Здесь могут водиться тигры

Брэдбери Рэй Дуглас

Они прилетели завоевать дикую планету, но нашли «воскресную планету», рай, где можно лежать на спине с травинкой в зубах, полузакрыв глаза, улыбаться небу и вдыхать запахи трав. Эта планета живая, слишком живая, и, как писали на средневековых картах, «здесь могут водиться тигры».

Рэй Дуглас Брэдбери

Здесь могут водиться тигры

— Надо бить планету её же оружием, — сказал Чаттертон. — Ступите на неё, распорите ей брюхо, отравите животных, запрудите реки, стерилизуйте воздух, протараньте её, поработайте как следует киркой, заберите руду пошлите ко всем чертям, как только получите всё, что хотели получить. Не то планета жестоко отомстит вам. Планетам доверять нельзя. Все они разные, но все враждебны нам и готовы причинить вред, особенно такая отдалённая, как эта, — в миллиарде километров от всего на свете. Поэтому нападайте первыми, сдирайте с неё шкуру, выгребайте минералы и удирайте живее, пока эта окаянная планета не взорвалась вам в лицо. Вот как надо обращаться с ними.

Ракета садилась на седьмую планету 84-й звёздной системы. Она пролетела много миллионов километров. Земля находилась где-то очень далеко. Люди забыли как выглядит земное солнце. Их солнечная система была уже обжита, изучена, использована, как и другие, обшаренные вдоль и поперёк, выдоенные, укрощённые, и теперь звёздные корабли крошечных человечков — жителей невероятно отдалённой планеты — исследовали новые далёкие миры. За несколько месяцев, за несколько лет они могли преодолеть любое расстояние, ибо скорость их ракет равнялась скорости самого бога, и вот сейчас, в десятитысячный раз, одна из таких ракет — участниц этой охоты за планетами — опускалась в чужой, неведомый мир.

— Нет, — ответил капитан Форестер. — Я слишком уважаю другие миры, чтобы обращаться с ними по вашему методу, Чаттертон. Благодарение богу, грабить и разрушать не моё дело. К счастью, я только астронавт. Вот вы — антрополог и минералог. Что ж, действуйте — копайте, забирайтесь в недра и скоблите. А я буду бродить и смотреть на этот новый мир, каким бы он ни был, каким бы он ни казался. Я люблю смотреть. Все астронавты любят смотреть, иначе они бы не были астронавтами. Если ты астронавт, тебе нравиться вдыхать новые запахи, видеть новые краски и новых людей. Впрочем, существуют ли ещё они — новые люди, новые океаны и острова?

— Не забудьте захватить с собой револьвер, — посоветовал Чаттертон.

— Только в кобуре, — ответил Форестер.