С тем же успехом он мог помахать красной тряпкой перед носом у быка. Элис моментально бросилась в атаку.

— Может, еще захочешь провести тест на определение отцовства? — желчно спросила она.

Темные глаза блеснули.

— А ты полагаешь, что такой тест необходим?

Это была чистая победа. Элис в ту же секунду осознала свою ошибку. По сути, она сама подставилась под выпад. Они с Мигелем знакомы очень недолго. Поэтому, если даже отбросить не выдерживающее критики предположение, что она могла забеременеть от Роберта, остается еще множество вариантов с другими мужчинами. Откуда Мигелю знать, что у нее в последнее время отсутствовали посторонние связи?

Но их и не могло быть: сначала Элис горевала по матери, потом искала Роберта, покупала жилье в Майами и обустраивала его. Ей просто некогда было заниматься личной жизнью.

— Нет, такого теста не нужно, — наконец нехотя выдавила она. Ей вообще противно было отчитываться в подобном вопросе. Элис в очередной раз отвернулась к окошку, ожидая от Кальсады какой-нибудь колкости в свой адрес.

Собственно, почему бы ему и не поддеть ее? Элис легла к нему в постель с такой легкостью, словно это было для нее самым обычным делом! А всему виной внезапно вспыхнувшая страсть к этому мужчине, с которой просто невозможно было справиться. И вот чем все кончилось, вздохнула Элис.

Однако в следующий момент она забыла, о чем думала минуту назад. Всмотревшись в очертания зданий за окном автомобиля, она резко повернулась к нему.

— Мы едем не той дорогой! — Кипя негодованием, Элис потянулась к разделительному стеклу, чтобы постучать в него и назвать водителю свой адрес, но ее рука не достигла цели, будучи ловко схваченной Мигелем.

Стоило их пальцам соприкоснуться, как в пассажирском салоне словно вспыхнули бенгальские огни. У обоих перехватило дыхание. Не в силах справиться с собой, Элис все же посмотрела в черные глаза, и ее сердце бешено застучало: Кальсада собирался поцеловать ее. Но ведь я не желаю этого, напомнила себе Элис, опрометчиво опуская взгляд на его губы, жаждавшие поцелуя столь же сильно, как ее собственные. Мигель начал склоняться. Все в ней запылало в ожидании неизбежного.

— Ключи, — шепнул Кальсада. Зачарованно глядя на него, она спросила:

— Что?

— Ключи от твоего дома, — мягко пояснил Мигель. — Разве ты захватила их с собой?

Элис почувствовала себя шариком, из которого выпустили воздух. Реальность беспардонно вторгалась в ее грезы.

— Нет…

Добившись этого признания, он отпустил руку Элис и преспокойно откинулся на мягкую спинку сиденья. Он только что сделал очень важное открытие: как бы плохо ни складывались у них отношения, чувственное притяжение оставалось незыблемым. Оно словно тлело где-то под спудом, терпеливо дожидаясь своего часа.

— Я зайду за ключами и уеду, — сочла Эллис необходимым уведомить его о своих намерениях. Кальсада даже не стал на это ничего отвечать. Он откровенно показывал, что его намерения простираются гораздо дальше. Он заманил Эллис в такси, подразумевая на сегодняшнюю ночь полную программу и нимало не смущаясь тем обстоятельством, что поступает не слишком честно.

И это после такого трудного вечера, нахмурилась Элис. К тому же я еще не успела как следует обдумать нынешние события и не решила, как к ним относиться.

Тем не менее она сейчас не испытывала желания спорить и не понимала, почему так получается. Конец путешествия Элис провела с ощущением, что попала в ловушку, подготовленную ею самой в не меньшей степени, чем Мигелем.

Такси остановилось. Водитель помог выйти Элис, в то время как Кальсада покинул автомобиль с другой стороны. Любезно поблагодарив таксиста, Элис направилась к стеклянным дверям главного входа, оставив Мигеля расплачиваться.

