Хотя Линда знала, что на уме у Кэла вовсе не романтические приключения, одна мысль о прогулке с ним при луне привела ее в ужас. Слишком сильно было ее влечение к этому мужчине.

— Пожалуй, мне лучше пойти к себе, — поспешно отказалась она. — Я ведь еще даже вещи не распаковала.

Кэл с насмешливой улыбкой подошел и встал совсем близко. Он явно догадался, что она запаниковала.

— К тому же я устала, — прибавила Линда, когда они обошли ров. — Наверное, еще сказывается разница во времени.

— Даже несмотря на ночь, проведенную в Лондоне? — спросил Кэл. — Кстати, а почему вы не поехали сразу в Лорримор? — неожиданно нанес он новый удар.

— Хотела посмотреть город, — ляпнула Линда первое, что пришло в голову.

— А может, вы раздумывали, стоит ли сюда ехать?

И снова он оказался слишком близок к истине, и сердце Линды тревожно екнуло.

— Нет, — сердито солгала она после короткой паузы. — С какой стати?

Они уже шли под аркой ворот, куда солнце почти не проникало и где веяло прохладой, как вдруг Кэл заметил:

— Иногда по зрелом размышлении приходят мудрые мысли.

Линда пыталась убедить себя, что мурашки побежали по ее коже от неожиданно налетевшего ветерка, но она знала, что это не так. Во дворе Кэл обернулся и спросил:

— Вас интересует история замка?

— О да!

И даже больше, чем ты предполагаешь, мысленно добавила Линда.

— Не хотите получше рассмотреть наш колодец?

Лицо Кэла было скрыто тенью, но его глаза в лунном свете сверкали, как звезды.

— О нем даже упоминают в исторических документах.

Линда, словно завороженная, перегнулась через каменный парапет и заглянула в непроглядную темь колодца.

— А вода в нем еще есть?

— Есть, и даже годится для питья. Колодец питает подземный ключ.

— А он глубокий?

— Считается, что бездонный. Это, конечно, глупости, но колодец и впрямь очень глубок. Шахта составляет не меньше ста футов, но до начала девятнадцатого века рабочие лазили туда очищать его.

— Зачем, если там чистая вода из источника?

— О, в этом был определенный смысл, — загадочно отозвался Кэл и прибавил со странными нотками в голосе: — В старину это был хороший способ избавляться от непрошеных гостей.

Несмотря на теплый вечер, Линду пробрала дрожь, и она поспешно отвернулась. Он явно старался вывести ее из душевного равновесия. И не без успеха.

— Неужели вы думаете, я поверю, что сюда действительно сбрасывали людей? — сухо спросила она.

— Таково предание.

Когда они оказались в холле замка, Линда пренебрежительно бросила:

— Мало ли на свете легенд.

— Не знаю, — пожал плечами Кэл. — Первые Лорриморы не отличались чрезмерной совестливостью и щепетильностью.

— И не только первые, — пробормотала Линда.

Подняв глаза, она с вызовом встретила взгляд Кэла. Казалось, серые и зеленые глаза скрестились на целую вечность. Линда первой отвела взгляд.

— Достоверно известно, — продолжал, между тем, Кэл, — что один человек точно утонул в колодце. А замок Лорриморов в результате обзавелся собственным привидением.

— Вы его когда-нибудь видели?

— Нет, но, говорят, в старину были люди, которые видели.

Линда отважилась украдкой бросить на Кэла взгляд. Лицо его казалось совершенно серьезным.

— Идемте выпьем чего-нибудь на ночь, — предложил Кэл, запирая дверь. — Заодно я расскажу вам историю привидения.

С каждой минутой, проведенной в обществе этого мужчины, напряжение Линды нарастало, и она искренне надеялась, что вернувшись в замок, сразу улизнет в свою комнату. Но при этом Кэл притягивал ее настолько, что у нее просто не достало сил отказаться от его предложения, и она послушно позволила провести себя в гостиную.

— Садитесь.

Линда не стала усаживаться на кушетку, куда он небрежно указал рукой, и вместо этого устроилась в одном из кресел. Это вызвало легкую усмешку на губах Кэла, однако, ничего не сказав, он отошел к буфету.

— Что вы будете пить, Линда?

