У Мег ломило все тело, но она чувствовала себя так, будто плыла на облаке.

Где она?

Тело не слушалось ее. Она не могла даже открыть глаза. Однако ей все же удалось в конце концов слегка приподнять веки до узенькой щелки.

Тошнота накатила так быстро и так сильно, что веки ее мгновенно снова сомкнулись.

Теперь она окончательно очнулась. Сонное тельце Джейка, теплое и тяжелое, уютно притулилось возле нее — знакомое приятное чувство. Корабль мерно покачивался под ними, и обычные скрипы и потрескивания оснастки раздавались над головой.

Она снова погрузилась в забытье. Но вдруг резко пришла в себя, как от болезненного удара.

Нет!

Все не так. Она не может находиться на «Непокорном». Они с Джейком сбежали. Они плыли в Ирландию... а потом начался шторм...

Она никак не могла вспомнить, что случилось во время шторма. Очевидно, что-то пошло совершенно не так. Кавершем нашел их.

О Господи!

Она лежала совсем неподвижно, сдерживая судорожные рыдания, рвавшиеся из горла. После всех ее усилий... она ведь так тщательно все спланировала. Она потратила годы, планируя этот побег, храни ее Бог. Это был единственный шанс им с Джейком спастись.

И теперь Кавершем накажет их обоих. Он уж постарается, чтобы это не повторилось впредь.

Она теснее прижала Джейка к себе, зарывшись лицом в спутанные волосы мальчика. Они уже не были такими по-детски мягкими, как обычно, а затвердели, пропитавшись солью и терпким запахом морской воды.

— Мег?

Она застыла, перестав дышать. Она не узнала этот голос... и все же он показался ей знакомым.

Сердце бешено колотилось в ее груди. Она снова попыталась приподнять веки. В каюте было светло, но у нее все расплывалось перед глазами, и она не смогла ничего увидеть. Боль разрывала ей голову, к горлу подступила тошнота. Она прищурилась, пытаясь разглядеть фигуры и тени, маячившие перед ней.

— Вам больно? — Голос был ласковым, полным сочувствия. Она не привыкла к тому, что мужские голоса могут звучать вот так. Она привыкла к грубым гортанным голосам матросов с корабля Кавершема. И к голосу самого Кавершема, холодного аристократа. Дрожь охватила ее при воспоминании о его голосе.

А затем ее осенило. Она прищурилась сильнее, и неясные цветные пятна превратились в незнакомую каюту, которую она никогда раньше не видела. Это не «Непокорный». Кавершем не нашел ее.

Ее нашел кто-то другой.

Она не знала, плакать ли ей от облегчения или от страха. И все же, кто бы это ни был, он не мог оказаться таким же ужасным, как Кавершем, случись тому поймать их.

Темно-каштановые волосы Джейка мешали ей разглядеть каюту, и она, преодолевая боль, попыталась поднять голову. Джейк тихонько заворчал и теснее приник к ней. Она крепче прижала его к себе. Прежде всего она поблагодарила Бога за то, что они все еще вместе. Она не знала, что произошло, но вполне могло так случиться, что они потеряли бы друг друга. Он для нее был важнее всего в жизни, и пока он с ней, она сумеет защитить его.

Она часто заморгала. Это несколько улучшило зрение, и она моргнула еще несколько раз. Она увидела кожаные брюки, заправленные в до блеска начищенные черные высокие сапоги, веллингтоны, и синий камзол с рядом золотых пуговиц, — все это намного красивее того, что носили люди Кавершема, хотя сам Кавершем был завзятым щеголем.

На этом мужчине, однако, одежда сидела великолепно, чего никогда не удавалось добиться Кавершему. Брюки плотно облегали мощные мускулы бедер. Камзол подчеркивал узкую талию, раздаваясь к сильным широким плечам. Мужчина казался невероятно высоким.

Наконец она взглянула ему в лицо. Оно показалось знакомым, как и голос, но кто он такой? Она нахмурилась. Что-то в его облике...

Он смотрел на нее сверху вниз. Губы его слегка приоткрылись, словно он собирался сказать что-то, но растерял слова, прежде чем успел их произнести.

Он моргнул, и ее взгляд устремился к его глазам — темным, как шоколад, с мелкими вкраплениями янтаря. Прекрасные глаза. Глаза, которые совсем не изменились.