Консьерж сидел за конторкой и смотрел телевизор. Увидев поднявшуюся по ступенькам Элис, он улыбнулся и нажал на отпирающую замок кнопку. К тому моменту, когда дверь отворилась, Мигель был тут как тут. Пожелав консьержу спокойного дежурства, они направились к лифту. Поднимаясь с Кальсадой наверх, Элис невольно сравнивала это путешествие с давешним. В прошлый раз Мигель оттеснил ее в угол и навис над ней, переполненный негативными, готовыми в любой момент выплеснуться эмоциями. Сейчас он стоял в самом углу, далеко от Элис.

Дверцы лифта отворились. Элис вышла в холл, но не стала в нем задерживаться. Она миновала проем кабинета, удостоив это помещение лишь безразличным взглядом: ей больше не нужно было место секретарши у Кальсады. Точно так же Эллис миновала гостиную, которую всегда недолюбливала. К тому же там находился вход в спальню, о которой сейчас вообще не хотелось думать. Оставалась только столовая и кухня. Элис направилась в кухню. Войдя, она сразу открыла холодильник и достала бутылку минеральной воды. Затем взяла с полки стакан и села за стол. Она открывала крышку, когда появился Мигель. Точь-в-точь повторяя действия Элис, он достал из холодильника банку «колы».

Он потянул за металлическое кольцо, и вскрытая «кола» зашипела. То же сделала минеральная вода, наливаемая Элис в стакан. Кальсада подошел к окну и остановился, глядя вниз, на ночной город. Элис разглядывала пузырьки на стенках стакана. Затем он отпил глоток «колы». Элис отхлебнула воды.

Первым вступил в бой Кальсада.

— Ты выйдешь за меня замуж? — спросил он.

Не отвечает, хмуро подумал он через минуту. Как и следовало ожидать.

В этот миг Элис неожиданно рассмеялась у него за спиной — негромко, без истерики, но очень презрительно.

— У тебя крепкие нервы, — заметила она.

Не уверен, безмолвно возразил Кальсада, уставившись на банку в руке. Иначе я не задал бы этого вопроса, не выложил бы с самого начала козырную карту.

— Ты даже не счел нужным посмотреть мне в лицо, — горько продолжила Элис.

Он быстро обернулся. Она со злостью смотрела на него — прекрасная голубоглазая ведьма, столь же желанная, что и всегда. И он очертя голову бросился в омут.

— Я влюбился в тебя с первого взгляда, увидев в набитом сотрудниками зале для приемов! — глухо признался он. — Как, по-твоему, этого достаточно для предложения о браке?

По лицу Элис было видно, что нет. Она побледнела, в который раз за сегодняшний вечер, в глазах появился сероватый оттенок недоверия.

— У тебя просто возникло физическое желание, — поправила она Мигеля.

— И это тоже, — не стал тот спорить, потому что в словах Элис заключалась правда, а отныне следовало придерживаться только ее. — Но не забывай, что в тот момент я считал тебя любовницей Боба. Женщиной, способной разрушить его брак с Мартой.

— А, тогда все нормально, — насмешливо кивнула Элис.

— Ну сама посуди, что мне оставалось думать? И вообще, ты можешь хоть на минуту представить, как терзала меня эта мысль?

— Могу. Она превратила тебя в подлеца и обманщика!

— Вот это здорово! Приятно слышать подобные заявления от особы, лгавшей мне с первого дня встречи.

— Я, по крайней мере, прибегла к неправде с целью защиты дорогого мне человека.

— То же относится и ко мне, — напомнил Мигель. — Марта так же близка мне, как тебе Роберт.

— Верно. Только ты изначально вплел в эту историю мотивы мести. Причины моего общения с тобой честны. В то время как тебе с самого начала хотелось доставить мне неприятности.

Мигель ничего не ответил. Молчание темной тучей повисло между ними, потому что на последнее горькое замечание нечего было возразить. Потом он вздохнул, поставил банку с недопитой «колой» на подоконник и отодвинул стул по соседству с Элис. Оседлав его, Мигель хмуро посмотрел ей в глаза.

