Брайт Клари проследил за тем, как наполняется его стакан и поднял глаза на карда.

      - На ней ожерелье Левины.

      - Как видишь, - вздохнул Эн-Ферро.

      - Если бы я знал тогда, что все так серьезно, то придумал бы что-нибудь, чтобы ты остался и может...

      - Хочешь внести свое имя в длинный список виновных в его смерти? - поморщился Лайс.

      - А я разве еще не в нем?

      Выпили. Помолчали.

      - Ты потому и не появлялся? - нарушил тишину маг. - Боялся, что на тебя сорвусь?

      - Боялся, - признался Брайт. - Да и Марега велел тебя до поры не трогать, а ему никак сам герцог приказал. Видно, тэр Катара себя тоже в тот список определил - как ни крути, но за безопасность посольства он лично отвечал. И маги наши тоже сплоховали, дело до конца не довели, колдуна того не поймали.

      - Я и говорю, без тебя виноватых хватает. Так что зря боялся. К тому же мне тогда не до разборок было.

      Налили. Выпили. Помолчали.

      - А она как?

      - Уже лучше. В Школу вернулась. В город выбираться стала. Вчера даже на пляж с друзьями ходила.

      - Ты знал, что они с Илом...

      - Нет. Все, как ты и говорил тогда: в лагере смены долгие, за сестренкой следить некогда.

      - Я не про то тогда говорил. А он ей ожерелье отдал. Знаешь, я и не думал, что он его вообще кому-то отдаст, столько лет эти сказки слушал, что даже верить в них перестал. Ил ведь эти байки про любовь великую по всему Сопределью разнес. Все слушали, и все не верили. Он ведь таким был...

      - Каким? - Эн-Ферро сжал кулаки, а в глазах промелькнула угроза. - Каким он был?

      - Мальчишкой. Вечным мальчишкой, как для меня. Помнишь, как мы впервые столкнулись? Я молодым был, он молодым был, и ты нас, сопляков, всю дорогу уму-разуму учил. А в этот раз встретились? Ты - все такой же умник, я - уже почитай старик, и он - как был мальчишкой, так им и остался, и воспитывать тебе его было еще лет двести, не меньше.

      - Все дети когда-нибудь взрослеют, Брайт. К тому же не настолько ты его знал, чтоб так сейчас говорить. Где ты с ним пересекался? На Навгасе, когда он в ралли участвовал, а ты на его победу ставки делал, и после вы выигрыш пополам делили? Или на Ино, где вы на пару тот бордель разгромили? А я с ним войну на Раване прошел. Мы на Каэллере сиротский дом после пожара отстраивали и малышню выхаживали. Мы на Леве в Кироти караван из Виссала вели. Я тебе о нем столько рассказать могу, что и длани на этот рассказ не хватит. А ты говоришь, мальчишка!

      Налили. Выпили. Помолчали.

      - Ты прости, если я в чем не прав, Лайс. Ты его лучше знал - тебе и судить.

      - Лучше, да не так хорошо, как хотелось бы, - произнес кард. - И в те сказки про ожерелье я тоже не верил.

      Налили.

      - Сынишка у тебя хороший, - решил сменить тему тэр Клари. - Никто в Сопределии и не слышал, что у нашего Проводника наследник имеется, иначе мигом бы эту весть по всем Мирам разнесли. И где ты его только прятал?

      - Я и не прятал. Он с матерью на Юули жил, в колонии. А сейчас Мир на карантин закрыли, вот я их и вытащил, а то еще лет пять не увидел бы.

      Выпили.

      - Странная штука, этот карантин, - нахмурился Брайт. - На всех станциях шумят, никто ничего толком не понять не может. Пять Миров закрыли, я слышал. А к чему?

      - Врата под новых Хранителей перенастраивать будут, - пояснил магистр Пилаг. - Долгий процесс.

      - Если долгий, то не рассказывай, - махнул рукой полусотенный. - Все равно не пойму. Только чем им старые Хранители не угодили?

      - Понятия не имею, - солгал не моргнув Эн-Ферро. - Пойди, Гвейна спроси.

      Тарский Идущий вдруг рассмеялся.

      - Извини, - ответил он на недоумение во взгляде собеседника. - Просто наши так говорят, когда послать хотят куда подальше, но вежливо: иди ты к Гвейну. Я старика за все тридцать лет только однажды и видел. А есть такие, что вообще его не встречали. В других Мирах, я слышал, Хранители своих Идущих больше привечают.

      Налили. Выпили. Убрали со стола опустевшую бутылку.

      - Ну, теперь рассказывай, Брайт, зачем на самом деле приехал. Сказать, что отпуск мой закончился?

      - И это тоже. Даже не знаю, как после того раза все это снова тебе повторять.

      - Из егерей Марега так просто не уходят? - грустно усмехнулся кард. - И правда, было уже.

      - Если бы вы совсем из Марони уехали. Или вообще с Тара ушли. Я, по правде сказать, думал, что ты после пожара так и поступишь.

      - Нет. Пока останемся. Нельзя Галлу сейчас с места срывать, здесь у нее хоть Школа осталась, приятели...

      - Понимаю. Тогда может... Тут две длани назад новый лагерь ставить начали на ближних подступах. Видно, город хотят в кольцо взять - мне так кажется. Если решишь, то это не так и далеко, дома бывать будешь чаще. А я с Алезом поговорю...

      - Посмотрим. Не завтра же заступать. Сколько у меня еще времени?

      - Длань. До следующего почина. А там...

      - Разберусь, - Эн-Ферро сосредоточенно всмотрелся в лицо сидящего перед ним человека. - Только ведь это не все, правда, Брайт?

      Идущий кивнул:

      - Правда. Я на днях из Саела. Не ходил никуда, так заехал, новости послушать, почту проверить.

      - Ну, и что говорят, что пишут?

      - Да есть один слушок. Может это и не связано никак...

      - Не тяни!

      - Убийца на Таре. Даже больше, я думаю, он уже в Кармоле.

__________

      Мне действительно удалось уснуть. За окном шумело море, кричали чайки, стучал молотком Ласси, сооружая домик для будущего питомца, а я спала и видела сны. В этих снах собирал в кулак штормовые тучи Селлер Буревестник, метал ножи-молнии Фертран Ридо, зомбировала умерших керов маленькая рыжая целительница, а над всем этим, словно пушкинская русалка, со смехом раскачивалась на ветвях черноволосая лафия...

      - Галчонок!

      ...Мглистое облако выползло из оврага, поднялось над землей, принимая очертания человеческого тела, и потянулось ко мне...

      - Что? - я села на постели, обрывая грозившее обернуться кошмаром видение.

      - Прости, я не думал, что ты спишь.

      - Ничего. Брайт уже уехал?

      - Да.

      - Снова тащит тебя ловить лесных разбойников?

      - Вроде того.

      - Ну и езжай. Хоть развеешься. Заодно и Ласси от тебя отдохнет. А то ты, смотрю, решил за все восемь лет на пацана и любовь свою отцовскую вылить и наукой своей кошачьей загрузить.

      Лайс с вздохом опустился на пол у моей кровати.

      - Плохой из меня учитель, да?