Должно быть, она спит и грезит. Ей примерещилось видение. Долгие дни в шлюпке с «Непокорного» и шторм замутили ее разум. Наверняка она в этот самый момент лежит на скамье в утлой лодчонке, дрейфующей в сторону Ирландии.

— Мег, — прошептал мужчина.

И его Имя — как и все, связанное с ним, — мгновенно вспыхнуло в мозгу.

Коммандер Уильям Лэнгли.

Она обхватила обеими руками Джейка и крепче прижала его к себе. Мальчик был единственной ее связью с реальностью. Если она потеряет его, у нее ничего не останется. Ребенок замер, и, взглянув на него, она увидела, что он проснулся и испуганно смотрит на нее.

Она снова подняла взгляд на мужчину — нет, коммандера Лэнгли. Он по-прежнему стоял здесь, бледный и неподвижный. В его темных глазах кипели эмоции, которые она не могла определить.

Как ей следует обращаться к нему? Когда они виделись в последний раз, она называла его Уилл. Но это было много лет назад. Наверняка такое обращение было бы неуместно спустя столько времени. Она судорожно сглотнула. Тугой комок подкатил к горлу.

— Коммандер Лэнгли? — Ее голос оказался низким и надтреснутым.

Он с шумом выдохнул и накрыл ее ладонь, лежавшую на спине Джейка, своей, тяжелой и теплой.

— Да, это я. Уильям Лэнгли.

— Как?.. — Она осеклась.

Он помедлил, затем сдержанно улыбнулся ей:

— Мы нашли вас. В дрейфующей шлюпке со сломанной мачтой. Вы были без сознания с тех пор, как мы подняли вас на борт.

— Джейк? — Она снова посмотрела на мальчика. — С тобой все в порядке, дорогой?

— Ммм... хмм, — промычал он, серьезно кивнув.

Она попыталась сесть на постели, но все закружилось вокруг нее, в глазах потемнело, и она вцепилась в покрывало, чтобы удержаться.

Тотчас же сильные руки обняли плечи, поддерживая ее.

— Вот так. Ложитесь. Мы обнаружили шишку у вас на голове. Похоже, вас здорово ударило мачтой, когда она сломалась.

— Я думала, я... Я собиралась... — Она качнулась вперед. Это было уж слишком. Немыслимо, что после стольких лет она оказалась на одном корабле... с кем бы вы думали? Из всех людей в мире — именно с Уильямом Лэнгли.

Немыслимо, что ее вот-вот стошнит на его прекрасное шелковое покрывало.

— Извините, — простонала она, изо всех сил стараясь сдержаться. Но ей это не удавалось. Словно сообразив, что он может оказаться мишенью неотвратимого несчастья, Джейк поспешно отодвинулся от нее.

— Держитесь, — пробормотал капитан Лэнгли.

Она крепко зажмурила глаза и сосредоточилась на быстром топоте его сапог по деревянным доскам пола.

Спустя несколько секунд его рука снова обнимала ее плечи.

— Вот так. Наклонитесь вперед. Я держу вас.

Открыв глаза, она увидела серебряный блеск жестяного ведерка, которое он поставил ей на колени. Она наклонилась вперед и извергла в ведро скудное содержимое своего желудка. А Уильям Лэнгли отводил с лица назад ее волосы.

Многие годы она мечтала о том, чтобы снова увидеть этого мужчину. Но ни разу в ее мечтах о встрече не присутствовали желчь, нестерпимая головная боль и ужасное головокружение, такое сильное, что она не способна была ясно мыслить.

Когда рвота кончилась, Мег склонилась над ведром, тяжело дыша, и слезы струились из ее закрытых глаз.

— Простите меня, — прошептала она. — Не думала, что наша встреча будет именно такой.

Его пальцы сжали ее плечо.

— Вам не за что извиняться.

Он унес ведро, а когда возвратился, то вытер ей губы носовым платком, а затем сунул ей в руки стакан. Она открыла глаза и взглянула на розоватую жидкость, а потом перевела взгляд на него, вопросительно приподняв брови.

— Разбавленное водой вино, — пояснил он.