Больше всего ей хотелось выпить чашку горячего шоколада, но, не желая в этом признаваться, девушка коротко сказала:

— Немного бренди, пожалуйста.

Кэл налил бренди в бокалы и, протянув ей один, уселся в кресле напротив, разглядывая ее лицо, словно собирался запечатлеть в памяти каждую черточку. Смущенная этим пристальным вниманием, Линда напомнила:

— Вы собирались рассказать, как у вас в замке завелся призрак.

— У вас крепкие нервы?

— А почему вы спрашиваете?

— Не хочу вас пугать.

Да что ты говоришь! — съязвила про себя Линда.

— Если вы верите в привидения…

— Вообще-то я не слишком в них верю.

— Вы уверены? — Голос Кэла зазвучал хрипло. Хитрый дьявол, так и пытается ее запугать!

— Я не верю в привидения, — твердо заявила Линда. — Так что можете рассказывать вашу историю.

На мгновение ей показалось, что в его глазах мелькнуло невольное уважение, но в следующую минуту Кэл спокойно начал рассказ:

— Это произошло в шестнадцатом веке. Будучи женатым человеком, Кенелм Эдвард Генри Лорримор не стеснялся селить в замке своих любовниц. Его жена Кэтрин, обезопасив свое положение тем, что уже принесла мужу желанного сына и наследника, закрывала на это глаза, и все шло гладко до тех пор, пока очередной любовницей Кенелма не стала Элинор Таиланд, графиня Чартсбери. Нелл была вдовой обедневшего графа. Она была не только красива, но хитра, тщеславна и дьявольски расчетлива. По прошествии некоторого времени она заметила, что Кенелм стал охладевать к ней, и объявила ему, что беременна, пригрозив, что отправится к королю и обвинит любовника в государственной измене, если он на ней не женится. Угроза была нешуточной, ибо Лорримор не слишком следил за тем, что говорил в обществе посторонних.

— Но ведь он был уже женат, — возразила Линда.

— Вот именно. Когда он напомнил об этом Нелл, та без обиняков заявила, что он должен избавиться от Кэтрин и сделать это так, чтобы все выглядело, как несчастный случай.

Потрясенная Линда так и ахнула:

— И он сбросил свою жену в колодец?

— Нет, он сбросил туда Нелл, — ответил Кэл. — Она просчиталась. Несмотря ни на что, Кенелм любил свою жену. — И подчеркнуто медленно добавил: — И даже если бы это было не так, ни один Лорримор не допустил бы, чтобы какая-то женщина нарушала покой его семьи.

Стараясь не обращать внимания на колкость, Линда ровным тоном произнесла:

— Так ваше привидение — графиня, убитая много лет назад?

— Нет. Это Кенелм превратился в призрака.

— Мучимого раскаянием?

— Сомневаюсь. После такого потрясения он возненавидел весь прекрасный пол. И с тех пор не допускал в замок ни одной женщины, кроме Кэтрин и женской прислуги.

Догадываясь, что рассказ еще не закончен, Линда терпеливо ждала, не отрывая глаз от лица Кэла.

— Похоже, он и по сию пору ненавидит женщин, — усмехнулся Кэл.

— А вы-то откуда знаете? — Линда не скрывала своего скептицизма.

— Потому что он является только женщинам. Хуже всего пришлось той, что по стечению обстоятельств носила имя Элинор… Но все остальные пугались его до смерти.

— И, конечно, он является только в башенной комнате?

— Как вы догадались?

Линда закусила губу. Следивший за ней ястребиным взглядом Кэл вкрадчиво спросил:

— Теперь, когда вы все знаете, может, вам захочется перебраться в другую комнату?

Медленно потягивая бренди, Линда размышляла. Ясно, он хочет отплатить ей за недавнюю дерзость. Если она согласится на переезд, Кэл будет знать, что ему удалось ее запугать. Пальцы девушки невольно крепче сжали ножку бокала.

— Нет, спасибо, — вежливо отказалась она. — Мне и в этой комнате хорошо.

— Вы уверены?

— Абсолютно. Как я уже говорила, я не верю в привидения. И даже если бы верила, то не особенно бы волновалась. Мне ничего не грозит.

Кэл смерил Линду задумчивым взглядом, задержавшись на стройных ногах и гибких линиях тела.

— Можно подумать, вы переодетый мужчина. Скажите все-таки, почему вы так считаете?