      - Только в фехтовании, - я сползла с постели и шлепнулась рядом с ним. - Езжай с Брайтом. Ты же у меня не домашний кот, долгого затишья все равно не выдержишь. Заодно и от Школы подальше будешь. Я же вижу как тебя уже гнет этими неснимаемыми блоками.

      Даже не представляю, скольких сил Эн-Ферро стоило постоянно удерживать защиту, закрываясь от сканеров местных волшебников, в те дни, когда в наш домик наведывался чтобы справиться о моем здоровье Медведь, или сам кард мотался в орденскую канцелярию, выжимая из магов и судебных дознавателей подробности расследования гибели Иоллара. Да и сейчас он все время начеку: лишь немного ослабил ментальные блоки и изредка позволяет себе поволшебствовать.

      - Езжай.

      - Поеду, и буду там круглые сутки за вас переживать.

      - А мы здесь - за тебя, - я обхватила его руку и положила голову на плечо. - Как в самой обычной семье.

      - В нашей семье на "обычную" только Мариза тянет, - заметил братишка. - Да и то не в этом Мире - с ее-то хвостом и тремя научными степенями!

      В Лайсе на самом деле очень многое напоминает кота. Особенно то ощущение тепла и умиротворенности, что приходит ко мне, когда я просто сижу рядом с ним. Словно я все еще на своей любимой Земле, в старой тетиной квартире, сижу на своем диване, а рядом сонно мурлычет Лушка.

      - Гал, скажи, Ил когда-нибудь рассказывал тебе о Ромаре?

      - О Ромаре? - недоумеваю я и тут же вспоминаю: - Да, немного.

      Я вообще не много успела узнать о том, кому в одночасье отдала свое сердце. Но о Ромаре, эльмарском орке Идущем, и первом мечнике Сумрачного Края, я слышала.

      - Брайт говорит, что он на Таре. А возможно и здесь, в Марони. Может, это - всего лишь совпадение, но я прошу тебя быть осторожней. С моей репутацией трудно затеряться в Сопредельи - любой Открывающий с порога сообщит за умеренную плату, в каком из Миров можно найти Проводника. Спрятаться внутри Мира у меня еще получалось, но тут, на Таре, мы с тобой особо и не прятались. Так что если Ром нас ищет, он найдет.

      - Но зачем? Для чего Ромар Меч станет нас искать?

      - Ромар Меч? - усмехнулся кард. - Наверное только Ил звал его так в последнее время. Остальные давно уже не называют его Мечом. Теперь его зовут Ромар Убийца. И если он нас ищет, то найдет. И возможно, уже скоро.

      В тот день, когда наставник показал мне запись с места пожара и посвятил в известные ему тонкости рейланского шаманства, он вдруг решил, что мне нужен дополнительный отдых и отменил всяческие занятия до следующего почина, когда должны были начаться и ускоренные летние курсы.

      Пока же я наслаждалась бездельем. Сначала взялась учить Ласси управляться с кером. Мальчишка быстро освоился, проникся любовью к верховой езде на рептилиях, и теперь мне, чтобы куда-нибудь поехать, придется с боем вырывать у племянничка своего Яшку. Потом пыталась доказать Маризе, что в ней скрыт кулинарный талант, и совсем не обязательно дожидаться моего возвращения, чтобы приготовить вкусный и сытный обед. Это мое начинание успехом не увенчалось, ибо если таковой талант у карди и был, то скрывался где-то очень-очень глубоко, под обширными медицинскими знаниями и осколками воспоминаний об удобных и съедобных полуфабрикатах. Впрочем, резать хлеб и расставлять тарелки доктор Гиалло не отказывалась.

      С утра я уходила на нашу полянку, топтала траву и высматривала среди листвы нахальную лафию.

      После обеда, когда солнце палило уже не так жестоко, мы всей своей странной семейкой отправлялись на пляж. Купались, загорали, возводили песочную крепость, съедали принесенные с собой бутерброды, разрушали песочную крепость (Эн-Ферро тренировал наследника в создании боевых пульсаров) и шли домой. Лайс усиленно избегал Маризу, Мариза шарахалась от Лайса, а мне приходилось придумывать объяснения для их общего сына, отчего это его мама и папа совсем не похожи на родителей рыжих девчонок из Уликов, к которым Ласси зачастил под предлогом проведывания котят: не держатся за руки, не называют друг друга ласковыми именами и не целуются, когда думают, что их никто не видит.

      - Ну, может они и целуются, - предполагаю я, наблюдая, как братец украдкой рассматривает хвост официально-фиктивной супруги в том месте, где он появляется из прорези в коротеньких штанишках-плавках. - Прячутся от нас и целуются.

      Зная легкомысленность господина магистра и его тягу к прекрасному полу, даже странно, что он и не пытается закрутить интрижку с поселившейся с ним в одном доме молодой красивой женщиной, да еще и матерью его сына. Хотя, вполне вероятно, что именно последний факт его и останавливает.

      - Ничего они не целуются. Я вчера специально полдня дома сидел. Папа на чердаке что-то делал, а мама чай пила и снова книжки свои читала.

      А может, Лайс и делал какие-то поползновения, но Мариза его отшила. Вспомнила про того своего красивого, знаменитого, ничего о ее любви не подозревающего, и ясно дала понять ненужному ухажеру, что он ей не интересен, а общий ребенок - еще не повод для постели.

      - Но потом же ты ушел? - говорю я, тем не менее, расстроенному малышу. - Ты ушел, а они в то время и целовались.

      ...Вот так и прошло время до весела.

      В выходной, как обычно, пришла из Рыбацкого Мира, забрала в стирку вещи, рассказала последние сплетни.

      К обеду заявился Брайт, обрадовал Лайса еще дланью отсрочки, сожрал полкурицы и допил остававшийся квас.

      А вечером...

      - Здравствуй, Открывающая.

      - Здравствуй, Идущий.

      Такой молниеносной реакции я не ожидала даже от карда - сидевший на крыльце Эн-Ферро в одну секунду преодолел десяток гиаров и вырос крепостной стеной между мной и нежданным гостем, только-только ступившим на наше подворье.

      - Здравствуй, Идущий, - усмехнулся пришедший, даже не вздрогнув в тот момент, когда разбуженный стремительным броском карда ветерок прошелся по его волосам.

      - Здравствуй, Идущий.

      Я невольно улыбнулась. Эти официальные приветственные фразы напомнили мне земной анекдот про вежливого ежика и Али-бабу с его сорока разбойниками: "Здравствуй Али-баба!", "Здравствуй, ежик!", "Здравствуй, первый разбойник!", "Здравствуй, ежик!" - и так еще тридцать девять раз. А потом не менее вежливое прощание.

      - Нервный ты стал, Эн-Ферро.

      - Жизнь такая.

      И Профессор с Земли, и пожилой магистр с Тара рассказали бы вам, что орки - это очень сильно изменившиеся эльфы. Первый уверял бы, что произошло это по воле Темного Властелина, второй - что под воздействием тысяч лет параллельного развития в иных природных условиях и в искаженном магическом поле. Магистр Пилаг добавил бы сюда свои измышления на тему возможного вмешательства ученых-генетиков или тайных экспериментов Хранителей. Но как бы то ни было, все они сошлись бы на том, что у этих рас были общие предки.

