Жизнь Льва Шествоа (По переписке и воспоминаниям современиков) том 1

Баранова-Шестова Наталья

Автор выражает глубокую признательность Еве Иоффе за помощь в работе над книгой и перепечатку рукописи; внучке Шестова Светлане Машке; Владимиру Баранову, Михаилу Лазареву, Александру Лурье и Александру Севу — за поддержку автора при создании книги; а также г-же Бланш Бронштейн-Винавер за перевод рукописи на французский язык и г-ну Мишелю Карассу за подготовку французского издания этой книги в издательстве «Плазма»,

Февраль 1983 Париж

Посвящается правнукам Шестова

Бернарду и Сюзанне Машке и Каролине Скоб

Автор выражает глубокую признательность Еве Иоффе за помощь в работе над книгой и перепечатку рукописи; внучке Шестова Светлане Машке; Владимиру Баранову, Михаилу Лазареву, Александру Лурье и Александру Севу — за поддержку автора при создании книги; а также г-же Бланш Бронштейн-Винавер за перевод рукописи на французский язык и г-ну Мишелю Карассу за подготовку французского издания этой книги в издательстве «Плазма»,

Февраль 1983 Париж

Глава I Детство в Киеве. — Университет в Москве и диссертация

— Первые статьи в Киевской прессе (1895).

Лев Исаакович Шестов (Иегуда Лейб Шварцман) родился 31 января (13 февраля) 1866 года в Киеве. Его отец, Исаак Моисеевич Шварцман, талантливый коммерсант, создал из мелкой лавки большую мануфактурную торговлю в Киеве, с отделением в Кременчуге, — «Мануфактурные склады Исаака Шварцмана» с миллионным оборотом, славившиеся во всем Юго-Западном Крае добротностью английских тканей и изделиями лучших московских фабрикантов. Так как дело быстро развивалось, в 1908 году оно было реорганизовано в акционерное общество «Товарищество мануфактур Исаак Шварцман». Помещалось оно на Подоле, в большом доме на Александровской площади.

У Шестова было два младших брата: Михаил и Александр и четыре сестры: Софья, Мария, Елизавета и Фаня. Эта большая семья вносила много оживления в дом на Подоле. Его отец был одним из ранних сионистов и большим знатоком еврейской древней письменности, ходил в синагогу, но в то же время был тем, кого евреи называют «эпикой- рес» — свободомыслящий. Он охотно подшучивал над ограниченностью фанатиков, был очень остроумен и устраивал в синагоге иногда род клуба, рассказывал анекдоты, его даже хотели одно время исключить из синагоги за кощунство. Однако при всем своем свободомыслии он, бывало, говорил: «Все-таки, когда в торжественный праздник проносят по синагоге свитки Торы, я их целую». Шестов любил слушать из уст отца старинные легенды и поверья. Отец взял к детям, скорее из уважения к традиции, учителя древнееврейского языка, но Шестов впоследствии этот язык совершенно забыл.

В статье, опубликованной учениками Фани Ловцкой по случаю ее 80-летия в израильской ежедневной газете «Джеру- залем Пост» в 1954 г., несколько строк посвящено жизни в доме Шварцманов в 80-х и 90-х годах:

Такие видные сионисты, как Членов, Темкин, Усышкин, бывали в доме Исаака Моисеевича. Шолом Алейхем у него читал свои ранние произведения

[1]

.