Найди ее лицо

Бота Тед

Фрэнк Бендер — легенда американской полиции. Скульптор, который занимается реконструкцией внешности беглых преступников и жертв преступлений по сохранившимся останкам. Человек, на счету которого десятки распутанных дел, считавшихся безнадежными.

Тед Бота выбрал для своего потрясающего документального детектива одно — самое громкое, самое трудное дело.

Маленький городок на границе Мексики и США. Здесь снова и снова убивают молодых девушек. Преступник коварен и неуловим; кажется, что найти его в принципе невозможно. Мексиканская полиция заходит в тупик и обращается за помощью к американским коллегам, а те, в свою очередь, — к знаменитому специалисту.

Фрэнк Бендер, потрясенный рассказом о чудовищных преступлениях, отправляется в Мексику и принимается за работу…

ВСТУПЛЕНИЕ

Плакат на автобусной остановке в Виллелобос-Охо выгорел от солнца и обтрепался от пыльных ветров, которые продувают город ежедневно, поднимая в воздух песок и мусор, оставшийся от проезжих. Плакат, видимо, был вывешен несколько лет назад, но когда он обветшал, никто не удосужился прийти и заменить его на что-нибудь новенькое. По низу порванной рекламы шла надпись на испанском «Как дела, милашка?».

Она посчитала, что рекламируется одеколон для мужчин, хотя наверняка определить было трудно. Единственная зацепка — нижняя часть небритого подбородка, три тщательно ухоженных мужских пальца, сжимающих что-то наподобие бутылки или флакона, и слово «Габбана». Может, имелся в виду спиртной напиток, но она предпочла думать, что это одеколон.

Она разглядывала рекламный плакат каждый раз, когда стояла на остановке — где-то около часа в день, семь дней в неделю. Сначала ей нужно было сесть в автобус у дома в Пуэрто-Анапра, затем выйти в Виллелобос-Охо и дожидаться другого автобуса до maquiladora — сборочного предприятия в восточной части города. Вечером она повторяла этот путь в обратном направлении, снова останавливаясь у автобусной остановки, где ее ждал мужчина из «Габбана» с обрезанным флаконом одеколона.

Через несколько секунд девушка поймала себя на том, что снова задумчиво смотрит на плакат. Интересно, кто может себе позволить такую дорогую парфюмерию? Скорее всего бизнесмены, которых она видела входящими в отель «Люцерна» или в «Мария Чучена». Остальным любителям приятных ароматов приходится довольствоваться мылом и розовой водой. Agua de rosa. Ей хорошо знакома agua de rosa, так как мать пользовалась ею по особым случаям, вроде крестин племянника или похорон. И ее, свою дочь, назвала Розой в честь этой воды.

Неуместность рекламы одеколона здесь, на обшарпанной, воняющей мочой автобусной остановке, ее не волновала, зато давала повод погрузиться в иную жизнь — жизнь, отображенную на плакате. Реклама «Габбаны», «тойоты-хилукс» или холодильников «Келвинатор Т2000» переносила ее в другие реалии, делая жизнь чуть-чуть волнующей. И она принимала это небольшое волнение с распростертыми объятиями.

МЕКСИКА

Кошмар

Июнь 2003 года

Фрэнк привык к плохим снам. Они приходили в разное время и в разной последовательности. Их было три, и он привык жить с ними со времени убийства Анны Дюваль.

Сны возвращались один за другим, как старые знакомые — мужчина, висящий на дереве, мальчик, связанный, задушенный, обгоревший и с простреленным виском, мужчина, перерезанный поездом пополам, — особенно когда он работал над новым делом.

Было очень рано. Он лег в два часа ночи после работы над черепом, который только что получил из полиции Нью-Йорка. Рядом тихо посапывала супруга — Джан. Бой лежал у него в ногах, а Гай, черный и надменный, был едва различим на крышке видеомагнитофона в углу — его выдавали только глаза.

Вставая, Фрэнк ударился коленом о прикроватную тумбочку. Бой немного поерзал, а затем снова улегся. Фрэнк оглянулся, чтобы посмотреть, не разбудил ли Джан, но она даже не пошевелилась.

Косички

Февраль 1982 года

На проводе был детектив Эллис Верб. Найдено тело, которое нужно опознать.

— Это маленькая девочка, — сказал он, — может, лет пяти… или младше. Вы захотите приехать и взглянуть.