— Я думала, вы и так догадались. — Линда слишком поздно спохватилась и прикусила язык.

— Вы меня заинтриговали, — негромко заметил Кэл.

Кляня на чем свет стоит свой длинный язык, Линда поспешила исправить положение. Не хватало еще ему сообразить, что она знает о его недостойном поведении. Ведь он видел ее документы! Любой гость, приехавший в замок, сразу же стал бы возмущаться тем, что кто-то рылся в его вещах. Набрав побольше воздуха в легкие, она небрежно бросила:

— Когда мы говорили об именах, разве я не упомянула, что мое второе имя — Кэтрин?

Лицо Кэла внезапно озарилось такой обаятельной улыбкой, что Линда невольно растаяла.

— Вижу, у вас есть не только сила духа, но и чувство юмора… Хотите еще бренди, или пойдем спать?

— Нет, спасибо. — Горя желанием стряхнуть с себя наконец это наваждение, Линда поспешно поднялась.

Улыбка на губах Кэла стала ироничной.

— Что ж, уверен, вам не терпится начать здесь устраиваться. Я провожу вас в вашу комнату.

— Вы чрезвычайно добры, — с легкой насмешкой отозвалась Линда.

В глазах Кэла появился странный блеск, и ситуация в то же мгновение стала угрожающей. Подойдя к Линде, он взял ее за подбородок.

— А вы чрезвычайно дерзкая, моя прелесть.

Линда торопливо отстранилась и вдруг обнаружила, что ее сердце колотится, как бешеное. Хуже всего было то, что он, похоже, об этом догадался. Когда Линда повернулась к двери, Кэл проворно ухватил ее за запястье.

— Однако для открытого столкновения храбрости вам явно не хватает.

Слава Богу, он думает, что она просто его боится, облегченно вздохнула Линда, но тут Кэл добавил:

— Или это нечто большее, чем страх?

— Я… не понимаю, о чем вы, — пролепетала она.

— Ну, например, о физическом притяжении.

Линда замотала головой, отказываясь даже допустить такую мысль, а Кэл продолжал, не сводя глаз с ее губ:

— А что, если я проверю свою теорию?

— Нет!

— Испугались?

— Я не желаю, чтобы вы меня целовали!

— Вы лжете, — любезно возразил Кэл. — Вы хотите, чтобы я вас поцеловал, и вам это прекрасно известно.

И он пристально заглянул в глаза Линды таким взглядом, что у нее закружилась голова. Не отпуская запястья, он притянул девушку ближе, затем наклонился и легко скользнул губами по ее губам. От этой мимолетной ласки каждый нерв в теле Линды затрепетал. Совершенно завороженная магией близости Кэла, она была не в силах ни протестовать, ни даже сдвинуться с места.

Руки Кэла обвились вокруг ее талии, поцелуй стал более настойчивым. Страх и паника Линды, куда-то исчезли, уступив место ощущению счастья, причем какого-то очень странного, словно когда-то, в другой жизни она уже его испытала. Прикосновение его губ казалось очень знакомым, словно ее целовал мужчина, которого она когда-то любила, а потом забыла, и вот теперь к ней возвращалась память о прошлой любви.

Только когда Кэл оторвался наконец от ее губ и Линда отстранилась, она вновь обрела способность соображать. И сразу вспомнила, где находится и кто именно ее целует.

— Напрасно вы это сделали, — резко сказала она.

— Потому что это доказало мою правоту?

— Потому что я помолвлена с вашим братом.

— Ах, вот в чем загвоздка.

Слегка поглаживая плечи Линды, он изучал ее лицо: губы, все еще слегка трепещущие после поцелуя, затуманенный взгляд зеленых глаз, разрумянившиеся щеки.

— А что, если вам разорвать помолвку? — предложил Кэл. — Это откроет путь к самым соблазнительным возможностям.

Линда сделала глубокий вдох.

— У меня нет ни малейшего желания разрывать помолвку.

— Очень жаль. — Голос его неожиданно прозвучал резко. — Ричи все равно скоро образумится и бросит вас.

— А вы постараетесь ему в этом помочь.

— Разумеется. Я не желаю, чтобы вы выходили замуж за кого-нибудь из нашей семьи.