Она осторожно отпила глоток. Вода отдавала вином, но его было немного, и смесь легко заструилась по горлу, избавляя рот от мерзкого вкуса. Она весело улыбнулась Джейку. Тот отскочил на фут от кровати и все еще смотрел на нее с испугом. Она протянула ему руку.

— Теперь тебе не нужно бояться, дорогой. Теперь мы в безопасности.

Она посмотрела на Уильяма Лэнгли и вознесла безмолвную молитву, чтобы ее слова оказались правдой.

Восемь лет — долгое время, но она не сомневалась в том, что Уилл, которого она знала, непременно защитит ее от такого злодея, как Джейкоб Кавершем. Ей только оставалось надеяться, что время не слишком изменило его характер.

Когда Джейк взял ее руку, она сказала:

— Хочу представить тебя этому джентльмену. Его зовут коммандер Лэнгли, и он мой старый друг. — «Прежний возлюбленный». — Коммандер Лэнгли, это Джейк, мой... — Ее голос прервался.

Когда они бежали с «Неукротимого» в Ирландию, Мег собиралась выдавать Джейка за своего сына. Капитан Лэнгли был первым человеком, которого она увидела после побега, совершенного несколько суток назад.

По какой-то причине она не могла заставить себя сказать ему, что она мать Джейка. Она закрыла глаза, а когда открыла их, то была бесконечно благодарна коммандеру за то, что тот не стал дожидаться, пока она закончит фразу.

Он серьезно протягивал руку Джейку.

— Рад познакомиться с тобой, парень.

— Подай ему руку, — сказала Мег. — Как я тебя учила. Помнишь?

Джейк неуверенно протянул руку. Капитан Лэнгли взял его маленькую ладошку в свою и крепко пожал.

— Отлично. Теперь, когда мы с тобой друзья, я надеюсь, ты больше не станешь пытаться выпрыгнуть за борт?

— Извините. Он очень легко пугается и, видимо, пришел в ужас, когда вы поднимали нас на борт, — попыталась объяснить ситуацию Мег.

Уилл ласково улыбнулся Джейку.

— Все в порядке, — сказал он ему. — Конечно, ты испугался, когда тебя окружили незнакомые мужчины, а твоя мама была без сознания.

Он слегка подчеркнул интонацией слово «мама». Мег поняла, что это вопрос, а он умолк в ожидании подтверждения или поправки. Она ничего не сказала, только опустила взгляд, пытаясь скрыть краску, вспыхнувшую на щеках.

Мег знала, что теперь он сочтет, будто это правда. Все складывалось так, как и следовало. Хотя в ее намерения вовсе не входило встретиться именно с этим мужчиной, когда она замышляла побег от Кавершема. Она готова была столкнуться с осуждением светского общества — это общество мало значило для нее теперь, после всего, что ей пришлось перенести. Но столкнуться с осуждением Уильяма Лэнгли... от одной мысли об этом у нее учащенно билось сердце.

Глядя на Джейка, она заставила себя говорить:

— Ты больше не должен бояться. Я уверена, что коммандер Лэнгли обязательно поможет нам.

Когда она подняла взгляд на Уилла, не в силах скрыть мольбу в своих глазах, он вежливо склонил перед ней голову с непроницаемым выражением на лице.

— Я помогу вам всем, что в моих силах, конечно. Должен ли я вернуть вас вашему мужу? Где?..

— Я не замужем, — быстро выпалила Мег.

Он приподнял одну бровь.

— Понятно.

Она собиралась сообщить всем, что отец Джейка умер, но в очередной раз слова застряли у нее в горле. Она научилась изворачиваться за последние годы, но лгать этому мужчине о подобных вещах...

Она и мысли не допускала солгать ему, когда они любили друг друга так много лет назад. Лучше, чем кто-либо еще, даже ее сестра-близнец, Уилл знал настоящую Мег. Солгать ему сейчас казалось предательством.

Но она знала, что должна это сделать. В любом случае она и так уже случайно солгала ему недомолвкой.

Она сделала глубокий вдох и заставила губы сложиться в подобие печальной улыбки.

— Теперь остались только мы с Джейком, — сказала она тихо.

— A-а. Значит, отец его умер?

При упоминании об отце Джейк жалобно захныкал и теснее прижался к Мег. Она знала, что это из-за страха перед Кавершемом, но капитан Лэнгли истолковал это как подтверждение.

