Русская поэзия Китая: Антология

Алл Николай Николаевич

Алымов Сергей Яковлевич

Андерсен Ларисса Николаевна

Андреева Тамара П.

Аракин Яков Иванович

Ачаир Алексей Алексеевич

Баженова Таисия Анатольевна

Батурин Кирилл Викторович

Бета Борис

Ветлугин Виктор

Визи Мария Генриховна

Волин Михаил

Волков Борис Николаевич

Гранин Георгий

Гроссе Лев Викторович

Даль Елена Ф.

Дмитриева Фаина

Ещин Леонид Евсеевич

Завадская Нина К.

Иванов Всеволод Никанорович

Иевлева Варвара Николаевна

Ильнек Нина

Камышнюк Федор Леонтьевич

Колосова Марианна

Кондратович Алла

Коростовец Мария Павловна

Крузенштерн-Петерец Юстина Владимировна

Крук Нора

Лесная Ирина Игоревна

Логинов Василий Степанович

Март Венедикт

Недельская Елена Николаевна

Несмелов Арсений

Обухов Василий Константинович

Орлова Изида Томашевна

Паркау Александра Петровна

Перелешин Валерий Францевич

Петерец Николай Владимирович

Померанцев Владимир Николаевич

Рачинская Елизавета Николаевна

Резникова Наталия Семеновна

Сатовский-младший Григорий Григорьевич

Светлов Николай Фёдорович

Сергин Сергей Фёдорович

Серебренникова Александра Николаевна

Скопиченко Ольга Алексеевна

Слободчиков Владимир Александрович

Спургот Михаил Цезаревич

Тельтофт Ольга Ярославовна

Трахтенберг Эмма

Хаиндрова Лидия Юлиановна

Шилов Николай Дионисьевич

Шмейссер Михаил Петрович

Щеголев Николай Александрович

Щербаков Михаил Васильевич

Янковская Виктория Юрьевна

Яшнов Евгений Евгеньевич

Серия «Русская зарубежная поэзия» призвана открыть читателю практически неведомый литературный материк — творчество поэтов, живших в эмигрантских регионах «русского рассеяния», раскиданных по всему миру. Китайские Харбин и Шанхай — яркое тому свидетельство. Книга включает стихи 58 поэтов, давая беспримерный портрет восточной ветви русского Зарубежья. Издание снабжено обширным справочно-библиографическим аппаратом.

Русская поэзия Китая: Антология

Вступительная статья

ВСЕ ЗВЕЗДЫ ПОВИДАВ ЧУЖИЕ

Русскую литературу Китая справедливо считают отдельной ветвью богатейшей словесности Зарубежья. В Харбине, Шанхае, Тяньцзине, Пекине, так же, как и в западной диаспоре, издавались русские книги самого разного содержания — от записок военного летчика до математического трактата. Выходили воспоминания, дневники, исторические исследования, политические брошюры, детективные романы, оккультные сочинения, любовные повести, сборники рассказов, книжки для детей, отечественная классика, очерки писателей-натуралистов, работы по востоковедению. И как везде в русском рассеянии — многочисленные сборники стихотворений. «В 20-е — 40-е годы в Харбине и Шанхае было издано около 60 поэтических сборников», — писала исследовательница культуры русского Китая Е. Таскина

[1]

. Уточним: за тридцать лет (1918–1947) их вышло в три раза больше — авторских и коллективных, талантливых и посредственных, заслуживших известность и оставшихся в тени. При этом некоторые талантливые поэты не сумели или не успели издать ни одного поэтического сборника. Литературоведам еще предстоит собрать и выпустить стихи Г. Гранина, М. Коростовец, И. Лесной, Н. Петереца, С. Сергина, Н. Щеголева. До эмиграции опубликовал во Владивостоке свой единственный сборник «Стихи таежного похода» Леонид Ещин; то, что он написал за семь лет жизни в Харбине, отдельным изданием никогда не выходило.