      И эльмарские орки в своем эволюционном отрыве не так уж далеко ушли от эльфов своего Мира, думала я, рассматривая поверх братского плеча, заявившегося к нам мужчину. По крайней мере, сходства с местными орками в нем не наблюдалось. Разве что такой же высокий и широкоплечий, но без громоздкости. Длинные темные волосы, собранные в хвост, и черные глаза делали его похожим на уроженца южных областей Империи. Небольшие, но слегка вытянутые назад и чуть заостренные уши наводили на мысль о дальних саатарских предках. А выступающие в улыбке клыки успешно скрывались, стоило ему только плотно сомкнуть губы. Вряд ли на Таре в Ромаре признали бы орка - скорее всего, здесь его принимают за человека, у которого в роду с одной стороны был как минимум один эльф, а с другой, судя по смуглой коже, - рейланцы или алионцы.

      - Может, в дом пригласишь с дороги? - спросил он у Лайса.

      - В этом доме тебя не ждали, Ром.

      Жаркий летний вечер обещал стать еще жарче.

      - Давайте лучше на улице посидим, - предложила я со всем возможным дружелюбием. - В доме душно, да и свет зажигать не хочется - комары потом налетят.

      Мужчины отреагировали одинаково изумленными взглядами. Видимо, Лайс считал, что я давным-давно смылась от греха подальше, а орк удивился наглости влезшей в мужской разговор женщины.

      - Можно и на улице, - сказал Меч, которого теперь зовут Убийцей.

      Голос его звучал для меня на каэрро, а значит, на нем сейчас один из драконьих амулетов, коими в избытке снабжают Идущих на станциях. И одет он был вполне по местной моде: узкие штаны, свободная серая рубашка с широким отложным воротником, на кожаном поясе тощий кошель и обтянутая тканью фляга, через плечо небрежно переброшена дорожная сумка. Только немного не вписываются в общую картину торчащие по обе стороны от его головы рукояти мечей - на Каэтаре оружие носят на поясе. И не такое оружие.

      - Давайте на улице, - смягчился Эн-Ферро. - Кстати, знакомьтесь. Ромар, Идущий. Моя сестра Галла, Открывающая, как ты понял.

      - Рад встрече, Галла - учтиво поклонился орк.

      - Взаимно, - улыбнулась я во все тридцать два.

      Эн-Ферро подозрительно покосился в мою сторону. Я ответила ободряющим подмигиванием: ничего страшного, встречались мы уже с убийцами, потерпим и Убийцу. Нужно же узнать, какие демоны принесли его на Тар.

      - Зачем ты пришел, Ром? - без обиняков начал Лайс, едва мы устроились на скамейке.

      - А ты ничего не хочешь мне рассказать?

      - Если бы я хотел тебе что-нибудь рассказать, то тогда сам искал бы тебя, а не на оборот.

      - Я искал не тебя.

      - Работа или личный интерес?

      - Работа.

      В отличие от меня они понимали, о чем говорят.

      - Орки? Окнир?

      - Орки. Окнир, - дважды кивнул Ромар. - У каждого были свои причины его найти.

      - Ты искал Иоллара, Идущий? - наконец-то дошло до меня.

      - Да. Знал, что он где-то на Таре, но делал ставку на Западные Земли. Потерял два месяца. И опоздал.

      Он говорил спокойно, без лишних эмоций, без особого сожаления - просто признавал уже свершившееся.

      - Ты бы все равно не вернул его на Эльмар без Проводника. А Лайс бы на это не согласился. Правда, Лайс?

      - Гал, - он коснулся моей руки, - иди к Маризе. Не стоит...

      - Лайс?!

      - Да, я не согласился бы возвращать Ила на Эльмар. Довольна? Теперь иди.

      Душный вечер. Незваный гость. Мечи на спине крест накрест. И сам он Меч. Только зовут его теперь...

      - Ты ведь не за тем искал его, Убийца, - прошипела я, когда все встало вдруг на свои места. - Тебя не вернуть его наняли.

      - Не вернуть, - так же спокойно согласился он. - Я не Проводник, Открывающая.

      - Галла, иди в дом.

      - Лайс!

      - Иди, прошу тебя. Мы поговорим, и я все тебе объясню.

      - Поговоришь? С этим... А давай, я его убью, а? Вот возьму и убью - мне это раз плюнуть!

      - Я знаю, - невозмутимо кивнул орк. - Я слышал о тебе в городе, Галла. Только убивать воина магией будет бесчестно с твоей стороны. Ты способна на бесчестные поступки?

      - А то, что собирался сделать ты, это было бы честно?

      - Да. У него был бы шанс.

      - У него не было бы шансов против тебя, Ром, - вздохнул Эн-Ферро. - Он был всего лишь учеником, а ты - учителем.

      - Он был лучшим моим учеником, - возразил Убийца.

      - Разве он не проиграл тебе те два боя?

      - Проиграл. Но другие мои ученики даже не рискнули бросить мне вызов. А он это сделал дважды. Он был хорошим воином. И я пришел, чтобы ты рассказал мне, как он умер.

      - Давай, я лучше расскажу, куда тебе пойти, урод! - выкрикнула я.

      - Галла! Иди в дом, я сказал.

      - А не то что?

      Лайс устало провел по лицу ладонью.

      - Просто иди в дом, - попросил он на чистом кассаэл, неподвластном автопереводчикам Идущих. - Тебе нельзя сейчас волноваться.

      - Я не оставлю тебя наедине с этим типом, - ответила я на том же языке.

      - Он ничего мне не сделает.

      - Лайс, он хотел убить Ила! Он Убийца, с большой буквы. Он...

      - Да, он Убийца. Но мою смерть ему не заказывали, так что не беспокойся. Он просто пришел поговорить об Иолларе, узнать, как он погиб. Это вполне нормальное желание.

      - Нормальное желание для наемного убийцы?

      - Нет. Нормальное желание для учителя, который хочет узнать о судьбе своего ученика. Галчонок, это тяжело объяснить быстро, поэтому просто поверь мне. Иди к Маризе. Готовьте ужин, накрывайте на стол. Я вернусь и все тебе объясню.

      - Хорошо. Но будь осторожен.

      - Ром, нам лучше прогуляться, - кард вернулся к каэрро.

      - Как скажешь.

      Эльмарец поднялся со скамьи и повернулся ко мне.

      - Доброй ночи, принцесса. Я так понимаю, что сегодня мы уже не увидимся.

      - Я надеюсь, мы никогда уже не увидимся, Убийца.

__________

      - Твоя сестра знает, что она носит на шее?

      - Знает, - поморщился Лайс. - Интересно, хоть кто-нибудь в Сопредельи этого не знает?

      Они спустились с холма на берег. Здесь было не так душно - от моря веяло прохладой.

      - Мальчик разнес семейную легенду по многим Мирам, а потом стал ее частью. Расскажи мне, как он погиб.

      - Когда ты приехал в Марони, Ром?

      - Неделю назад.

      - Здесь говорят "длань".

      - Я знаю, но длань - это пять дней. А я в городе уже семь.

      - И семи дней тебе не хватило, чтобы все разузнать?

      - Нет. Иначе я не пришел бы к тебе. Расскажи мне о нем.

      - Сначала расскажи, как ты вообще согласился на эту работу. Ил уважал тебя.

      - Я его тоже. Потому и согласился. Я дал бы ему шанс, другой - нет.

