По мосту через пропасть

Брантуэйт Лора

По мосту через пропасть. Она не хотела быть Золушкой. Она просто варила кофе в своей кофейне, по вечерам вязала и читала книги. Она была уверена в том, что одиночество — самое естественное состояние человека и что любовь неизменно несет с собой боль. Но на мокрой асфальтовой дороге судьба свела ее с отпрыском богатой и знатной семьи, и ее мир перевернулся. Как страшно поверить в существование Принца… Как сложно разобраться в своих чувствах… И сколько преград нужно преодолеть на пути к счастью! Хватит ли сил? Где кончается власть денег, предрассудков, страхов и низменных желаний?! Там, где зарождается Любовь…

1

— Анна, дорогая… — Клайв непослушными, неловкими пальцами мучил воротник белой рубашки. На гладко выбритых, мягких, розовых, как дорогая ветчина, щеках Клайва проступили пятна. День, надо сказать, выдался на редкость промозглый, так что списать на жару состояние Клайва никак не удастся… — Доброе утро! — выдавил наконец Клайв.

Слова повисли в воздухе, неуместно громкие и дисгармоничные, как звуки, извлекаемые из детской трубы самым бездарным в музыкальном отношении карапузом.

Анна с тоской покосилась на часы — без четверти двенадцать. Пришел раньше обычного… Да еще и сел не за свой наблюдательный пункт — крайний столик у окна, откуда можно с равным успехом следить за происходящим на улице и в зале, а на высокий табурет у стойки, прямо перед ней. Наверняка ему не особенно удобно — гордость Анны, деревянные табуреты на точеных ножках, похожих на увитые лианами молодые стволы, которые (табуреты) разительно отличаются от бездушной ресторанной мебели, создавались не для сидения крупных, мягкотелых существ.

— Привет, Клайв! Ты рано сегодня. Что будешь? — Анна говорила нарочито бодро, хотя в животе уже сжимался комок — неприятно.

Она всем своим видом показывала, что страшно занята — протирала бумажным полотенцем и без того сухую и уж подавно чистую посуду. Поворачиваться к Клайву спиной не позволял инстинкт самосохранения. Может, отсидеться на кухне? — подумала Анна и тут же отругала себя за малодушие. Нет, этот день должен был наступить рано или поздно… Проблема в том, что дни, подобные ему, никогда не наступают поздно. Неприятности — они на то и неприятности, чтобы никто не сокрушался, что они задерживаются.

2

Анна любила понедельники, потому что в понедельник у нее был выходной.

Нет, свою кофейню она тоже любила, почти исступленно, но человеку непременно нужно какое-то время проводить наедине с собой, отдыхать, заниматься самыми приятными вещами и думать о вечном.

Если уж говорить совсем честно, то в понедельник выходной не «был», а «бывал», потому что вряд ли можно назвать выходным день, когда едешь на потрепанном «мерседесе» из Эшингтона в Лондон, а потом обратно, а в перерыве между этими чудесными мероприятиями носишься по Лондону в поисках нужных сортов кофе, особенных пряностей и элитного чая.

День этот, конечно, может быть интересным, но после него хорошо бы иметь еще один выходной. А по вторникам Анна работала.

Когда у нее спрашивали, почему она не наймет себе помощника или помощницу, Анна отшучивалась, что она, мол, тиран и узурпатор и властью своей ни с кем делиться не собирается, а еще она самовлюбленный узурпатор и потому не верит, что кто-то может варить кофе так же, как она.