Ничего страшного, сказал он себе. Рано или поздно все недоразумения между нами разрешатся. Поставив локти на спинку стула, он оперся подбородком на сплетенные пальцы, затем мягко повторил, не спуская с Элис глаз:

— Стань моей женой. — И улыбнулся.

Эта улыбка проникла ей в самое сердце, вскружила голову. А выражение глаз словно обдало теплом. Элис вдруг почувствовала себя в компании прожженного соблазнителя. Ты поступаешь нечестно, едва не крикнула она Мигелю. Потом с интересом подумала: неужели он и впрямь полагает, будто я не способна раскусить его намерения?

— Послушай, — произнесла Элис, с усилием проталкивая звуки через сжавшееся в спазме горло и с ужасом осознавая, что все-таки поддается чарам сидящего напротив человека, — давай проясним ситуацию, пока она не запуталась окончательно. Даже принимая во внимание тот маловероятный факт, что я забеременела, тебе нет нужды жениться на мне. Я не жду и не желаю от тебя подобных действий. Сейчас иные времена. Мужчина вовсе не обязан жениться, попав в подобную историю. Как тебе известно, я сама выросла в неполной семье и ничего особенного в этом не вижу. На детей, не имеющих отца, больше не показывают пальцем. И, если мне доведется родить, я надеюсь вырастить ребенка так же, как это сделала моя мать. Так что успокойся и прекрати терзаться мыслью о необходимости брака с побочной дочерью Роберта. Тем более что до сегодняшнего вечера подобной темы вообще не возникало. Мы оба знаем это. Нам просто было приятно вдвоем, только и всего. Но завтра или в любой другой день ты уедешь в Мадрид, а может в Барселону, и все кончится. Не стоит тебе отягощать душу ложным чувством долга. В жизни часто так бывает: люди совершают ошибки и преспокойно живут с этим дальше. Сам подумай, зачем нам вступать в брак, который никому из нас не нужен?

Надо отдать должное Мигелю — он терпеливо выслушал монолог до конца. И даже не пытался вставить какое-либо замечание или комментарий. Он просто сидел и смотрел в прекрасное лицо. Когда Элис умолкла, он вежливо выждал пару секунд, не будет ли продолжения, а потом спокойно повторил:

— Стань моей женой.

У Элис лопнуло терпение.

— Послушай, прекрати! — взвилась она. — Что ты заладил одно и то же? Тебе вовсе не хочется жениться!

— Откуда ты знаешь, чего мне хочется? Лучше сначала спросила бы меня, а уж потом строила заключения.

— Незачем, — отрезала Элис. Ей и так все было ясно. Зачем разводить канитель с расспросами?

Она начала подниматься из-за стола, но ее остановила сжавшая запястье смуглая рука. И вновь словно электрический ток пробежал по телу Элис. Она сердито высвободилась. Нужно ретироваться отсюда, пока дело не зашло слишком далеко!

Намереваясь действовать решительно, Элис резко вскочила на ноги, однако тут же пожалела о своей поспешности: у нее внезапно закружилась голова, кухня поплыла перед глазами.

Заметив, что что-то не в порядке, Кальсада бросился к ней, нетерпеливо отшвырнув мешающий стул ногой.

— Только не теряй сознания! — хрипло приказал он. — Сейчас не время. Мы еще ни о чем не договорились.

— Я уже все решила, — вяло возразила Элис. Из-за неожиданной слабости она вынуждена была прислониться к его плечу.

— Ты несешь чушь, — раздраженно заметил он. — Я просто дал тебе возможность выговориться.

Огромное тебе спасибо, язвительно подумала Элис, а вслух произнесла:

— Отпусти меня…

Кальсада, однако, и не подумал выполнить просьбу. Вместо этого он подхватил Элис на руки и понес туда, куда она больше всего боялась попасть. В спальню. Там Мигель положил ее на кровать и лег рядом.

— Секс не решит наших проблем, — сухо заметила Элис.

— Я ничего такого и не подразумеваю, глупышка. — Он поднялся на локте, чтобы лучше видеть ее рассерженные голубые глаза. — Просто тебе нужно полежать.

