Рождественская история

Брантуэйт Лора

Сильная, успешная деловая женщина всегда добьется своего. А уж если она еще и красива… Патриция Дин верила, что самое главное — знать, чего хочешь от жизни. И верила, что знает, чего хочет сама: богатого мужа и большой дом. Она привыкла планировать каждый свой шаг. Но судьба предложила другие правила игры… И как быть, если поездка домой на Рождество перевернет все с ног на голову и спутает все карты? Стоит ли воспоминание о первой любви всех взвешенных решений и принятых ценностей?

1

— Интересно, каким он будет?

Патриция Дин задумчиво провела по губам колпачком «паркера»: вечное напоминание о детской привычке грызть карандаши и ручки.

— Что? — раздраженно отозвалась Миранда, которая в этот момент стояла на цыпочках перед шкафом и пыталась выудить какую-то папку с верхней полки.

— Ничего, дорогая, занимайтесь своим делом, — отрезала Патриция. Не стоит обсуждать подобные вопросы с секретарем.

И все-таки — каким? Высоким? Или не очень? Обаятельным? Судя по голосу, да. А носит он светлые или темные костюмы? Брюнет или блондин? Может быть, даже с усами или с испанской бородкой…

2

Праздник, как всегда для Патриции, подкрался незаметно. То есть нужно было быть Патрицией Дин, чтобы до последнего игнорировать рекламу рождественских распродаж, гирлянды, елки и расплодившихся в сезон Санта-Клаусов. И ей это благополучно удалось. Воистину прав был дедушка Фрейд: бессознательное правит нашими жизнями. А чтобы догадаться, что для Патриции Рождество — событие болезненное, не нужен диплом психоаналитика.

Только девятнадцатого декабря Патриция поняла, что что-то грядет. И почти сразу вспомнила что. Ей в этом сильно помогла Миранда, которая полдня подписывала рождественские открытки. В делах образовался естественный вакуум: в преддверии самого главного праздника в году людей заботят покупка подарков, яркая оберточная бумага и банты, а не покупка и сдача домов и квартир.

Патриция приуныла. Раз уж вспомнила, деваться некуда — придется включиться в общую предпраздничную суету. От совести и родственников не спрячешься. Рождество — праздник семейный. Патриция перестала его любить, точнее не совсем разлюбила, а стала тяготиться, лет в семнадцать, когда поняла, что либо будет жить отдельно от родителей, либо умрет от тоски в самое ближайшее время. Рождество — это символ детства, семьи и любви ко всему человечеству. И всех волшебных небылиц и прочих сказок, которые никогда не становятся реальностью. Всего того, что Патриция так не любила и во что не верила.

Вечером этого же дня позвонила мама.

К маме Патриция относилась с огромной нежностью. За исключением некоторых старомодных взглядов, мама была что надо. Отец, впрочем, тоже. Отец Патриции содержал в Нью-Йорке средних размеров книжный магазин, мама всю жизнь была у него бессменным бухгалтером. Им всегда было о чем поговорить. Отец играл в гольф и в теннис и следил за своим здоровьем. Мама ходила на массаж и в бассейн и очень следила за своей внешностью. Они до сих пор иногда казались влюбленными друг в друга. И Патриция не любила к ним ездить только по двум причинам: отец постоянно учил ее, как вести дела, а мать постоянно допрашивала, что с личной жизнью.