Ноль часов восемь минут.

Остановив машину перед домом, Хэкет взглянул на встроенные в приборную панель часы.

Сглотнув слюну, смешанную с кровью, попытался справиться с тошнотой, вызванной соленым привкусом во рту. Когда он выбирался из машины, рана в спине болезненно запульсировала, дал о себе знать и порез в предплечье. Превозмогая боль, Хэкет заспешил к дому, на ходу подбирая нужный ключ.

Дом встретил его тишиной.

Телевизор молчал.

Свет нигде не горел.

«Видимо, Сью в постели», — подумал он.

С трудом переводя дыхание, Хэкет стал взбираться по ступенькам. Дойдя до середины лестницы, он позвал ее.

Никакого ответа.

Преодолев подъем, он прислонился к стене, чувствуя, что слабеет от накатывающей волнами боли. Он подумал уже, что сейчас потеряет сознание, но тут слабость прошла, и он направился в спальню, вновь окликая жену.

Комната была пуста.

Хэкету даже в голову не пришло, что надо проверить другие комнаты — наверху. Он бросился вниз, зажигая на ходу свет и выкрикивая ее имя.

В коридоре он увидел кровь.

На двери кухни крови было еще больше.

Он пинком распахнул ее.

Задняя дверь оказалась открытой и слегка постукивала о косяк при каждом порыве ветра. Стол и два стула валялись перевернутыми. В помещении все было вверх дном.

Шепча имя жены, он обратил внимание на клочок бумаги, засунутый в сушку возле мойки.

Хэкет схватил записку и стал изучать большие, по-детски неровно выведенные буквы. Разобрав слова, он почувствовал, что его начала колотить дрожь.

«ПРИХАДИ В ШКОЛУ. ПРИХАДИ И ЗАБИРАЙ СВАЮ ГРЕБАНУЮ ЖЕНУ».