      - Ты сказал, что наем был двусторонним. Орков я еще понимаю, законный претендент на Стальную корону им не нужен. Но как Окнир мог заказать убийство собственного сына?

      - Князю больше не нужен сын. Тем более вышедший из под его контроля. Скоро у него будет новый наследник, и вряд ли тебе доверят его воспитание.

      - Меня это не расстраивает.

      - Как он умер, Эн-Ферро?

      - Он собирался поехать на Саатар. В Марони как раз появился Гайли. Помнишь его? Так вот, он предложил Илу перебраться в посольство, а потом, какой-то маг-эльфоненавистник захотел это посольство взорвать. Все эльфы были на приеме у герцога. О том, что в здании еще кто-то есть, этот колдун не знал, пришел с тремя сообщниками, чтобы заминировать посольство и наткнулся на Иоллара. Или колдун был слабоват, или Ил оказался быстрее, но мага и его людей он убил. Только выбраться из дома уже не смог. Сгорел.

      - Сгорел заживо?

      Лайс вздрогнул.

      - Я спрашиваю, он сгорел заживо или умер, а после сгорел?

      - Я не знаю. Да и какая теперь разница?

      - Разница есть, Эн-Ферро.

      Идущий вынул из сумки небольшой мешочек. Распустил тесемки и высыпал на песок что-то темное.

      - Что это? - заинтересовался кард.

      - Земля с того места, где он погиб. Ты ведь знаешь наши традиции: прах умершего орка должен быть развеян над Морем Высохших Слез. Я собирался сделать это, когда вернусь на Эльмар.

      - Почему передумал?

      - Я сегодня видел целых два таких Моря в глазах той, что ты называешь своей сестрой. Думаю, этого более чем достаточно для достойных похорон.

      Несколько минут они просто стояли и смотрели на плавающие вдали огни рыбацких судов и зависшие над заливом звезды.

      - Когда ты уходишь, Ром?

      - Еще не знаю. Ты рассказал мне слишком мало, и я должен разобраться во всем до конца.

      - Ты знаешь, что Эльмар закрыли на карантин? Может пройти около пяти лет, прежде чем ты сможешь вернуться домой.

      - Значит, мне не нужно спешить.

__________

      Лайс вернулся раньше, чем мое беспокойство успело перерасти в панику. С порога нарочито бодро потребовал хлеба в виде полноценного ужина и зрелищ в виде светового шара от Ласси. Малыш с заданием справился на отлично. Ужин заслужил звания скудной трапезы отшельника. Хотела бы я взглянуть на отшельника, поедающего запеченных гусей с овощным рагу и запивающего это все сухим каларским.

      - Рассказывай, - потребовала я, когда Мариза с сыном ушли с кухни. - С каких это пор ты любезничаешь с наемником, который собирался убить твоего друга?

      - Я говорил не с наемником, а с учителем своего друга, Галчонок. Я знаю, что это немного сложно, но выслушай и постарайся понять. В каждом Мире, в каждой стране этого Мира своя уникальная культура, свои традиции и свой образ мышления. Это еще называют менталитетом. Так вот, Ромар - орк. Эльмарский орк Сумрачного Края. Даже когда Врата позвали его, и он стал ходить в другие Миры, он не изменил своим законам и принципам. А его принципы не запрещают убивать, в том числе и за деньги. Для него работа наемного убийцы ничем не хуже любой другой. Единственное, что отличает его от прочих наемников, это то, что он никогда не убивает исподтишка, не использует яды и дистанционное оружие. Он - Ромар Меч, и меч - его единственное оружие. И у каждого, кого он убил, был шанс защитить свою жизнь.

      - Очень незначительный шанс, если вспомнить, что рассказывал о нем Ил.

      - А что рассказывал о нем Ил?

      - Говорил, что он лучший, - вспомнила я. - А еще говорил, что третий бой он у него все равно выиграет.

      - Возможно, так и было бы. Ил ведь учился не только у него. Он учился еще и у тех, кто учил самого Ромара - на Каэлере, в Школе Огненного Клинка. Представляешь, мы вышли совсем на другом материке, у меня были свои дела, которые нужно было решить в кратчайшие сроки, а этот мальчишка вдруг заявляет, что ему позарез нужно в Сианал. Пришлось бросать все и ехать. Если однажды попадешь туда, приди в их Школу Мечников. Наверняка там помнят парня, который получил звание Мастера всего за год.

      - А сколько там вообще учатся?

      - Десять лет. Просто Ил уже все умел - Ромар ведь учил его с самого детства, он был одним из меченосцев Владетеля Стиара. Кстати, сам Ром стал Мастером за пять лет, и начинал он практически с нуля, на Эльмаре не было и нет хороших школ фехтования.

      - Значит, Ил был прав. Убийца - лучший. Но третий бой, он у него выиграл бы.

      Я обещала, что больше не стану плакать, солнце мое, и я не стану, хоть слезы уже и просятся из глаз.

      - И ты прав, Лайс. Лучше сотня таких Убийц, чем один обладающий даром гад, убивающий из-за угла и никому не дающий даже призрачного шанса на спасение.

      - Но все-таки Ил его убил, эльфы не пострадали, договоры на открытие порта подписаны. А значит, и этот бой он выиграл. Верно?

      - Верно.

      - Хочешь, я посуду вымою?

      - А я?

      - А ты спать пойдешь, тебе ведь в Школу с утра. И так устала за день как на станции - Идущие прям один за одним шастают: сперва Брайт, потом Ромар. Хорошо хоть Гайли уехал.

      - Точно. Если бы я еще раз услышала "Здравствуй, Открывающая", не выдержала бы. Кстати, ты анекдот про вежливого ежика и Али-бабу знаешь?

      - Про какую бабу?

      - Темнота! Ладно, мой посуду, а я тебе сказку расскажу.

      - Сказку? Ты же анекдот обещала!

      Утро началось с пронзительного женского визга, топота босых ног и хлопанья дверей. И удивительного открытия: в отличие от кошек карди боятся мышей.

      - Ласси, поймай эту тварь! Сыночек, миленький, поймай!

      Маленький серый комочек удобно устроился под стулом, и ловить его никто не собирался: перепуганная Мариза висела на заспанном господине магистре, обхватив его руками, ногами и хвостом, а их сын расплывался в довольной улыбке, видимо безумно обрадованный тем фактом, что мама и папа в кои-то веки обнимаются.

      - Ласси-и-и!

      Пришлось нарушить сцену семейного счастья - от ее визга закладывало уши, да и Лайс не выдержал бы долгих "объятий". Мышонок удивленно пискнул, оказавшись зажатым в моей руке, племянничек разочарованно шмыгнул носом, а карди, повисев на фиктивном супруге еще пару секунд, смущенно сползла на пол.

      - Пап, а можно я его я его оставлю? - запрыгал вокруг Ласси. - Теть Галла?

      Мнения матери он естественно не спрашивал

      - Да, - выдал рассеянно Эн-Ферро.

      - Нет, - твердо ответила я. - У тебя же скоро котенок будет. Пойди, во дворе его выпусти.

      Хвост Маризе определенно шел. Как и ажурное белье, даже с большой натяжкой не претендовавшее на звание пижамы. Не удивительно, что из ее спальни впечатленного братца пришлось выводить чуть ли не за руку.

