Паутина Лайгаша

Браславский Дмитрий

Пролог

Ворон покосился на меня черным блестящим глазом и придвинулся еще на один шаг. Ничего, недолго тебе ждать: из этой передряги мне, пожалуй, не выбраться.

Разжав пальцы, я выпустил ребристую рукоять меча: драться было уже не с кем.

Клинок обиженно зазвенел по старым выщербленным камням.

Настоящий герой был бы просто обязан произнести ему вслед хоть какое, хоть плохонькое и косноязычное, но напутствие. Что-нибудь вроде: «Ты славно служил мне, мой меч, так обрети же себе достойного хозяина!».

Только к чему? В герои я никогда не рвался, да и геройствовать сейчас было не перед кем. Улочка совершенно пуста; в лучшем случае мою напыщенную речь услышали бы глухие стены домов, гниющие в канаве отбросы да шесть тел, успевших основательно испачкать кровью и без того не слишком чистую мостовую.

Глава I

Дорога чем-то напомнила мне подъездную аллею к замку маркиза Уастайра: тот же почетный караул тополей, уходящий вдаль, и, увы, те же непрестанные ухабы. По воздуху он к себе добирается, что ли?!

Эх, если бы не Стеарис, быть бы мне уже у господина маркиза. Синклит весьма интересует, что за письмо ему привез две недели назад гонец, одетый в цвета дома дар Криден. И неспроста, надо сказать, интересует.

– Айригаль свидетель, монсеньер, кто ж знал, что все так обернется!

Сидя напротив, Стеарис вот уже не первый час не сводил с меня жалобного взгляда незаслуженно побитой собаки, и это была не последняя из причин, заставивших меня проявлять повышенный интерес к происходящему за окном кареты. До ближайшей Кельи Перехода в Трумарите еще часа четыре хорошей езды, однако я весьма сомневался, что путешествие по здешним дорогам может оказаться приятным. А быть запертым в одной карете с человеком, тоскливо взирающим на мир с оптимизмом приговоренного к смерти, удовольствие, прямо скажем, не из великих.

– Признаться, не очень понимаю, что позволило вам полагать, будто за Беральда никто не вступится? Или вы ожидали, что барон Крайт станет с радостью дожидаться казни своего сеньора?