Да, я глупа, несу чушь, и вообще мои соображения можно не принимать во внимание, подумала Элис. Я не способна о себе позаботиться, и Мигель больше не желает заниматься со мной любовью. Докатилась!

— А теперь спроси, — настойчиво произнес Кальсада.

— Что? — недовольно буркнула она, досадуя, что он лежит так близко.

— Чего я добиваюсь от наших отношений.

Опять за свое! Неужели не надоело говорить об одном и том же? Нет, пора положить этому конец. Сейчас выслушаю, что он скажет, и точка, решила Элис. Иначе его близость начнет действовать на меня слишком сильно.

— Так чего же ты добиваешься, Мигель?

Глаза Кальсады блеснули.

— Тебя. Я люблю тебя, просто боготворю, в тебе заключена вся моя жизнь… Станешь моей женой?

— Сумасшедший! — поморщилась Элис. — Сам не понимаешь, что говоришь. Пару часов назад ты даже не знал, кто я есть. И после этого хочешь жениться на мне?

— Ты родишь мне ребенка, — мечтательно улыбнулся Мигель.

— Может, я вовсе не беременна!

— Это не существенно. Данное положение легко исправить. — В его глазах заплясали искорки. — Важно другое: я хочу, чтобы ты стала матерью моих детей. Поэтому спрашиваю снова: ты выйдешь за меня?

Лучше мне зажмуриться и вообразить, что ничего этого нет, подумала Элис, в самом деле закрывая глаза. Хотя идея, по правде говоря, глупая. Ведь Мигель лежит рядом, на той самой постели, которую мы делили почти месяц, и потешается над моим идиотизмом.

Пока она размышляла, он склонился над ней и коснулся губами подрагивающих век. Потом поочередно поцеловал щеки.

— Я буду заботиться о тебе всю жизнь…

— Еще совсем недавно ты собирался расправиться со мной, — напомнила Элис.

Он провел пальцем по ее губам. Затем легонько сжал зубами мочку уха.

— И даже тогда я любил тебя.

Элис передернула плечами.

— Это что, испанская дипломатия? Не нужно впиваться мне в уши.

Мигель рассмеялся. Его приглушенный, насыщенный чувствами смех подействовал на Элис сильнее прикосновений. По ее телу пробежала дрожь.

— Скажу больше, — продолжил Мигель. — Я любил тебя даже в ту минуту, когда ты врала, что не знаешь кода к сейфу Боба.

— А почему ты думаешь, что он был мне известен?

— Я подслушал оставленное Бобом телефонное сообщение.

— Так ты только поэтому задал мне вопрос насчет шифра? Хотел узнать, что я скажу?

Он кивнул.

— После того случая я и перенес офис сюда, чтобы ты оказалась подальше от сейфа.

— Но зачем? — воскликнула Элис. — Почему бумаги моего отца имели для тебя такое значение?

Мигель снова засмеялся.

— Теперь я вижу, что ты рассуждаешь как дочь, а не как любовница. Но в тот момент я вообразил, что в сейфе находятся оставленные Бобом для тебя деньги. Так сказать, плата за услуги, уж извини за откровенность. Поэтому я решил держать тебя от них подальше.

— Ну и циник ты, Мигель! — сердито заметила Элис.

— Даже в большей степени, чем тебе кажется, — смиренно согласился тот. — Пока ты оставалась здесь, я вызвал рабочих и велел вскрыть сейф. Однако там ничего существенного не оказалось, из чего я сделал вывод, что ты все же успела заглянуть в него до меня. И вынула все, что пожелала. Брошь с изумрудом и бриллиантами, например.

Элис изумленно уставилась на него.

— Ты решил, что я украла брошь моей прапрабабушки? Ну, знаешь… У тебя чересчур богатое воображение! На самом деле Роберт хранил там письмо, некогда написанное моей матери, которое я привезла ему. И кое-какие бумаги, касающиеся моего рождения. Мне удалось изъять все это утром, на следующий день после твоего появления в нашей фирме. Ведь Боб предупреждал, что шифр тебе известен.