      Школа началась с магистра Келая, вновь встретившего меня удивленным взглядом. Кажется, все кроме нашего распорядителя уже свыклись с мыслью о том, что тэсс Галла Эн-Ферро не собирается ни умирать, ни бросать это славное учебное заведение, а он все еще сомневается в этом.

      - Доброе утро, магистр! - я одарила его лучезарнейшей из своих улыбок.

      - Доброе утро, тэсс Галла, - кивнул он, переводя взгляд мне за спину, где из портала уже стали появляться первые лишенные заслуженных каникул ученики.

      Все равно, странный он.

      - Здравствуй, Галла, - пропела летящая вниз по лестнице Гейнра, - наставник еще занят.

      - Здра... Чем?

      Вы пытались когда-нибудь разговаривать с ветром? И не пробуйте. Мне этого, по крайней мере, не удалось - ураган по имени Гейнра уже хлопнул входной дверью.

      А чем был занят наставник, я поняла, как только вломилась в его кабинет.

      - А, тэсс Галла, - кивнул, отвлекшись от каких-то бумаг, Салзар. - В вашем доме должно быть не принято стучать в двери?

      - В ее доме, наверное, вообще нет дверей! - гневно сверкнул глазами Медведь.

      И только магистр Триар поприветствовал меня доброй старческой улыбкой.

      - Мы немного заняты, девочка. Прости.

      Тэр Марко поглядел, как я растерянно переминаюсь с ноги на ногу, не зная, уйти мне или набраться еще большей наглости и спросить, что это они здесь делают, и насупился еще больше.

      - Галла!

      - Поняла. Испаряюсь.

      И испарилась.

__________

      - Как она это делает? - удивленно приподнял брови Ворон.

      Такой скоростной телепортации азгарец в жизни своей не видел: ни туманного окошка-портала, ни озонового хлопка - только была, и уже нет.

      - Догоните и спросите, - хихикнул Триар.

      - Не вздумайте, - серьезно предостерег Старший наставник. - Галла всегда использует рассеянный след. Не известно, куда по такому вынесет.

      - Мастер телепортации?

      - Возможно.

      - Марко имеет в виду, что возможно и телепортации тоже, - с довольной улыбкой вставил старик. - Телепортации, телекинеза, мысленного воздействия... Чему еще ты ее учишь?

      - Не правилам хорошего тона, это уж точно, - усмехнулся Салзар. - Да я и не думаю, что вы вообще чему-либо ее учите, магистр.

      - Вы тоже заметили? - нахмурился Медведь.

      - Заметил. Наверняка, стоит вам лишь перейти к новой теме, задать нужное направление, объяснив основы, как ваша талантливая ученица принимается самостоятельно плести заклинания не вписывающиеся в классические каноны. Я еще помню формулу, до которой не додумался Фис, и могу поспорить, что она куда более эффективна, чем то плетение, что описал он.

      - О чем он, Марко? - встрепенулся Триар.

      - Я о том, магистр, что не всем магам требуются наставники.

      - Ерунда! Это возможно, конечно, но на самостоятельное овладение даром уходят десятки лет.

      - Не всегда. Вы же преподаете историю, должны помнить легенду о Велерине. У нее вообще не было наставников, девочка выучилась всему сама всего к двадцати годам. Поэтому-то старые и чванливые маги Каэтара ее невзлюбили, и она ушла к эльфам. Вероятно, вашу Галлу ждет та же судьба. Не зря же принц Кэллиан ее обхаживал?

      - Для нее найдется работа и в Марони, - отрезал Медведь.

      - Даже так? - словно что-то поняв, посерьезнел некромант. - Тогда срочно начинайте учить ее хорошим манерам.

      - Сегодня же приступлю. А пока давайте вернемся к столбам Ордена. Вы действительно полагаете, что магистр Феаст мог...

__________

      С тех пор как не стало моего ясноглазого солнца, я еще ни разу так не смеялась.

      Выпроводив за дверь азгарского некроманта и старичка историка, наставник позвал меня в кабинет и строгим тоном заявил, что не станет обучать меня волшебству до тех пор, пока я не прекращу вести себя как неотесанная деревенская девка и не освою премудрости высокого церемониального этикета. Мое поспешное обещание никогда-никогда больше не входить без стука его не удовлетворило, и он всучил мне для изучения целых три книженции, в которых описывались всевозможные расшаркивания.

      Одна из книг, причем самая толстая, называлась "Воспитание учтивости у девиц" и начиналась со слов: "Каждая юная тэсс, желающая блистать в высшем свете и со временем удачно выйти замуж...".

      Вот здесь-то я и расхохоталась. Смеялась я громко и долго, почти до слез...

      - "...а вырез на платье должен быть не слишком глубок...", - лафия оторвалась от книги. - А у меня не слишком глубокий вырез, чародейка?

      - Да у тебя все платье - один сплошной вырез! И реверансы в нем делать не советую, чуть-чуть наклонишься, и грудь вывалится.

      - Так и задумано, - улыбнулась она. - Дальше читать?

      - Нет. Не могу заниматься и одновременно слушать о том, как правильно держать веер. Я уже пару раз пыталась обмахнуться мечом. Лучше расскажи, кто тебя читать научил.

      - А, - поморщилась она, - был один. Говорил, что человека из меня сделает, а после женится. В город забрал, читать учил, писать учил, еду настоящую есть учил... А потом умер.

      - До дна выпила? - скривилась я.

      - Нет, я с ним аккуратненько. Нравился он мне. И замуж хотелось очень. Интересно же, когда замуж... Убили его. Тогда всех убивали. Мужчин убивали, женщин убивали, детей убивали. Война называется. И к нам пришли. Его убили. Меня убили.

      - А потом? - я присела рядом с ней на траву.

      - А потом я встала и в лес ушла. И его забрала. Возле родничка похоронила, здесь рядышком. Прихожу иногда, когда вспомню.

      - Странная ты, лафия.

      - Обычная, - пожала она голыми плечиками. - А вот ты странная, чародейка. Со мной разговариваешь. Книжки смешные читаешь. Железкой своей машешь. Нет, чтобы нашла бы себе нормального мужчину...

      - Нормальные мужчины на дороге не валяются, чтобы их находить.

      - А тот, что в кустах сидит, тебе не нравится? - прошептала она мне как подружке.

      - В каких кустах? - так же тихо спросила я, подтягивая к себе меч.

      - В тех. Давно уже сидит, на нас смотрит. Сразу на меня смотрел, а потом, когда ты танцевать начала - на тебя.

      В кустах, значит? Ну-ну, сейчас поглядим, что это за тайный поклонник вооруженных чародеек и образованной нечисти. От мысли засветить по созерцателю чем-нибудь болезненным отказалась, предположив, что это вполне может оказаться какой-нибудь случайный гражданин, решивший прогуляться в лесок погожим летним деньком. Но рисковать тоже не хотелось.

      - Мужчина в кустах! - позвала я игривым голоском, предварительно выставив щит. - Выходите, мы вас заметили! Выходите-выходите, а не то хуже будет.

      - Благоразумная юная тэсс никогда не должна начинать знакомство с мужчиной первой, - тихо процитировала начитанная майла.

      - Где ты тут нашла благоразумных? Мужчи-ина!