Пишущих стихи, как и везде в русском рассеянии, было много: поэтов, конечно, раз в тысячу меньше. Наша антология включает 58 поэтов. При менее строгом подходе имен набралось бы больше. Но слишком легко соскользнуть в сомнительную сферу, где краски меркнут, где разбросаны искусственные цветы, а сама суть понятия «антология» (в буквальном переводе — букет цветов) обессмысливается. Много или мало 58 поэтов на эмиграцию количеством от ста до четырехсот тысяч согласно двум крайним исчислениям? Во всяком случае, словесности русского Китая хватило бы для создания не слишком бедной литературы какой-нибудь богатенькой страны. Примечательно, что и В. Перелешин пришел примерно к той же цифре. «…Мне известно, — писал он, — около шестидесяти имен поэтов, как пользовавшихся широким признанием в дальневосточных центрах русского рассеяния — Харбине, Шанхае, Тяньцзине и Пекине, так и малоизвестных и оставшихся вовсе незамеченными»

Могут ли ввести в заблуждение миниатюрные тиражи поэтических книг? Число экземпляров несмеловского «Полустанка» и «Песен земли» Н. Резниковой — 150. По 200 экз. издавал свои первые книги В. Перелешин («В пути», «Добрый улей», «Звезда над морем»). Посмертная книга Нины Завадской «Светлое кольцо» выдержала тираж в 350 экз., а «Желтая дама» М. Спургота — 375. Цифры типичные. Нетипичным был пятисотенный тираж «Стихов» Ю. Крузенштерн-Петерец. Но и это далеко до рекорда, принадлежащего популярному С. Алымову: 1200 экз. его «Киоска нежности». В первые годы пореволюционной эмиграции Алымов слыл кумиром харбинской молодежи, и тираж его «Киоска» был рекордным. Если Алымов на том фоне — тучная гипербола, то Лев Гроссе — тощая литота. Его «Мысли сердца» вышли «в количестве пятидесяти нумерованных экземпляров, из коих лишь двадцать пять поступило в продажу». А ведь тиражи в этой затонувшей «Атлантиде», или, как писал Несмелов, «в затонувшей субмарине», вполне соответствует тиражам поэтических сборников в сегодняшней России при соотношении населения 1 к 300, а может, 1 к 1000. Благодарный читатель у «китайских» поэтов был. Поэтические вечера хорошо посещались; случалось, что чтение стихов проходило в переполненном зале, стульев не хватало, люди стояли у стен, собиралось до тысячи слушателей. Стихи заучивали наизусть, переписывали в заветные тетрадки, читатели радовались, когда находили имя любимого поэта в журнале.

Журналов, относительно стабильных либо вполне эфемерных, существовало так много, что и до сих пор не все они описаны. В начале двадцатых годов возникли и быстро ушли в небытие «Дальневосточный прожектор», «Студенческая жизнь», «Даль», «Китеж», «Фиал» — все они окончились на первом выпуске. Открывались и закрывались более стабильные «Гонг», «Вал», «Баян», «Маяк», «Родная нива». Рекорд принадлежал «Новостям жизни» — вышло по крайней мере 57 номеров

В газетах тоже порой находим стихотворения местных поэтов (впрочем, и газеты учтены библиографами не все). В одном только 1922 г. в Харбине выходило 60 периодических изданий, в 1923-м — 53 и столько же в 1925-м. Современный китайский исследователь Дяо Шаохуа называет такое обилие «редким явлением в истории мировой журналистики»

Русская поэзия Китая

КИТАЙ

НИКОЛАЙ АЛЛ

«Я выпил стакан эмигрантской отравы…»

«Что я могу еще сказать…»

«Эх, Москва, Новгород Великий да Суздаль…»

ПЕТЕРБУРГ

СЕРГЕЙ АЛЫМОВ

ЧЕРЕМУХА НА АСФАЛЬТЕ

«Торопливо светало… проходили китайцы…»

«Ничего… Только шорохи флейтно-вдумчивой страсти…»

«Я — Пьеро хромой и одноглазый…»

ВЕРЕСКНОЙ ДЕВУШКЕ

ЛАРИССА АНДЕРСЕН

ЯБЛОНИ ЦВЕТУТ

«Только в заводи молчанья может счастье бросить якорь…»

ПО ВЕЧЕРНЕЙ ДОРОГЕ

«Огоньки… огоньки… огоньки…»

НАРЦИСС

ТАМАРА АНДРЕЕВА

ЛЕСТНИЦА В ОБЛАКА

«Волнистой линией тянулся горизонт…»

ЭПИТАФИЯ

В ЧЕРНЫХ ДЖУНГЛЯХ

ХОЛОДНЫЙ ВЕТЕР