— К несчастью, я потерял бумажку, на которой был записан код. Так что мне поневоле пришлось найти иной способ доступа к интересующему меня объекту.

— Для тебя любые методы годятся? — поддела его Элис.

— А ты, зная об этом, все равно выходишь за меня?

— Никогда не имела подобного намерения!

Слово было за Мигелем, но он предпочел просто поцеловать ее. Снова нечестный прием, промелькнула у Элис беспомощная мысль. Ведь он отлично знает, что играет не по правилам и что я не могу противиться, но все равно действует по-своему!

— А говорил, что секса не будет… — невнятно пробормотана она. Губы Мигеля мешали ей говорить.

— Ну какой это секс! — переместился тот в район шеи. Затем вернулся к губам и прошептал, почти касаясь их: — Я всего лишь выражаю чувства по отношению к своей женщине.

Его рука легла на ее живот и принялась плавно кружить по шелку платья. Исходящее от ладони тепло перетекало к Элис, и ей это нравилось, хотя не должно было бы. Но что хуже всего — глаза его были так темны и выражали такую нежность, что Элис, казалось, погружается в них.

— Выходи за меня, — хрипло попросил Мигель. — Позволь мне стать твоим мужем, любовником и преданным другом.

— Ты так говоришь на тот случай, если окажется, что я беременна, — возразила Элис. — Вот выяснится завтра, что все это выдумка, и ты убежишь от меня сломя голову.

— Здесь растет наш ребенок, — негромко произнес он, продолжая гладить ее живот. — Только представь себе! Подумай обо всех страстных ночах, когда мы могли зачать его. — Смуглые пальцы сгребли шелк платья и тихонько потянули вверх. Словно в ответ на это действие с губ Элис слетел вздох. Ощутив его, Мигель поцеловал ее в губы. — Стань моей женой.

— Не могу. Ты просто хочешь загладить вину передо мной, только и всего.

— А может, причина отказа кроется в том, что ты меня не любишь?

— Ох! — вырвалось у Элис. Она прикрыла ему рот пальцами и взмолилась: — Перестань!

У Мигеля засияли глаза. Он поцеловал поочередно каждый пальчик и повторил:

— Выйди за меня замуж.

Как я могу? — подумала Элис. Разве можно стать женой человека, который столь безжалостно использовал меня?

Ее решимость поколеблена, сообразил Мигель. Еще немного, и победа будет за мной. Он словно кожей чувствовал желание Элис сдаться.

— Стань моей женой, — сказал он в который уже раз за нынешний вечер.

И именно сейчас вдруг что-то изменилось. Элис будто открылась, пульс ее ускорился, губы запылали, щеки слегка порозовели. Все, она моя, с уверенностью подумал Мигель. Осталось лишь услышать «да», а дальше все сладится само собой.

— Что плохого в том, чтобы выйти замуж за человека, который так страстно любит тебя? Будь моей женой, дорогая, и я обещаю любить тебя вечно. Согласна?

Любовь, вот ключевое слово, отметил он, увидев, как потеплели голубые глаза, как появилась в них знакомая дымка.

— Да… — прошептала Элис.

Душа Мигеля наполнилась триумфом, который очень быстро сменился совершенно особенным чувством единения, захватившим также и Элис. В течение нескольких пронзительных мгновений они оба осмысливали волшебное значение только что прозвучавшего коротенького слова.

Телефонный звонок вернул их с небес на землю. Мигель вполголоса выругался, гадая, кто может звонить в три часа ночи.

— Боб! — быстро сказала Элис, протягивая руку к телефону.

Мигель опередил ее.

— Да? — ответил он, и Элис, подставив ухо к трубке, услышала приглушенный голос Марты.

— Боб сказал, что не уснет, пока не узнает, что с его дочерью, — говорила та. — Если Элис у тебя, передай ей, пожалуйста, трубку. Пусть она лично уверит отца, что ты не принялся вновь соблазнять ее!