— Мне очень жаль, — сказал он тихо и похлопал Джейка по спине, пытаясь утешить мальчика. — Извини, парень.

Не решаясь взглянуть ему в глаза, Мег отрывисто кивнула.

— Нам нужно попасть в Корк. Семья моего отца живет неподалеку оттуда, и они примут нас к себе.

Уилл хмуро посмотрел на нее.

— А как же остальная ваша родня? Ваша мать и сестры?

Ее сестры. Она мечтала воссоединиться с сестрами — в особенности с Сереной — почти так же часто, как мечтала снова увидеть Уилла. Но если она отправится к матери или к сестрам, Кавершем наверняка найдет ее, и все они окажутся в смертельной опасности. Она давно уже примирилась с тем фактом, что если она хочет обеспечить родным безопасность, то не должна больше никогда с ними встречаться.

Отправиться в Корк к родственникам отца — совсем другое дело. Кавершем ничего не знал об этой ее малоизвестной родне.

Прищурив глаза, Мег взглянула на дальнюю стену, на медную масляную лампу, привинченную к стене. Сейчас она не горела — яркий солнечный свет обильно струился сквозь ряд иллюминаторов в стене. Помещение в целом было обставлено слишком роскошно для корабельной каюты. Она внезапно поняла, что скорее всего находится в каюте капитана.

— Может быть... мне следует переговорить с вашим капитаном?

Несколько секунд он озадаченно смотрел на нее, словно ее вопрос вырвал его из глубоких раздумий. Затем легкая улыбка тронула его губы.

— Я и есть капитан «Свободы». Я больше не коммандер. Уже пять лет, как я оставил военную службу. Это мой корабль, и я, между прочим, сам его сконструировал.

Довольно долго они просто смотрели друг на друга. Радостное чувство охватило ее. Когда она знала его много лет назад, его заветной мечтой было командовать своим собственным кораблем. По-видимому, ему удалось осуществить эту мечту. Она никогда и не сомневалась в этом.

— Я рада за вас, — тихо сказала она.

— Благодарю. — Его взгляд остановился на ее лице, а затем скользнул ниже. Внезапно смутившись, она едва устояла перед порывом прикрыться одеялом.

Он слегка нахмурился.

— Есть одна... трудность. У меня нет женщин на борту, чтобы помогать вам.

Она покачала головой:

— Мне никто не нужен, но благодарю вас за заботу.

— У нас нет подходящей одежды, нет и удобной ванны для вас. Мне очень жаль. Все, что я могу предложить вам, — это свежая теплая вода.

— Мы с благодарностью принимаем помощь. — Ее тело покрыто солью и грязью, Джейк в том же состоянии. Если выжать мокрую тряпку над ее головой, это поможет прочистить ее спутанные мозги.

— Возможно, мне удастся раздобыть кое-какую одежду для мальчика. — Уилл похлопал пальцем по подбородку. — Гернси, один из моих матросов, карлик и почти такого же роста, но несколько шире, мне кажется. Придется немного убрать в поясе.

Мег посмотрела на Джейка. Его ангельское личико было испачкано грязью, а рубашка настолько пропиталась солью, что невозможно было поверить, что когда-то она была белой. Мег с притворной суровостью окинула его взглядом.

— Ты опять спал на дне шлюпки, не так ли?

Мальчик кивнул, и Мег тяжело вздохнула. Джейк очень боялся плыть в маленькой шлюпке, и каждый раз, когда волна перехлестывала через борт, он с визгом бросался на дно. Мальчик родился в море и провел там большую часть своей жизни. Но, несмотря на то что он умел вязать узлы не хуже других матросов, даже тех, что были вчетверо старше его, Мег не знала никого, кто бы меньше его годился в моряки.

— Простите, но у меня нет одежды для вас. — Капитан Лэнгли — нет, для нее он был и навсегда останется Уиллом — грустно улыбнулся ей. — По правде говоря, вы первая леди, нога которой когда-либо ступала на палубу «Свободы».

