Алекс не мог удержаться от рвущегося наружу смеха - настолько потешной была девчонка.

- Привет! - сказала она, разглядывая Алекса, и глаза ее сияли радостью жизни.

- И вам также, - ответил он, восхищенный ее непосредственностью. Раньше ему казалось, что почти все подростки выглядят не только угрюмыми, но и пресыщенными. Еще не достигнув юношеского возраста, они уже устали от всего.

Разглядывая по-детски свежее, открытое и беззаботное лицо девочки, Алекс не сразу заметил другого человека, подошедшего к ним. Но он ясно услышал нервное прерывистое дыхание.

Он перевел взгляд - и воздух застрял у него в горле при виде женщины, которая стояла за девочкой и расширившимися глазами рассматривала его.

Да, сейчас она женщина! Зрелая и даже более красивая, чем четырнадцать лет назад. Восемнадцатилетняя девушка ушла в небытие.

- Каро? - Алекс с трудом узнал скрипучий звук собственного голоса, произнесшего имя, которое он не позволял себе не только произносить, но и вспоминать многие годы.

- Александр. - Голос Каролин был так же слаб и напряжен, как и его.

Алекс подумал: покрылось ли его лицо краской, как ее? Будто зачарованные, они неотрывно смотрели друг на друга - его дымчато-серые глаза в ее изумрудные.

- Эй, ребята, вы знакомы?

Даже детским шепотом произнесенный вопрос оглушил Алекса, как пушечный залп, он пошатнулся, словно подстреленный… и Каролин тоже.

- Ну… да… э… я…

- Давно, - вставил Алекс, спасая Каролин от ее мучительных попыток произнести что-либо внятное.

- Класс!… - Девочка со смехом смотрела то на женщину сзади нее, то на мужчину перед собой. - Обалдеть!

Ага. Обалдеть. С усилием Алекс смог придать невинность своей улыбке.

- Хотите снять комнату?

Этот вопрос ребенка не только напугал Алекса, но и заставил встрепенуться, казалось бы, замерзшую женщину, а заодно и расшевелил ее язык.

- Я не… - споткнулась она, переводя взгляд то на Алекса, то на девочку.

- Э… да, я ищу, но… - покачал головой Алекс, слишком потрясенный встречей с Каролин, чтобы отвечать связно.

- Э… Джесси, милая, кажется, я слышала, прозвонил таймер, - произнесла Каролин в ужасном напряжении. - Будь добра, сбегай, выключи духовку.

- Вечно так, мама, - проворчала девочка, шаркая шлепанцами по ковру прихожей. - Обязательно я?

- Да.

- Ох… Ладно, - пробормотала Джесси, с неприкрытым интересом разглядывая Алекса перед тем, как скрыться. - Но я сразу назад.

Это явно дочь Каролин! - стучало у него в висках…

- К сожалению, я не могу предложить вам комнату.

Ее официальный тон вызвал в нем раздражение.

- Я и не собирался снимать комнату! - резко сказал он. Затем кивнул на вывешенную табличку: - Однако почему же? Ведь это твой бизнес!…

- Нет! - торопливо произнесла она. - Я… э… комнаты еще в процессе подготовки. Я не успела открыться до официального начала летнего сезона.

- Понимаю, - пробормотал он, уверенный, что ему все равно отказали бы, даже если бы пансион был открыт и все комнаты свободны.

- Все отели и мотели сейчас готовы принять постояльцев, - постаралась смягчить свой отказ она.

- Спасибо, я что-нибудь найду.

- Я уверена. - Каролин облизнула губы и отступила на шаг. - Прощай, Александр.

- Прощай, Каролин. - Он развернулся и пошел прочь.

Уже у калитки его окликнул детский голос:

- Эй, мистер! Вы куда?

Оглянувшись через плечо на девочку, он улыбнулся и назвал большой знаменитый отель с видом на океан.

- Да, но… - Девочка замолчала, когда мать что-то прошептала ей.