Линда едва не ляпнула, что и не собирается выходить ни за кого из них замуж, но вовремя спохватилась и гордо заявила:

— Ну, это мы еще посмотрим!

— Вы что, рассчитываете выйти из этой ситуации победительницей?

Презрение, прозвучавшее в его голосе, подстегнуло девушку, и сидевший в ней чертенок дернул ее выпалить:

— У меня есть оружие, которого нет у вас.

— Не сомневаюсь, — медовым голосом пропел Кэл. — И вы будете использовать его на полную катушку. Однако существует много способов добиться своего…

И совсем не обязательно при этом, подумала Линда, сбрасывать противника в колодец. Эти невысказанные слова зловеще повисли в воздухе.

Глядя, как от лица Линды отхлынула краска, Кэл мрачно усмехнулся. Затем отпустил ее и направился к двери.

— Вам незачем меня провожать, — бросила Линда и, проскользнув мимо него, побежала через холл к лестнице.

Как же глупо она себя вела, злилась на себя девушка, торопливо идя по галерее. Надо было любым способом избежать столкновения, а она, наоборот, сама его спровоцировала.

Куда подевался ее здравый смысл? Вечер и так был достаточно напряженным, да тут еще Кэл со своими привидениями.

Комната в башне, когда Линда наконец до нее добралась, показалась ей настоящим райским уголком. Поспешно войдя, она закрыла за собой дверь. На двери была лишь тяжелая старинная ручка — ни замка, ни засова, и от этого беспокойство Линды только усилилось. Пересекая комнату, она поймала собственное отражение в зеркале. Лицо ее было бледным, а глаза неестественно блестели. Стараясь успокоиться, Линда разложила вещи, оставив на кровати скромную хлопковую ночную рубашку — от нарядных атласных она, по зрелом размышлении, решила пока отказаться.

Умывшись и почистив зубы, она неожиданно для себя сняла кольцо Ричи — почему-то ей расхотелось его носить — и положила в табакерку рядом с ключом.

Окна-бойницы оставались открытыми, и комнату наполняли благоуханные ночные ароматы. Слишком взволнованная, чтобы уснуть, Линда подошла к окну и уселась на одной из скамеечек. Высунувшись из окна, она увидела поблескивавший внизу ров, а дальше — сады, расстилавшиеся на юг и запад.

Все было залито лунным светом, и только тени черными силуэтами ложились на землю. Внезапно Линда заметила в саду, обнесенном стеной, движущиеся фигуры.

Ее сердце резко подпрыгнуло. Оказывается, не одной ей не спится. Кэл в сопровождении Хана совершал прогулку перед сном. Подняв голову, он посмотрел на ее окно и, заметив Линду, шутливо отсалютовал ей рукой. Жалея, что не сообразила отойти от окна прежде, чем он ее увидел, Линда поспешно отвернулась. Когда она снова выглянула в окно, собака и ее хозяин уже исчезли.

Снова усевшись на скамеечку, Линда опустила оконную раму и прижалась лбом к прохладному стеклу. Мысли, которые она гнала от себя всеми силами, снова нахлынули на нее.

И зачем только она позволила ему себя поцеловать! И, хуже того, ответила на его поцелуй! Учитывая то, как он к ней относился, это было просто верхом идиотизма.

Но она просто ничего не могла с собой поделать. Желание быть в объятиях Кэла, чувствовать его губы на своих губах было превыше всего, сильнее всех доводов рассудка.

Линда негромко застонала.

При первом же взгляде на Кэла она почувствовала, что с ней творится что-то странное. Он как будто забрал ее в поле своего притяжения. Такого еще никогда не было. Разумеется, в колледже у нее были мальчики, но их поцелуи оставляли ее равнодушной. Ничего особенного, считала Линда. Ни один поцелуй еще не заставлял ее сердце бешено колотиться, не перехватывал дыхания и, уж конечно, не давал ей такого ощущения счастья.

Раздался тихий стук в дверь.

— Кто там?

— Это я, Кэл. Если вы еще не легли, мне бы хотелось поговорить.

— Я как раз собиралась ложиться, — испуганно сказала Линда.

— Я всего на минуту, — успокоил Кэл и, прежде чем Линда успела возразить, открыл дверь и вошел.

Он уже снял галстук-бабочку и расстегнул воротничок рубашки, оставив открытой сильную шею. Он казался таким крепким и красивым, что у Линды снова защемило сердце.

