился звонкими голосами.

Возвратившись в кабинет, Брукс прижался к радиатору, щеки его постепенно окрашивались бледным румянцем. Так он и стоял, пока Хэкет благодарил его за экскурсию по школе и дому. Наконец они распрощались. Хэкет вышел из здания школы и, с трудом пробираясь сквозь толчею на школьном дворе, добрался до своей машины. Лишь тогда Брукс отлепился от радиатора и подошел к окну, наблюдая за учителем, выезжавшим через школьные ворота на дорогу.

— Я принял его, — сказал Брукс, когда в кабинет зашла высокая женщина.

— Он задавал много вопросов? — поинтересовалась она.

Брукс кивнул.

— Он хотел знать, почему его предшественник так внезапно уехал и что он собой представлял.

— И что вы ему ответили?

— Правды, во всяком случае, я не сказал, — проговорил Брукс, потирая руки. — Я не настолько глуп.