Алекс видел нахмуренные брови Каролин, видел ее строгое лицо, когда она говорила с девочкой. Взявшись за кольцо калитки, он распахнул ее и ступил на тротуар.

- Пока! - крикнула вслед девочка.

- Пока, - откликнулся Алекс, направляясь к машине, и его лицо исказила жалкая гримаса.

- Но почему он не остался? - требовала ответа Джесси, и ее ангельское личико хмурилось, когда она смотрела на мать. - У нас множество комнат. - Она издала фыркающий звук. - И все они пустые.

- Может быть, он хотел с видом на океан, - слукавила Каролин, припомнив ответ Алекса девочке.

- Но тут нету смысла, - настаивала Джесси. - Если он не собирался останавливаться здесь, зачем ему звонить в дверь, так?

- Нет, - автоматически поправила ребенка Каролин, выискивая в голове повод для прекращения дискуссии.

- Нет?

Каролин вздохнула.

- «Нет смысла», - объяснила она, - а ты сказала «нету смысла».

- Нет, «нету», - заупрямилась Джесси.

Каролин подняла брови.

- «Нет» так «нет», - уступила Джесси с явной неохотой. - В любом случае, - не унималась она, - я не понимаю, зачем стараться, звонить, если комната не нужна…

- Джесси, давай прекратим, это совершенно неважно.

- Но…

- Что сейчас важнее, - продолжала Каролин, словно девочка не издала ни звука, - так это мусор на обеденном столе. Будь так любезна, прекрати спорить и убери его.

- Мусор?! - возмущенно воскликнула Джесси. - Это не мусор, это моя коллекция ракушек!

- Хорошо, но в данный момент твоя коллекция разбросана по всей столовой. - Она сурово посмотрела на дочь. - Я была бы признательна, если бы ты взяла на себя труд собрать ее. Мне было бы неприятно показывать это безобразие, если бы в дверь позвонил настоящий возможный постоялец.

- Ну ладно, - уступила Джесси, направляясь через центральный холл. - И я была бы признательна, если бы ты не называла мою коллекцию мусором, - пробормотала она, шаркая шлепанцами по полу.

Мимолетная улыбка коснулась губ Каролин, но тут же испарилась, лишь только девочка исчезла в столовой.

Александр.

Она вздрогнула всем телом, когда в памяти всплыл его образ и она воочию представила себе самоуверенно расположившегося на ее веранде неожиданного визитера.

Сколько ему сейчас? Каролин усмехнулась: она с точностью до дня знала, сколько ему. Александру стукнет сорок в июле, двенадцатого числа.

Высокий, мускулистый, с густыми светло-каштановыми вьющимися волосами и живыми умными серо-голубыми глазами, он определенно не выглядел как мужчина средних лет. При современном увлечении сохранением спортивной формы и моложавой внешности многие мужчины не выглядят на свои годы, и Александр здесь не исключение - лишь морщины, пролегшие через его лоб и в уголках губ, выдавали его истинный возраст.

Губы Александра.

Господи, думала она, сжав руки в кулаки, он еще более строен, привлекателен и неотразим, чем четырнадцать лет назад!…

Четырнадцать лет - долгий срок, и все же…

Стоя неподвижно в прихожей, Каролин смотрела в пространство, вспоминая и заново переживая волнующее возбуждение от самой первой встречи с Александром Форестером.

При его появлении у нее буквально перехватило дыхание.

Легкий холодок пробежал по всему телу. Каролин задрожала, сидя на подушках кресла-качалки. Лишь мгновение назад она вышла на веранду из душного дома Питерсонов, где отсутствовали кондиционеры, глотнуть свежего воздуха.

Каролин с замиранием сердца следила за молодым человеком, вошедшим через калитку и бредущим по дворику.

Конечно, она знала, кто это. Вряд ли она могла не узнать его, с самого своего приезда слушая от семейства Питерсон и приглашенных друзей хвалебные речи по поводу его внешности и характера.

Но он превосходил все высказывания о нем!

Каролин слегка удивилась себе, когда первой произнесла:

- Вы - Александр.

- Да.