— Но именно этим я сейчас и занимаюсь, — неспешно произнес Мигель, откидываясь на подушки и таща за собой Элис. — Кстати, ты прервала нас на самом интересном месте. — Сказав это, он быстро прижал трубку к уху возлюбленной, чтобы та стала свидетельницей гневного всплеска, чрезвычайно эмоционально выраженного по-испански.

Не поняв ни слова, Элис тем не менее покраснела.

— Марта, это я, — сообщила она, поглядывая на ухмылявшегося Мигеля. На том конце провода наступила тишина, затем раздался другой знакомый голос. — Боб! — воскликнула Элис. — Как у тебя дела?

Ответа Элис не услышала, так как Мигель отнял трубку от ее уха и прижал к своему.

— Роберт! — произнес он торжественно. — Я хочу официально попросить руки твоей дочери.

— Нет! — испугалась Элис. — Не говори ему!

— Да, она приняла мое предложение, — продолжал Мигель. — Неужели ты думаешь, что после всего, что было, я позволю ей уйти?

Элис закрыла глаза. Она сдалась. Увидев это, Мигель улыбнулся про себя и принялся с еще большим пылом убеждать Роберта в том, что его дочь попала в хорошие руки и волноваться совершенно не о чем.

— Договорились? — спросил он напоследок, после чего положил трубку и взглянул на Элис. — Ну как, все нормально?

— Где там! — махнула она рукой. — Я чувствую себя жертвой военного преступника, которому плевать на общепринятые правила. Полагаю, Боб дал благословение?

— Разумеется. С условием, что здоровье позволит ему присутствовать на нашей свадьбе, которая состоится на той неделе.

— На той неделе?.. — повторила Элис с обреченным видом. Мигель плотнее прижал ее к себе. — Эй! Ты обещал, что мы не будем заниматься любовью.

— Я передумал.

— А если я передумаю выходить за тебя?

— Поздно. — Он поцеловал ее в уголок губ. — В глазах моей семьи мы официально помолвлены. Если дело разладится, мои родственники начнут мстить тебе за мое разбитое сердце.

— Удобно ты устроился.

— Мы, испанцы, преданы интересам семьи, — с гордостью заявил Мигель.

У вас есть и иные интересы, подумала Элис, млея от того, что делали с ее телом руки возлюбленного.

— А если я не беременна? — спросила она, решив прояснить ситуацию окончательно.

— Я заставлю тебя забеременеть! — пообещал Мигель и тут же принялся с воодушевлением осуществлять это намерение…

Утром Элис сидела в кухне за столом и пила сок, дожидаясь, пока проснется Мигель. Тот вскоре появился в халате и шлепанцах. Первым делом он подошел к Элис, чтобы поприветствовать ее шутливым поцелуем в нос.

— Должна тебя разочаровать, — вздохнула она. — Весь сыр-бор оказался напрасным: у меня начались месячные.

Он на миг замер у холодильника, усваивая информацию. Элис сидела ни жива, ни мертва и молилась лишь об одном: чтобы он не заметил, как ее пугает, что отсутствие беременности может все испортить.

— А как же твоя бледность, приступы слабости, головокружение, наконец? — прозвучал голос Мигеля.

Она пожала плечами.

— Не знаю. Наверное, все нервы виноваты…

Наступила короткая пауза, в течение которой Элис уже не знала, что и думать, однако через минуту ее обняли сильные руки. Мигель поднял ее со стула за плечи и прижал к своей груди.

— Но ты выйдешь за меня замуж?

Она подняла на него взгляд, пытаясь понять, шутит тот или нет.

— Ведь ты спрашивал об этом уже тысячу раз!

— Верно, но обстоятельства тогда были иными. А сейчас я хочу получить окончательный ответ. Скажи, ты станешь моей женой, потому что не желаешь себе иной судьбы и потому что я люблю тебя больше жизни?

Глаза Элис наполнились слезами.

— Да, — тихо произнесла она. — Потому что люблю тебя еще сильнее.

— Ну вот, — улыбнулся Мигель. — Теперь все хорошо, правда?

Да, подумала Элис, обвивая его шею руками, просто чудесно…