— «Свобода», — повторила она, упиваясь звучанием имени корабля. — Для меня большая честь быть первой женщиной на борту. А что до одежды... Я обойдусь. — Она откинула в сторону покрывало, все еще закрывавшее ее колени, спустила ноги с койки, а когда приступ тошноты прошел и она почувствовала, что в состоянии держать равновесие, осмотрела свое платье. Это действительно была катастрофа — юбки оказались порваны и испачканы грязью, а кружевная накидка, прикрывавшая лиф платья, изодралась в клочья. Безнадежный случай.

Судя по выражению его лица, Уилл пришел к аналогичному заключению. Он сурово нахмурился. Затем встретился с ней взглядом и тихо сказал:

— Я что-нибудь придумаю.

Прошло уже очень много времени с тех пор, как кто-либо мог заставить ее смутиться. Она вдруг почувствовала себя той Мег, которой была восемь лет назад. Похоже, та Мег, которую она считала давно умершей, начала пробуждаться от слишком долгого сна.

— Благодарю вас, — смущенно пробормотала она.

Уилл протянул Джейку руку.

— Пойдем со мной, парень. Поищем для тебя горячей воды и какую-нибудь одежду.

Джейк вцепился в руку Мег, с подозрением глядя на Уилла. Тот ласково улыбнулся ему:

— Знаешь, что я велел коку испечь сегодня?

Джейк посмотрел на Мег, затем снова на Уилла.

— Пирожки с персиками. — Уилл подмигнул мальчику. — Он клялся, что они предотвращают цингу, но мне просто нравится хрустящая корочка и сладкий соус. Ты любишь пирожки с персиками?

Джейк кивнул и, к удивлению Мег, осторожно взял Уилла за руку.

— Отлично, — сказал Уилл. — Мы дадим твоей маме немного побыть одной, но скоро вернемся, хорошо?

Джейк снова кивнул.

Мег поморщилась. «Твоей маме».

Ну что ж, в некотором смысле это было правдой. Теперь у Джейка никого не осталось, кроме нее. И она исполнит обещание, данное Саре. Она станет для мальчика матерью, несмотря ни на что.

— Пойдем. — Уилл взглянул на Мег. — Поговорим позже. А теперь, я думаю, важнее всего вам помыться и почувствовать себя лучше.

Уилл повел за собой Джейка на палубу. Мег долго смотрела на дверь, после того как она закрылась за ними. Она ни разу не видела, чтобы Джейк вот так легко ушел с незнакомцем. Обычно — и по вполне объяснимой причине — у него уходили недели на то, чтобы привыкнуть к человеку.

Правда, Джейк доверял Мег, как никому другому, а она сказала ему, что Уилл хороший человек. Он ей поверил. И ласковое, дружеское обращение Уилла подтверждало это.

Корабль слегка покачивало на волнах, и Мег неуверенно поднялась, ноги у нее дрожали. Не потому, что она отвыкла от морской качки, а от ужасной тошноты, которая все не проходила. Довольно долго она просто стояла на месте, изучая помещение, в котором очутилась.

Каюту Уильяма Лэнгли.

Кровать, которую она только что покинула, была гораздо шире той койки, которую она делила с Джейком на «Непокорном», и была встроена в угол просторной каюты. Кроме кровати, здесь находился умывальник с фарфоровым тазом под встроенными полками, на которых сложены были белые полотенца.

Большую часть комнаты занимал большой, расположенный посередине рабочий стол капитана. В привинченных к столу деревянных пеналах содержались свернутые карты и навигационные принадлежности.

Мягкий угловой диван был прикреплен к дальней и боковой стенам, а перед ним располагался красивый обеденный стол красного дерева. Над диваном на стене напротив Мег висели три маленькие картины. Она подошла ближе, чтобы рассмотреть их.

Первую она уже видела раньше. На ней был изображен дом Уилла в английской провинции — прелестный маленький белый домик в палладианском стиле на берегах реки Тилл. Когда Уилл впервые показал ей эту картину, она мечтала, что будет жить там после их свадьбы.

С тех пор она узнала, что мечты никогда не сбываются. Жизнь подбрасывает вам сюрпризы, редко похожие на то, что вы ожидаете. Совсем не то, что вы хотите. Мег подавила горестный вздох и перешла к следующей картине.

На ней был изображен корабль — несомненно, военный. Он был похож на тот, который она видела стоявшим на якоре в Темзе, перед тем как покинуть Лондон. Военный корабль Уилла.

