С графом Мирбахом в Москве: Дневниковые записи и документы за период с 19 апр. по 24 авг. 1918 г.

Ботмер Карл

Уважаемый читатель!

В Ваших руках книга, вызывавшая пристальный интерес историков во многих странах: дневниковые записи барона Карла фон Ботмера, майора прусской армии в отставке, а до того офицера генерального штаба германской армии. Судьба Ботмера оказалась тесно связана с Россией, где ему пришлось бывать не один раз, выполняя различные поручения своего правительства. Именно российская эпопея Ботмера стала пиком его военной и дипломатической карьеры. Она сделала барона заметной фигурой для исследователей первых лет существования советского государства.

Предисловие

Уважаемый читатель!

В Ваших руках книга, вызывавшая пристальный интерес историков во многих странах дневниковые записи барона Карла фон Ботмера, майора прусской армии в отставке, а до того офицера генерального штаба германской армии. Судьба Ботмера оказалась тесно связана с Россией, где ему пришлось бывать не один раз, выполняя различные поручения своего правительства. Именно российская эпопея Ботмера стала пиком его военной и дипломатической карьеры. Она сделала барона заметной фигурой для исследователей первых лет существования советского государства.

Самым знаменательным эпизодом ботмеровской биографии, конечно, стала его деятельность в Москве и Петрограде в качестве представителя Верховного главнокомандования при немецкой дипломатической миссии.

Итак, чем же интересны записи барона Карла фон Ботмера для сегодняшнего читателя? Начнем с того, что они написаны очевидцем и непосредственным участником брестской эпопеи — первого крупного опыта дипломатии большевистского правительства России. Пристальное внимание историков ко всем перипетиям заключения Брестского мира и события, связанные с его реализацией, отразились в историографии как «период Бреста». Этому периоду посвящено поистине море литературы. Так вот, дневники Ботмера являются одним из существеннейших источников по анализу ряда специфических вопросов начальной истории советской власти.

К сожалению, до настоящего времени книга была почти недоступна для широкого круга отечественных исследователей. Это произошло и из-за идеологических ограничений недавнего прошлого. Немаловажным обстоятельством было отсутствие русского перевода книги. Наконец, советские историки отдавали предпочтение источникам российского происхождения. Хорошо ли, плохо ли, но последнее обстоятельство объективно накладывало ограничительные шоры на богатую литературу о Брестском мире и российской политике первого года советской власти.

К. Ботмер

Дневниковые записи

Около полуночи наш поезд специального назначения отошел от станции «Зоологический сад». Несколько недель подготовки и ожидания в Берлине дали неожиданную, но желанную передышку. Переговоры с русским правительством об установлении дипломатических отношений постоянно отодвигали отъезд. Поначалу не было даже ясно, едем мы в Петербург или в Москву. Решение в пользу Москвы мне было больше по душе, ведь именно там сердце России. Столица же на Неве мало чем должна отличаться от других крупных европейских городов.

К отъезду на вокзале собралось пестрое общество. Для меня почти все незнакомые лица. Дипломатическая миссия Германии, турецкая дипломатическая миссия с офицерами по делам о военнопленных. Главная комиссия военного министерства по обмену и попечению о военнопленных под руководством капитана Милеки, поверенный военного министра майор Геннинг, с которым мы вместе провели годы в военной академии и генеральном штабе. Все эти службы включали многочисленный конторский персонал, в большинстве своем, из офицеров и рядового состава. Здесь я впервые познакомился с шефом нашей миссии, графом Мирбахом

[1]

. Уже первое впечатление подсказывало, что для представления Германии в сложнейших для нее условиях был выбран человек незаурядных способностей.

Долгая стоянка в Кутно, затем — поля сражений осени 1914 г. и зимы 1914-15 гг. В памяти оживали воспоминания. С трудом был тогда 9-й армией остановлен натиск русской военной машины; для окончательной победы потребовалось еще три с половиной года

[2]

. Я не смел и мечтать, что однажды для меня найдется применение в столице нашего восточного врага еще до заключения всеобщего мира. С радостью был встречен мною приказ, согласно которому я отзывался из командования Бём-Эрмолли в восточной части Галиции и назначался представителем Верховного главнокомандования сухопутных войск при германской миссии и смешанных комиссиях и полномочным представителем начальника полевого управления железных дорог для обеспечения обмена военнопленными. Передо мной открывалась перспектива интересной, богатой впечатлениями работы. Меня обрадовала возможность на месте ознакомиться с коммунистическим государством, известным мне до сих пор по его обращениям по радио «Всем, всем, всем…» сообщениям газет и собственным моим беглым наблюдениям в Западной Украине, страной, представлявшейся дикой, но интересной, загадочной и устрашающей.