Уцелевшие

Брэдли Мэрион Зиммер

Зиммер Пол

1

«Вся вселенная лежала передо мной, — ворчал про себя Дэйн Марш. — Я мог бы отправиться в любую галактику. А где оказался? В городишке Трясина на планете Уныние!»

В доме застыла тишина, засасывающая тишина, прерываемая лишь мурлыканьем кондиционера, подающего воздух с нужной скоростью, очищенный, переработанный, с легкой добавкой аромата, который можно было бы легко поменять на запахи горных сосен или луговых цветов, залитых солнечным светом, или на благоухание пляжного прилива. Вот и сейчас жужжание работающего аппарата прерывалось звуками отдаленного прибоя, такими же искусственными, как и мурлыканье кондиционера, но успокаивающими. Освещение тоже можно было изменить легким касанием кнопки — от лунного света до сверкающего солнечного. И все это было ненастоящим. Поддельным. Удобным и даже роскошным. Но все же поддельным.

Дэйн поднял глаза на стену, большую часть которой занимал огромный экран; на стене висел самурайский меч. При виде его Дэйном овладело неясное чувство вины за окружающую его роскошь.

«Вот что настоящее. Пугающее, но настоящее. Исконное, до мозга костей, до самой смерти настоящее. А я…»

Это был не тот самурайский меч, с которым он провел в сражениях одиннадцать дней на Красной Луне, выйдя победителем и в конце обретя богатство и свободу. Тот меч висит в Оружейном музее на планете охотников. Но первое, что сделал Дэйн, став богатым, — вернее, почти самое первое, заказал точную копию самурайского меча, с которым пережил все те битвы. Обладающее телепатическим даром занятное существо, представитель одной из протозаврианских рас, похожий на земную ящерицу-ядозуба, но ростом с человека, обследовало ум и память Дэйна с целью собрать все детали его воспоминаний об оружии, включая не только внешний вид меча, но и его вес, свист клинка в воздухе, напряжение мышц в руке, все, что Марш запомнил и запрятал в подсознание. Затем искусный оружейник выковал ее, и теперь только логика подсказывала Дэйну, что настоящий клинок Матагучи висит в арсенале на планете охотников. Его меч…

2

Когда Аратак наконец проник в помещение — Дэйну представился человек, влезающий в собачью конуру, — обширная комната внезапно показалась тесноватой. Марш озадаченно поразмыслил над тем, что, пожалуй, им следовало бы устроить встречу в более подходящем месте, например на территории космопорта.

Запрограммированная дверь уже стала закрываться за Аратаком, который еще не втащил внутрь длинный хвост, и Дэйну с Райэнной пришлось придерживать ее руками, но все равно ящер получил несколько царапин. Дэйн попытался сочинить подходящее случаю извинение, но не нашел ничего лучшего, чем сказать:

— Разве Божественное Яйцо ничего не поведало на тему трудности посещения друзей, обитающих в мышиных норах?

Аратак, подняв глаза, убедился, что не сможет выпрямиться во весь рост, не ударившись головой о потолок, и потому примирился с удобной позицией на четвереньках на полу. Его глубокий мягкий голос вибрацией отозвался в диске-переводчике, вмонтированном в горло Дэйна.

— Божественное Яйцо, да продлятся мудрые дни его, пока солнце горит, говорит, что, где встречаешь старого друга, там тебе и дом большой, и радость. — Дэйн, уже привыкший пользоваться диском, внимательно прислушивался к шипящим слогам родного языка Аратака, который продолжал: Я рад вас видеть обоих до глубины души. Надеюсь, ваша жизнь здесь полна счастья и богатства?