— Герцогиня! — Поль вскочил с кресла и уронил на пол блокнот. — Ой, Клео, я просто пишу про герцогиню, — он смутился, но почти не покраснел. — Я же обещал твоему отцу записать эту историю. — Он наклонился за блокнотом, но смотрел на меня блестящими глазами и выглядел очень решительным, прямо как мой папа!

— Можно, я почитаю?

— Да, конечно. Это же для тебя… Я так рад… — Он протянул мне блокнот.

— Поль, но ты пишешь рассказ, а нужен сценарий. И потом, зачем писать карандашом, да еще на коленях, когда в соседней комнате компьютер? Пойдем, — я потянула его за руку, — только он очень древний.

— Ерунда! У меня дома точно такой же! Знаешь, герцог пел своей маленькой дочери старинную колыбельную. Они ведь очень любили друг друга.

— Да, и это надо показать! Это кино, а не книга, где можно написать два слова, и все понятно, а в кино надо показать, как герцог любит свою дочь, а она его! Понимаешь, показать!

— Прямо в первом кадре?

— Конечно! Вот, смотри, первый же кадр: совсем молодой герцог с немного длинными темными волнистыми волосами… Ну, там у них всех одежда, как в «Ромео и Джульетте»…

— Но вообще-то все происходит на пятьсот лет раньше.

— Неважно, папа знает, как их нарядить. Вот, слушай. Герцог качает на высоких-высоких качелях свою дочку. Она совсем маленькая, лет пять, не больше. Он с восторгом смотрит на нее, а она кричит: «Еще, папа, еще!»

— А камера показывает парк, замок, озеро как бы глазами девочки, то есть взлетает и опускается вместе с качелями. И зрители видят всю эту красоту именно такими наплывами…

— Да, а когда отец смотрит на девочку… Кстати, как ее зовут? Ведь Фанта-Гиро — это же прозвище, не имя.

— Лючия, маленькая — Лючетта.

— Когда отец смотрит на сияющую от счастья Лючетту, то камера показывает, как качели возносят до самых небес его маленького ангела.

— Точно, герцог и называл ее своим ангелом!

— На Лючии белое платье с развивающимся за спиной шарфом, чтобы было похоже на крылья. А потом она прямо с качелей прыгает своему папе на руки, он кружит, целует ее и уносит в дом.

— Да, и камера идет на уровне их глаз и показывает уже внутренний дворик с фонтаном и увитым зеленью балконом…

— С балкона навстречу им, как торжественная процессия, потому что на всех длинные платья, спускаются няньки и мамки, а по двору ходят какие-нибудь уютные куры, кошка или коза с козленком, мохнатые собаки, чтобы замок герцога выглядел очень по-домашнему… И обязательно яркий солнечный день!

— Конечно! Итальянское, блистающее аквамарином сияющее небо. А качели устроены в яблоневом саду. Надо обязательно показать цветущие деревья, ведь яблоневый сад герцога — это очень важный персонаж…