— Вам незачем так нервничать, — с легкой насмешкой заметил он. — Сейчас еще не так поздно, и мы оба одеты… Да-да, вижу, что вы в ночной рубашке, — поспешно продолжал он, видя, что Линда собирается протестовать, — но она прикрывает вас не хуже спального мешка и примерно так же соблазнительна, так что вряд ли я могу прийти в возбуждение и перейти границы дозволенного. Как я уже сказал, мне надо только поговорить.

— О чем? — глухо спросила Линда, стоя у окна, чтобы как можно больше увеличить расстояние между ними.

Кэл слегка приподнял бровь.

— Судя по тому, с какой скоростью вы недавно вылетели из гостиной, у вас создалось на мой счет неверное впечатление.

— Вы хотите сказать, что вовсе не собирались мне угрожать?

— Господи, да с чего вы взяли?

— Было весьма похоже на это.

— Я просто неточно выразился. Но коль скоро вас это обеспокоило, то я как хозяин дома считаю своим долгом все объяснить и извиниться.

Неужели он стал бы извиняться перед женщиной, к которой испытывал открытую неприязнь и которую считал непрошеной гостьей? Это как-то не вязалось с тем, что Линда успела узнать о его характере. Нет, скорее всего эти извинения — просто предлог. Линда подозрительно покосилась на Кэла, но тот был невозмутим.

— Теперь, когда я извинился, может объявим перемирие?

Линда заколебалась. Что это, начало какой-то новой игры? Сам же сказал, что всегда борется до конца, не делая врагу никаких уступок. С другой стороны, если он искренне предлагал оливковую ветвь, то было бы гораздо лучше принять ее, чем постоянно воевать.

— Ну, так как, Линда?

— Разумеется. — Она выдавила холодную улыбку.

Серые глаза Кэла неожиданно озорно блеснули.

— Как вы думаете, Ричи не стал бы возражать, если бы я поцеловал вас, чтобы скрепить сделку?

— Понятия не имею, что сказал бы Ричи, но я решительно возражаю, — чуть более резко, чем обычно, ответила Линда.

— Ах, вот как? Что ж, наверное, вам и вправду стоит поостеречься, не то одно может повлечь за собой другое…

— Вы уже высказали все, что думаете по поводу моего вида в этой ночной рубашке, — сердито сказала Линда, которую задело его замечание. — Так что мне не о чем волноваться.

— А вот это уже провокация, — негромко произнес Кэл и решительно направился к девушке.

Линда попятилась.

— Я вовсе не собиралась…

Кэл навис над ней и взял за подбородок. Их глаза встретились, и слова протеста замерли на устах Линды. Сначала поцелуй был легким, но она не отстранилась, и губы Кэла прильнули к ее губам жадно и настойчиво. Линда стояла, словно пригвожденная к месту, а Кэл целовал ее до тех пор, пока у нее все не поплыло перед глазами. Внезапно он резко прервал поцелуй и направился к двери. И, уже взявшись за ручку, произнес:

— На случай, если вам что-то понадобится, моя комната — первая направо по галерее.

Так вот зачем он явился — в расчете на то, что сумеет соблазнить ее и она предаст его брата! Стараясь взять себя в руки и делая вид, что не заметила двусмысленности его слов, Линда спокойно сказала:

— Спасибо, но мне вряд ли что-нибудь понадобится.

— Кстати, пока я не ушел, — серьезно сказал Кэл, — вы действительно нормально себя чувствуете в этой комнате? Я точно вас не напугал рассказами о привидениях?

— Нет, все в порядке. Спокойной ночи.

— Приятных снов, Линда.

В следующую секунду дверь за Кэлом затворилась, и Линда услышала звук его удаляющихся шагов. Все еще дрожа от пережитого, она выключила свет, забралась в постель и закрыла глаза. Этот день совершенно вымотал ее. Она чувствовала себя опустошенной и при этом испытывала странное разочарование. Линду обуревали противоречивые чувства, совершенно ей не знакомые. А она-то всегда считала себя сдержанной и уравновешенной!

Будь она той дешевой богемной дамочкой, какой, по-видимому, считал ее Кэл, она бы поддалась соблазну последовать за ним и провести ночь в его объятиях.