      М-да. Таким тоном только портовые шлюшки орут, подзывая потенциальных клиентов. Не удивлюсь, если засевший в густой растительности наблюдатель сейчас выберется и сходу предложит мне горсть красненьких.

      - Мое почтение, принцесса, - приподнялась над пышной зеленью голова.

      Ромар Убийца. Остатки хорошего настроения моментально улетучились.

      - Засунь свое почтение себе в...

      - Фи, - скривилась лафия. - Тебе никакие книжки не помогут. Такой вежливый тэр, а ты ему грубишь.

      При виде вероятного источника питания в майле, видимо, проснулись охотничьи инстинкты.

      - Идите к нам, добрый тэр, - улыбнулась она призывно, - и не обращайте внимания на эту невоспитанную особу. Как вы, наверное, заметили, я безуспешно пытаюсь обучить ее правилам поведения в приличном обществе, но она ничего кроме своей железяки и знать не желает.

      Такой сложной дилеммы передо мной еще не стояло: я уже сплела одно миленькое заклинаньице, но запульнуть ли его в выслеживавшего меня орка или в развязную нежить решить не могла.

      - Благодарю вас, милая тэсс, - как по книжке раскланялся Идущий. - Простите мое поведение, но, наблюдая за вами, я и в мыслях не имел ничего постыдного...

      Майла с сожалением вздохнула.

      - Просто я увидел, как ваша подруга упражняется с мечом...

      - Задолбать меня решили своим этикетом?! - заорала я, в досаде рассеивая неиспользованное плетение. - Я ей не подруга! Она никакая не милая тэсс! А ты говори, чего тебе от меня надо, и вали отсюда, пока я тебя не пришибла!

      Невозмутимости Идущего могли позавидовать скалы. Я еще вчера заметила, что он абсолютно непробиваемый, а сегодня, когда он как ни в чем не бывало выбрался из окружающего поляну кустарника, чтобы галантно припасть к ручке лесной соблазнительницы, лишний раз в этом убедилась.

      - Досточтимый тэр Ромар, - решила я сменить тактику, - простите мое любопытство, но не будете ли вы столь любезны, чтобы сообщить мне причину, по которой проводите этот замечательный день, лежа в кустах, вместо того чтобы раз и навсегда убраться из моей жизни?

      - Уже лучше, - прокомментировала наглая майла.

      - Я не следил за тобой, Открывающая, если ты это имела в виду. Сюда меня привели дела, никак не связанные с твоей персоной.

      - Конечно. И эти дела так тебя измотали, что ты решил вздремнуть в тени этих чудных колючих кустиков?

      - Нет. Я услышал голоса и решил посмотреть. А когда увидел, чем ты занята, меня это заинтересовало. Профессиональное любопытство, если ты понимаешь, о чем я.

      - Надеюсь, твое любопытство удовлетворено в полной мере. Эй, майла, напомни мне, как вежливо прощаться, покуда я снова не послала многоуважаемого тэра.

      Лафия за моей спиной промолчала.

      - Не стоит, принцесса. Я уйду и без твоего прощания. Но если позволишь...

      - Не позволю! Вали отсюда!

      - Я только хотел спросить, сколько лет ты обучалась искусству меча, и кто был твоим учителем.

      - Сколько лет? - боги пресветлые, как бы я была вам благодарна, если бы мое счастье, как и наши занятия фехтованием, длилось хотя бы год. - О каких годах ты говоришь, Убийца? У меня было всего три месяца. Три коротких месяца. Потому что тот, кто был моим учителем...

      Я обещала больше никогда не плакать, солнце мое, но как же это бывает сложно.

      - Не спрашивайте ее об этом, тэр, - вступилась вдруг за меня лафия. - Люди не любят рассказывать про такое. Это грустно.

      - Не стану, милая тэсс, - кивнул орк. - Это действительно грустно.

      Лицемер!

      - Тебе грустно, что не ты убил его?

      - Нет, принцесса. Мне грустно, что он умер так. Он заслуживал лучшей смерти.

      Мне показалось, или в его ровном, бесстрастном голосе в самом деле прорезалась печаль.

      - Ты странный, Убийца. И он был странный. Все вы, с Эльмара, ненормальные.

      - Что есть норма, принцесса? - спросил он так же спокойно. - Ты считаешь, что я ненормальный, потому что дарую никчемным тварям достойную смерть. А я считаю, что ты ненормальная, потому что у тебя хороший удар, но просто ужасный меч, не подходящий ни к твоей руке, ни к шагу.

      - Что?

      - Да. При твоем росте и ширине шага этот клинок выглядит нелепо. И зачем боги дали тебе две руки, если второй ты просто размахиваешь, как плетью? Однорукий мечник, принцесса, вот это - ненормально. И тот, кто тебя учил, должен был рассказать тебе, что меч в руке - это хорошо, но два меча в обеих руках - еще лучше. Или он сам уже не помнил об этом?

      - Ты псих, Убийца, - вздохнула я, рассматривая свой меч. - Тебя нужно с Гайли познакомить.

      - Я уже знаком с доктором Миалланом. И смею заметить, он фехтует обеими руками.

      - Тогда вы все - ненормальные. Чокнутые эльфы, чокнутые орки. И я в вашу компанию не хочу.

      - Ты уже в нашей компании, Открывающая. И все мы, приобщившиеся к тайне Врат - ненормальные. Ибо один Мир - одна норма, другой Мир - другая. И если ты в каждом новом Мире будешь пытаться жить по его нормам, то тогда ты на самом деле сойдешь с ума. Поэтому мы никогда не меняем имен. И никогда не отказываемся от привычного образа жизни. Свой Мир и свои нормы мы носим с собой, как улитка тащит за собой свою раковину. Разве это не так, принцесса?

      В чем-то он был прав. Мои нормы, к примеру, не позволяли мне терпеть фамильярных и фривольных обращений, вроде "цыпа", "крошка" или "милашка". Слово "принцесса" тоже было в этом списке. И меня оно бесило особенно сильно, так как один тип, которого я знала еще на Земле, называл меня именно так.

      - Если ты еще раз назовешь меня так, то я убью тебя, - над моею ладонью завис огненный шар. - И мне совершенно безразлично, что это будет смерть недостойная такого прославленного воина.

      - Назову тебя как? - с непониманием нахмурился орк.

      - Принцессой.

      - А мне нравится, - напомнила о себе устроившаяся под деревом лафия.

      - Вот, - ткнула я пальцем в смазливую нежить. - Ее и называй так, сколько тебе угодно.

      В глазах, таких черных, что зрачок неотделим был от радужки, отразилось искреннее удивление.

      - Не понимаю тебя, - тряхнул он головой. - Зачем мне так ее звать? Разве это на ней сейчас ожерелье Владетельницы? Разве это она была избранницей моего принца?

      Я обещала больше не плакать, любовь моя, и я не стану. Только горло сдавило вдруг невыносимо, перед глазами поплыло высеченное из серого камня лицо Идущего и ноги стали такими бессильными, что я просто осела на траву, обхватив руками голову, чтобы она не разорвалась от убийственного стука в висках.

      - Она теперь всегда такая, - донесся издалека голос майлы. - Грустная. И совсем не светится. Это потому, что ее эльфа больше нет, и ей не с кем теперь танцевать.