Третья картина представляла собой портрет хорошенькой молодой темноволосой женщины с двумя мальчиками, стоявшими возле ее юбок. Младший держал маленькую собачку. Мег решила, что это был Уилл. Она заметила янтарный блеск в его глазах, который он не утратил, став взрослым. Старший мальчик был, вероятно, Чарльз, армейский лейтенант, погибший при Ватерлоо, когда Уилл был еще подростком. Женщина была матерью Уилла. Она умерла от болезни вскоре после того, как Уилл пошел в военный флот. Отец его, которого не было на картине, умер, когда Уилл был совсем маленьким.

Мег долго смотрела на портрет, раздумывая над тем, какая у Уилла семья сейчас. Он потерял родителей и единственного брата. Был ли он когда-либо женат? Есть ли у него дети и жена, ожидающие его в Англии? При этой мысли сердце ее болезненно сжалось в груди.

Некоторые вещи лучше вообще не знать. Эту истину Мег постигла много лет назад. Уже очень давно она пришла к заключению, что если будет чахнуть и тосковать по Уиллу, по своей сестре-близняшке Серене и остальным сестрам, то просто сойдет с ума.

Много раз за свою жизнь она оказывалась в таких ситуациях, когда чувствовала свою полную беспомощность. Благодаря этому она научилась концентрироваться на настоящем, сосредоточиваться только на тех вещах, которые способна была контролировать. Последние несколько лет ее реальность включала только Сару и Джейка.

И теперь, хотя Уилл снова вернулся в ее жизнь — и весьма странным образом, — Джейк по-прежнему оставался на первом месте. Это был маленький мальчик, нужды которого понимала только она одна. Кроме того, она его любила. И она дала обещание Саре.

Она обернулась, когда дверь каюты отворилась и вошел Джейк в сопровождении Уилла и еще двух мужчин. Мег улыбнулась Джейку, рот которого был испачкан густым апельсиновым сиропом, а перед грязной рубашки был усыпан крошками.

— Из моего недавнего опыта общения с детьми, — понизив голос, сказал Уилл, подойдя к ней и встав рядом, — я усвоил, что обещание сладостей может иметь большое значение для завоевания их благосклонности взрослыми.

Мег согласно кивнула. Неужели его недавний опыт включал общение с его собственными отпрысками? Она попыталась отогнать эту мысль, но это ей не удавалось, хотя она понимала, что это просто смешно. Прошло целых восемь лет. Слишком долгий срок. Вполне естественно, что теперь у него собственная семья.

Вошли два матроса с ведрами дымящейся воды, одно из которых они вылили в таз. Они старательно отводили глаза, что заставило ее задуматься: уж не приказал ли Уилл им не смотреть на нее?

Уилл передал ей одежду для Джейка, а затем протянул пару брюк и чистую белую полотняную рубашку размером на невысокого взрослого.

— На мой взгляд, эти вещи вам подойдут. В них на корабле вам будет... удобнее, чем в платье.

Мег с благодарностью взяла вещи.

— Это то, что надо, благодарю вас. А если у вас есть иголка и нитки, я смогу починить платье.

Он явно испытал облегчение.

— Да, конечно. Я распоряжусь, чтобы вам немедленно их принесли.

Матросы поспешно покинули каюту, даже не взглянув в их сторону, а Джейк подошел к тазу и запустил пальцы в воду.

— Я вас покину теперь, чтобы вы привели себя в порядок, — сказал Уилл. — А потом вам доставят еду. Надо же, наверное, и поесть.

— Да, еще раз спасибо. — Вместо тумана в голове и тошноты Мег теперь чувствовала, что умирает с голоду. Последние несколько дней она ела очень мало. У них не было времени стащить много еды с «Неукротимого» перед побегом, и она почти все отдавала Джейку.

— А потом мы поговорим, — добавил Уилл, понизив голос.

Он намерен задавать ей вопросы, требовать подробностей, почему они с Джейком оказались одни в маленькой шлюпке посреди моря. И после того как он спас ее и обеспечил им безопасность, он, безусловно, заслуживал объяснений.

Вопрос состоял в том, сможет ли она заставить себя выложить Уиллу всю ту ложь, которую она собиралась преподнести?