К черту все! — в сердцах крикнула про себя Линда.

Прошло много времени прежде, чем она более или менее успокоилась и заснула.

Линда проснулась словно от толчка и открыла глаза. У нее не было ни малейшего представления, сколько она проспала. Залитая лунным светом комната была погружена в безмолвие. И все же какой-то звук потревожил ее сон.

Некоторое время Линда лежала, прислушиваясь, но тишину нарушали лишь далекие крики сов да мирное тиканье старинных часов на лестнице. Она снова задремала, как вдруг услышала глухой удар. С бьющимся сердцем Линда села в постели. Через мгновение стук раздался снова, словно что-то глухо ударилось в ее дверь. По спине девушки побежали мурашки.

— Кто там? — позвала она.

Ответа не последовало.

И все-таки кто-то — или что-то — было там, па лестнице.

Может, Кэл решил сыграть с ней злую шутку?

Нет, эту мысль она отогнала сразу. Он ведь всерьез обеспокоился тем, что мог напугать ее. А в привидения она все равно не верила. Тем более что привидения могут проникать сквозь стены, так с чего бы ему стучаться?

Однако новый глухой стук поколебал уверенность Линды. Выпрыгнув из кровати, она подбежала к двери и распахнула ее.

После залитой лунным светом комнаты казалось, что на лестнице темно как в преисподней, и Линда словно ослепла. А потом в темноте кто-то зашевелился. Навстречу девушке, сладко потягиваясь, поднялся Хан.

— Ах ты, бессовестный зверь! — воскликнула Линда. — Напугал меня до полусмерти.

Пес подошел и сунулся мордой ей в руку, словно прося прощения.

— Чем ты тут занимался? — трепля собаку за уши, спросила Линда. — Во сне гонялся за зайцем? Или тебе просто стало одиноко? Здесь, наверное, и впрямь не очень уютно. Знаешь что, если обещаешь хорошо себя вести, я впущу тебя к себе и позволю спать на коврике.

Словно поняв каждое слово, пес вошел за ней следом и растянулся перед камином. Может, ей и не стоило впускать Хана, подумала Линда, снова забираясь в постель, но ведь никто этого и не запрещал. А присутствие собаки действовало успокаивающе.

Когда она открыла глаза в следующий раз, лунный свет сменился рассветными лучами солнца. Бросив взгляд на часы, Линда увидела, что только половина шестого.

Спать больше не хотелось, и она выпрыгнула из кровати. Может быть, удастся что-нибудь разведать, пока в замке еще не все поднялись. Хан поднял голову, наблюдая за ней, но даже не сдвинулся с места. Спустя пятнадцать минут Линда уже приняла душ, натянула джинсы, полосатую сине-белую футболку и стянула блестящие шелковистые волосы в конский хвост.

Хотя на ногах Линды были мягкие тапочки, она не испытывала ни малейшего желания исследовать галерею. Одна мысль о том, что придется идти мимо комнаты Кэла, выводила ее из душевного равновесия. По черной лестнице гулять тоже не имело смысла — слуги встают рано. С чего же начать? Поразмыслив, Линда решила разведать старую лестницу в башне.

Открыв небольшую дверь, она заглянула в полутьму. Слева неровные ступеньки убегали вверх, а справа — вели куда-то вниз. Пока Линда осваивалась с полутьмой, Хан подошел и встал рядом. Наконец, решившись, девушка закрыла за собой дверь и стала спускаться вниз. На лестнице сразу стало темно, и Линда пожалела, что не оставила дверь открытой. С другой стороны, вдруг в ее отсутствие вошел бы Кэл?

К ее великому облегчению, вскоре на лестнице стало светлее. Узкая бойница в толстой стене башни отбрасывала на лестницу треугольник света. В сопровождении овчарки Линда продолжала спуск, пока лестница не вывела ее в пустой коридор.

С одной его стороны была дверь, явно выходившая назад в южное крыло, а под прямым углом к ней располагались несколько узких, похожих на пещеры, комнат. Стало быть, это должно быть западное крыло. Кэл говорил, что в нем жили еще при его деде, а в часовне еще пятьдесят лет назад велась служба.

Сложив в уме эти факты, Линда почувствовала, как в ее душе нарастает волнение. Часовня должна быть где-то в этом крыле!