      - Прости, если обидел тебя, при... Галла, - Ромар присел на корточки рядом со мной. - Но я не желал тебе зла.

      - С ума сойти можно, - я еще сильнее сдавила пульсирующие виски. - Ты явился на Тар, чтобы убить его, а теперь говоришь, что не желал мне зла, а его зовешь своим принцем. Это тоже твоя норма?

      - Мы с тобой из разных Миров, и тебе тяжело понять меня. Но я попытаюсь тебе объяснить. Я был меченосцем Владетеля Стиара и принес роду Т'арэ клятву верности. Всему роду, последним потомком которого был Иоллар. И в той клятве были такие слова: если я не смогу спасти своего господина от смерти, я спасу его от позора. Спасти его от смерти я не мог. Если бы я не принял заказ, они нашли бы другого наемника, и последний из древнего рода принял бы смерть от пущенной из укрытия стрелы или яда. Это плохая смерть для настоящего воина. Я не мог спасти его от смерти, но мог спасти от позора. Если бы я его убил, это был бы честный бой и славная смерть.

      - А если бы он убил тебя?

      - Это тоже была бы хорошая смерть. Для меня. А он был бы предупрежден, что его ищут, и тому, кого послали бы вслед за мной, было бы сложно застать его врасплох.

      - Ты и правда ненормальный. Разве нельзя было предупредить его иначе? Зачем кому-то из вас вообще было умирать? Кому нужен был этот честный бой?

      - Я знал, что ты не поймешь. Я не мог предупредить его, не обесчестив свое имя. Если бы я сделал это, никто больше не стал искать помощи Ромара Убийцы.

      - Ил никогда не называл тебя так.

      - Он тоже не понимал меня. Он ведь не был настоящим орком, хоть и очень хотел им стать. Но это был наш молчаливый уговор: он никогда не звал меня Убийцей, а для меня не существовало имени Ваол.

      Он терпеть его не мог, это имя, так же как и своего подонка-отца, докатившегося до того, чтобы подослать к единственному сыну наемного убийцу. И, наверное, если сравнивать беспринципного князя Окнира и повернутого на своих нелепых принципах орка, то Ромар покажется не так уж и плох.

      - Я сказал тебе то, что хотел, принцесса. Я планирую задержаться еще в этих краях, но постараюсь ходить по тем дорогам, на которых нет твоих следов, - он поднялся и развернулся к майле: - До свидания, милая тэсс. С вами я надеюсь еще встретиться.

      - Буду только рада, любезный тэр, - промурчала она. - Я живу здесь неподалеку, и если вы станете прогуливаться у Серебряного родничка...

      - Потанцуй со мной, Ромар.

      - Что?

      - Потанцуй со мной. Даже это странное создание видит, как тяжело танцевать этот танец без партнера.

      - Это большая честь для меня, принцесса.

      Я тоже чокнутая. Я совершенно ненормальная. Но разве существует вообще понятие какой-либо нормы, когда ты - человек-дракон-маг-Открывающая с ожерельем эльмарской принцессы на шее, а рядом с книгой хороших манер сидит обворожительная лафия и уже вынимает свой меч честный наемный убийца?

      - Ты сказала, что он учил тебя только три месяца.

      - Да.

      - Не верю. За три месяца ты не достигла бы такой координации движений и не запомнила бы и сотой части того, что только что мне показала.

      - Зачем мне тебе лгать? Просто я использовала кое-какие магические уловки, чтобы запомнить все эти приемы и стойки. Есть такая фишка, как руна концентрации - можно даже трехтомник самых нудных сочинений заучить от корки до корки.

      Ромар Меч недоверчиво покачал головой.

      - А твое тело? То как ты движешься - это тоже работа магии?

      - Ну, я тренировалась. У меня неплохая растяжка, подвижные суставы... И наследственность хорошая.

      - Ты не учишься, малыш. Ты просто вспоминаешь, то, что вложено в тебя памятью тысячелетий. Помнишь, как это было с кассаэл? В тебе знания драконов и сила магов-людей. Твой разум и твое тело откликаются на зов памяти...

      - Наследственность? Твой отец был мечником?

      - Нет. Но моя мама просто обожала фильмы про Зорро, - я со свистом вычертила в воздухе символ героя Мексики.

      - Фильмы? - растерялся орк. - А их что, несколько? Я видел только один.

      - Бывал в моем Мире? - улыбнулась я, словно почувствовав в Ромаре кровную родню.

      - Не часто. Пару раз заходил по делам, но всегда снимал номер с телевизором. Кстати, Зорро - не лучший пример искусства фехтования. Но шутку про наследственность я понял.

      Хвала богам! У невозмутимого сгустка непостижимых принципов имеются зачатки чувства юмора.

      - Только все то, что ты сказала, не объясняет, как ты за три месяца достигла того, на что у меня самого ушло больше года.

      - Значит, я просто способная.

      - Я был бы рад такой ученице, принцесса.

      Ясный день вдруг померк, и на полянку легла тень моей памяти.

      - Нет. Прости, Ром. Ты лучший в своем деле, и в другое время я тоже была бы рада такому учителю. Но мне просто не нужны больше учителя.

      - Ты становишься похож на ее эльфа, когда танцуешь с мечами, - тихо сказала наемнику майла, и я вздрогнула, услышав то, о чем сама не хотела говорить. - Она смотрит на тебя, а видит его. Это грустно.

      - В воспоминаниях нет ничего постыдного, принцесса. И если они приносят боль, то нужно лишь радоваться - это означает, что твое сердце еще живо. Только раненый чувствует боль, убитому она безразлична.

      - Наверное, моя рана еще слишком болит. И с такой болью доктора не разрешают мне брать уроки фехтования. Может быть потом, через много-много лет я найду тебя на одной из дорог Сопределья и попрошу научить тому, чему ты учил его. Но не сейчас. Сейчас мне нужно домой, я и так задержалась надолго.

      Я пристегнула к поясу ножны.

      - Тебе нужен другой меч, принцесса. Этот слишком громоздок для твоей руки.

      - Может быть. Но это...

      - Память? Не память станет защищать тебя от врагов. Носи свою память в сердце, а на поясе носи нормальное оружие. Это мой профессиональный совет.

      - Я подумаю над твоими словами, Ромар Меч. И если ты решил задержаться на этой поляне после моего ухода, то будь осторожен. Эта прелестная девушка, что сейчас постигает премудрости хорошего тона, ни что иное, как немного странный суккуб. И она способна вытянуть из тебя сил больше, чем это сделает и сотня поединков. Это - мой профессиональный совет.

      ...Что за сны мне приснятся сегодня, любимый? Будут ли в них манерные лафии, убийцы-философы и неправильные мечи, рассекающие падающие сквозь листву солнечные лучи, или вновь появится мрачное облако-силуэт и протянет ко мне холодные руки?

__________

      - Значит, вы крайне опасное создание, милая тэсс?

      - А разве вы боитесь опасности, добрый тэр?

      - Нет. Но раньше я не встречался со столь очаровательной угрозой...

      - Постой! Здесь нельзя. Это их место - чародейки и ее эльфа. Здесь нельзя...

__________

   Ни Маризы, ни Ласси дома не оказалось. Может, отправились на пляж, а может, и в Улики за очередной порцией меда. Но воспользоваться отсутствием племянничка и насладиться тишиной не удалось - у Лайса был гость.