У Фрэнка упало сердце. Всегда непросто видеть человека, который не только умер насильственной смертью, но и разложился за несколько недель настолько, что кожа стала похожа на пергамент, или вообще от него остались клочки плоти, прилипшие к обнаженной кости и порой покрытые личинками. Но по крайней мере они были взрослыми людьми. Теперь же будет ребенок. Его собственным детям, Лайзе и Ванессе, семнадцать и девять лет.

Стояла ночь, и суровая зима в Филадельфии была в полном разгаре, однако Фрэнк не ощущал холода, когда мчался на своем «харлее-дэвидсоне» к офису городского судмедэксперта.

Мясной магазин

Июнь 2003 года

Спустя 20 лет здание мясного магазина выглядело по-прежнему непрезентабельным: одноэтажное, с плоской крышей, желтая краска снаружи поблекла и облупилась. Два эркерных окна были расположены по сторонам углубленной в стену передней двери с тяжелым латунным молотком, стук которого эхом разносился по просторному помещению с высокими потолками.

Три основные секции — передняя, студия и жилая комната — располагались одна позади другой и были разделены стенками из прессованного шлака. Никакого уединения не существовало, хотя, похоже, все были не против, об этом откровенно свидетельствовал автопортрет голого Фрэнка и другая картина, на которой он изобразил свою подругу Кэролайн. Он сделал ей трехмерную грудь.

Передняя, или прихожая, была забита всякой всячиной, так что едва оставалось место, чтобы пройти после того, как закрывалась дверь на улицу. Здесь стояли здоровенный сундук, достаточно низкий, чтобы на нем можно было сидеть, заваленный книгами и журналами; старый фотоаппарат и коробка как раз такого размера, чтобы вместить череп. В углу за дверью стоял тяжелый дорожный велосипед «Швинн».

На стенах висели или стояли к ним прислоненными картины без рам. В одном из эркерных окон Фрэнк устроил инсталляцию: старые дедовские часы, передняя часть которых была удалена, а на ее место вставлено изображение человека. Очень странное изображение — гипсовый слепок не бюста, созданного Фрэнком, а того, как выглядит глина, когда с нее снимают слой каучука. Он хотел показать уродливую деформацию лица, сохраняя схожесть с тем, кто изображен.

Человек, который жил в чудовище

На следующее утро Фрэнк рассказал жене о своем кошмаре. Ей пришлось немного подумать, чтобы припомнить, кто эта маленькая девочка из более чем 20-летнего прошлого. Столько голов проходило через их двери — по большей части женщин и девушек, — что она порой их путала.

— А, — вдруг вспомнила она, — та, что с хвостиками.

— С косичками, — поправил Фрэнк.

— Ну да.

Ее немного хриплый голос завораживал. Она говорила медленно, словно только что проснувшись или раздумывая над тем, что сказать. Джан отличалась редкой красотой. Она красилась нечасто, да ей это и не было нужно.

Feminicidios

В январе 1993 года тело 13-летней девочки по имени Альма Чавира Фарель было обнаружено в пустынном районе Хуареса, который называется Кампестре-Виррейес. Она подверглась анальному и вагинальному насилию, была избита и задушена.

Через два дня после обнаружения Чавиры была найдена беременная 16-летняя Ангелина Виллалобос, которую задушили телевизионным кабелем. Убийцей оказался человек, которого знали и она, и ее муж. В мае пятая жертва за год, беременная женщина примерно 35 лет, стала первой попавшей в разряд «неопознанных».

Смерть Альмы Чавиры позднее была принята за точку отсчета того, что станет известно как feminicidios — серийные убийства женщин. Местная группа «Каса Амига» приступила к мониторингу смертей, число которых колебалось от шестнадцати в 1993 году до тридцати в 1998 году.

В 1994 году один из криминалистов штата предупредил официальных лиц о вероятности того, что действует серийный убийца. Спустя год египтянин Абдель Латиф Шариф, депортированный из США и проживающий в Мексике, был арестован в связи с этими убийствами. Несмотря на то что он был изолирован, убийства продолжались, хотя, по одной из версий, Шариф использовал других для совершения убийств, пока сам находится в тюрьме. Одни говорили, что Шарифа хотят сделать козлом отпущения. Другие считали, что серийный убийца не один.

Ресслер предложил пригласить в 1999 году в Мексику несколько криминалистов из ФБР, однако власти Чиуауа отвергли этот вариант под тем предлогом, что считают виновным Шарифа.