Только вот как ее отыскать? Линда напрягла память, вспоминая, что рассказывал дедушка. Он что-то говорил о стенах, покрытых гобеленами, о двери в панели на стене, о лестнице, ведущей в никуда…

Однако здравый смысл подсказывал, что гобелены и панели можно найти только наверху. Здесь, внизу, воздух был пропитан сыростью, а тени казались почти зловещими. Минуя лабиринт комнат и коридоров, Линда порадовалась, что рядом с ней Хан. Огромные печи, каменные раковины и тяжелые столы говорили о том, что прежде здесь были кухня, прачечная и кладовые. Сразу за одним из сводчатых проходов Линда обнаружила ветхие ступеньки, ведущие вверх, в темноту. Осторожно поднявшись по ним, она оказалась перед лестничным пролетом с двумя дубовыми дверями.

Выбрав наугад ту, что находилась прямо перед ней, Линда повернула железную ручку и толкнула дверь. Та поддалась с протестующим стоном, и Линда оказалась в длинном коридоре, где стены были завешены старинными выцветшими гобеленами. В конце коридора узкие деревянные ступеньки внезапно уткнулись в тупик — они выходили на небольшую галерею, где в старину явно были деревянные хоры для менестрелей.

Вот она, лестница, ведущая в никуда! И стены на галерее обшиты панелями!

Охваченная возбуждением, Линда поднялась на галерею и стала изучать панели. Никаких следов двери она не обнаружила, но какое-то шестое чувство подсказывало ей, что она на верном пути, и девушка принялась простукивать стены.

Дойдя почти до конца, она почувствовала, что звук вдруг изменился, словно за панелью была пустота. Проведя рукой вдоль панели, Линда обнаружила небольшой выступ. Она нажала на него, и панель бесшумно отошла в сторону.

Прямо как в авантюрном романе, восхитилась девушка.

В проеме зияла кромешная темнота. Но если часовня использовалась еще в конце сороковых годов, должно же в ней быть какое-то освещение! Осторожно проведя рукой вдоль внутренней стены, Линда без труда обнаружила выключатель и повернула его, не очень надеясь, что он сработает.

И тут же зажглись настенные бра, осветив помещение. Линда вошла, а Хан уселся у порога.

Часовня была крошечной, но на диво нарядной. На алтаре золотом сверкал крест, а аналой имел форму орла с распростертыми крыльями.

К горькому разочарованию Линды, аналой был пуст. Нигде не было и следа семейной Библии, о которой рассказывал ей дед. По одну сторону от алтаря располагалась небольшая, но красиво оформленная кафедра, а по другую — каменная купель. Основную часть помещения занимали три ряда резных скамей. У дальней стены находился высокий дубовый шкаф, а рядом с ним — черный стул с высокой спинкой и ручками, под сиденьем которого был устроен ящик, в котором, судя по его виду, могли находиться книги.

Линда подошла к шкафу и подергала за ручку, но он оказался надежно заперт. Перенеся свое внимание на стул, она подняла сиденье, но там были только молитвенники и сборники гимнов.

— Что-нибудь ищем?

Вскрикнув, Линда со стуком уронила сиденье и круто обернулась. На пороге, слегка расставив ноги, стоял мрачный Кэл.

— Господи, как же вы меня напугали! — В ушах Линды по-прежнему отдавался гулкий стук падающего сиденья и удары собственного сердца.

— Что вы здесь делаете?

— Просто осматриваю часовню. — Чувствуя, что голос ее звучит виновато, Линда поспешно продолжала: — Мне захотелось осмотреть замок…

— А вы не подумали о том, что неплохо было бы сначала спросить у меня разрешения?

— Но еще так рано, — пролепетала Линда, чувствуя, как ее щеки заливает краска. — И… я действительно об этом не подумала.

— Что же вы здесь искали?

— Ничего, — солгала она. — Просто смотрела…

— Как вы сюда попали?

— Я… хотела посмотреть, куда ведет лестница в башне, и…

— И что?

— Обнаружив часовню, я…

— Вот именно — как вам удалось ее обнаружить?

— Случайно. — Даже в ушах самой Линды эти слова прозвучали неубедительно, но прежде, чем она успела исправить свою оплошность, Кэл холодно объявил:

— А вот это, мягко говоря, маловероятно. Случайно такое не находят.