Звук его голоса усилил охватившую ее дрожь.

- Боюсь, преимущество за вами.

Преимущество за ней? Ха-ха! Ее бросало то в жар, то в холод под его быстрым оценивающим взглядом. Внезапное острое осознание себя как женщины, а его как мужчины вызвало вспышку боли в желудке и ярким пламенем осветило саму суть ее женственности.

Его глаза… О Господи, его глаза! Они голубые? Или серые? Или смесь обоих холодных цветов?

Имело ли это значение?

В тот момент - нет.

Имело значение лишь то, что эти глаза проникают внутрь ее - вот чувство, которого она не только никогда еще не испытывала, но о котором даже не мечтала.

Каролин подумала: похоже ли это чувство на то, что соответствует описанию любви с первого взгляда?

Может ли это обрушиться столь внезапно, столь неожиданно, столь лавинообразно?

Или, что более реалистично, не слишком ли она молода в свои восемнадцать лет, чтобы различить тонкую грань между любовью и романтической иллюзией этого чувства?

Он заговорил.

Она ответила, вряд ли понимая, что говорит, но прекрасно отдавая себе отчет, что показала ему, насколько потрясена его присутствием.

И это было истинной правдой. Его появление вскоре после восторженных рассказов друзей о нем просто свело Каролин с ума.

Александр засмеялся.

Может быть, он смеется над ней? Но звук его смеха переплетался в воображении с многоцветным узором ее тайных мечтаний и запретных радостей.

Его смех, как незатухающее эхо, вновь зазвучал в памяти Каролин, перенося ее из прошлого в угрожающую неопределенность сегодняшнего дня.

Джесси!

Тревога тысячами крошечных лапок пробежала по нервным окончаниям Каролин.

Она должна защитить Джесси.

- О'кей, мама, я собрала все свои ракушки. - Джесси вышла из столовой в холл. - Можно мне пойти на пляж и поискать еще?

Каролин проглотила комок в горле и сложила губы в приветливую улыбку. Одному Богу известно, как она любит это дитя!

- Ты заправила постель и прибрала в своей комнате, как я просила за завтраком? - И одному Богу известно, чего стоит Каролин сохранять свой голос спокойным и естественным, чего стоит удержаться от того, чтобы не схватить девочку и не стиснуть в крепких объятиях!…

- Ага, все сделала, - нахмурилась Джесси. - Я уже говорила тебе. Ты забыла?

Возьми себя в руки, Каролин, молча упрекала она себя, выдавливая одобрительную улыбку.

- Ну конечно же, ты говорила мне. - Она беспомощно пожала плечами. - Вылетело из головы.

- Я даже сложила посуду в автомойку.

Самодовольный, хвастливый тон девочки заставил Каролин рассмеяться.

- И все это сделано до ленча? - с напускным удивлением сказала она. - Поразительно.

- Ага, а как же? - Джесси сверкнула зубами в обезоруживающей улыбке. - Я смогу дойти до пляжа?

- Не знаю. Ты как считаешь - сможешь?

Джесси недовольно вздохнула.

- Можно я схожу на пляж?

- Да. - Каролин сделала строгое лицо. - Но только на пляж, Джесси. Не в океан!

Джесси взглянула на нее, как умеют только тринадцатилетние.

- Я что, совсем глупая? Что мне делать в океане? Вода ледяная!

- А как же ленч? - запоздало спросила Каролин.

- Невелико дело, - развеяла тревогу Джесси. - Поем, когда вернусь.

Каролин взглянула на удобные недорогие часики на руке.

- На самом деле уже пора есть, - сказала она, удивляясь, как быстро пролетело утро. - Сейчас семнадцать минут первого.

- Но после блинчиков за завтраком я еще не хочу есть, - заспорила Джесси. - Разве нельзя устроить ленч сегодня попозже, скажем, в полвторого… Ну пожалуйста!

- Ладно, иди, - с улыбкой уступила Каролин. - Надеюсь, я доживу до полвторого.

Она еще некоторое время смотрела на дверь, захлопнувшуюся за Джесси.