   - Здравствуй, Брайт.

   Надоели мне эти официальные приветствия! В конце концов, тут не станция.

   - Здравствуй, Галла. Я ненадолго, - сказал он извиняющимся тоном.

   - Отчего же? Можешь на ужин остаться, если других планов нет.

   - Оставайся, - поддержал меня Эн-Ферро.

   Обычно тэра Клари упрашивать не приходилось - поесть и выпить тот никогда не отказывался.

   - Спасибо, но я поеду уже, - удивил нас ответом мужчина. - Я ведь по случаю заскочил. А завтра уже в лагерь. А еще и к оружейнику успеть надо...

   - К оружейнику? - заинтересовался кард.

   - Да. С последней вылазки пату ножей прихватил... трофеи вроде как. Думал продать, если выйдет. Да и наконечники для стрел Алез просил заказать...

   - Трофеи! - хлопнул себя по лбу Лайс. - Забыл совсем!

   Обычно он ничего не забывает.

   - Ты о чем? - удивилась я.

   - Меч. Помнишь, тот, с пустошей? Я тут тоже успел трофейным оружием разжиться, - пояснил он, оборачиваясь к Брайту. - Еще летом, по дороге сюда. Мы с обозом через Рваные Пустоши шли, на разбойничью засаду нарвались - насилу отбились.

   - Ты не рассказывал.

   - Так я ж и говорю, забыл. Совсем из головы вылетело. А меч хороший.

   - Продать думаешь?

   - Не знаю. Я б и оставил, но, во-первых, к своему уже привык, а во-вторых, у трофейного ножен нет.

   - Так заказать не проблема! - махнул рукой полусотенный. - Хочешь, поехали со мной сейчас. Или давай я сам отвезу. Сделают, какие хочешь! Можно попроще, недорого выйдет.

   - Нет, брат, - усмехнулся Эн-Ферро, - к такому мечу "попроще" не подойдут! Сейчас достану его, оценишь!

   Извечные темы мужских бесед: оружие, машины (лошади, керы) и женщины. Возможно, мне стоило бы оставить их наедине, но о керах и женщинах речи пока не шло, а разговоры об оружии с некоторых пор стали интересны и мне.

   Из своей комнаты Лайс вынес перетянутый бечевкой сверток и бережно сгрузил его на стол в гостиной.

   - За шкаф сунул и забыл, - пожал он плечами. - Самому странно - ведь этот клинок чуть было не забрал мою жизнь.

   - А вместо этого ты забрал меч, - усмехнулся Брайт, глядя, как кард разворачивает трофей.

   - Вот именно. Гляди. Красавец, правда?

   Красавец. Я знала об этом мече, но рассмотреть до сегодня не удавалось. Даже моих скудных познаний в этом вопросе хватило, чтобы понять, что оружие не из дешевых и сделано на совесть. Наверняка, идеальный баланс, нетяжелый, судя по узкому клинку с широким долом, а рукоять так и просилась в ладонь...

   - Х... хорош, - севшим вдруг голосом выговорил Брайт. - Слишком хорош для простого разбойника.

   - Я тогда тоже так подумал, - Лайс медленно поднял меч и повертел его, любуясь. - Но тот мальчишка был не так уж и прост. Обученный мечник. Хорошо обученный. А ведь совсем сопляк был, лет двадцать - не больше.

   Лайс-Лайс, как же придавило тебя этими твоими блоками! Ничего не видишь, не чувствуешь. А может, и не в блоках дело. Может, это я после того, как не стало Ила, после того, как душу наполнила моя собственная боль, стала так резко слышать чужую. Сначала - Миласа, застывшая в нерешительности на пороге нашего дома, теперь - Брайт. И мне, никогда не обладавшей способностями сканера и с трудом освоившей простейшие приемы ментального воздействия, не нужно даже напрягаться, чтобы впитать горечь чужих мыслей...

   - Девятнадцать, - полусотенный тяжело опустился в кресло, не отводя взгляда от меча. - Летом ему было всего девятнадцать...

   Он как будто постарел в один миг лет на десять. Заметнее стала седина, обозначились четче морщины у глаз и глубокие складки вокруг обычно улыбчивого рта.

   - Не вини Лайса, Брайт, - сказала я тихо, пока кард растерянно глядел на старого приятеля. - Он защищал свою жизнь, и другого выхода у него не было. И твоей вины в этом тоже нет. Твой сын сам выбрал свою судьбу.

   Мужчина обхватил голову руками, а Эн-Ферро, до которого медленно, но все же дошел смысл произнесенных мною слов, брезгливо отложил злополучное оружие.

   - Брайт?

   На Лайса Идущий даже не глянул. Сухие, но неестественно тусклые глаза недавнего весельчака смотрели только на меня.

   - Ты не права, Открывающая, - покачал он головой. - Лайс - да, его я не виню... Не было у него вариантов - тут ты не ошиблась. Любой поступил бы так же... Да... А вот я... Трудно усидеть в одном Мире, когда Врата зовут... И с матерью его у нас не сложилось. Но она с пониманием отнеслась. Я сперва деньгами помогал, домик им прикупил в Орешниках - это недалеко здесь, полдня на восток от Марони... И меч ему этот я подарил. Хороший меч, в Западных Землях его ковали, на Гребне. И учил, чему мог. А потом в Тарее наставника хорошего нашел... Только тот... Мечник он был, мечом владеть и научил. Только этого мало. Три года назад вернулся я на Тар, в гости зашел, как обычно, а Зарна... Мать его - Зарна - говорит, пропал... Сбежал. Кера забрал, сбережения все подчистую из дому выгреб... Так что ты не говори, что я не виноват. Виноват...

   Брайт встал и покачиваясь, словно пьяный, направился к двери.

   - Я виноват, - остановился он напротив Лайса. - Меня не было с ним рядом, когда мальчишке был нужен отец. Каждому мальчишке нужен отец, Эн-Ферро. Так что ты... своего не бросай больше...

   - Не брошу, - пообещал кард, сглотнув.

   - А меч... И меч ему отдай...

   Наверное, он уйдет теперь с Тара. Ведь все эти годы, живя в Кармоле, он надеялся отыскать своего сына и в охотники Марэга пошел, рассчитывая с помощью капитана Алеза разузнать что-нибудь о мальчишке. А сейчас его ничего больше в этом Мире не держит. Да и встречаться с Эн-Ферро после всего вряд ли будет ему в радость.

   - Странная штука - судьба, да? - подошла я к Лайсу, с ненавистью глядящего на лежащий на столе трофей.

   - Безумно, - вздохнул он.

   - А меч, действительно, неплох, - я сжала обтянутую шершавой кожей рукоять и без усилий подняла оружие. - Оставишь его для Ласси?

   - Нет, никогда. Продам... или даже выброшу, если Брайту он теперь не нужен.

   - Отдай мне. Мне... как раз нужен новый меч.

   - Это плохое оружие, Галчонок. Оно не принесет счастья владельцу.

   - Неужели? Не думала, что ты такой суеверный. Я возьму его, Лайс, и плевать я хотела на все приметы Сопределья. Закажу новые ножны и очищу клинок огнем.

   И даже дам ему имя, как это принято у настоящих мечников.

   Убийца, например...