Гиброиды

Ван Вогт Альфред Элтон

СОДЕРЖАНИЕ:

Война против Руллов (перевод В.Антонова)

Слэн (перевод Ю.Семенычева)

Гиброиды (перевод В.Горяева)

Составитель:

Ю.Семенычев

Художник:

И.Е.Воронин

© Составление, оформление: издательство “Канон”, 1994.

Альфред Элтон Ван Вогт

Гиброиды

Война против Руллов

1

Едва космический корабль скрылся в дрожащем тумане Эристана-II, Тревор Джеймисон вытащил бластер.

[1]

У него кружилась голова, а после долгих минут болтанки в штормовом выхлопе огромного корабля он чувствовал, как к горлу подкатывает тошнота. Держась на стропах подвесной системы, связывавшей его с парящей наверху антигравитационной пластиной, он чувствовал опасность, которая не позволяла ему расслабиться. Прищурившись, он посмотрел на извала, который разглядывал его сверху, свесившись через край “воздушного плота”.

Все три его глаза серо-стального цвета, расположенные на одной линии, смотрели на Тревора не мигая, а поворот крупной синей головы выдавал настороженность и — Джеймисон знал это — готовность немедленно среагировать, прочитай он в мыслях Тревора желание пустить оружие в ход.

— Что ж, — хрипло сказал Джеймисон, — вот мы и оказались оба за тысячи световых лет от своих планет. И оба спускаемся в ад, который ты, знакомый только со своим мирком на планете Карсона, даже не можешь вообразить, хоть и умеешь читать мои мысли. Здесь в одиночку не выживет даже такой извал, как ты — весом в шесть тысяч фунтов.

Огромная когтистая лапа соскользнула с плота, подцепила одну из трех тонких строп подвесной системы, державшей Джеймисона, и резко дернула. Оборванная стропа издала тонкий металлический звук, а сила рывка была такой, что Джеймисона подбросило на несколько футов вверх. Очутившись опять внизу, он завертелся на двух оставшихся стропах, как на трапеции. Неуклюже повернув голову и сжимая бластер, Джеймисон старался защитить от нападения оставшиеся стропы.

Однако извал больше не предпринимал никаких угрожающих действий и только внимательно смотрел, наклонив голову, спокойным немигающим взглядом. Наконец у Джеймисона в голове зазвучали слова, размеренно и бесстрастно.

2

Гигантская змея тяжело выползла из джунглей в десяти футах от моста и тридцати от извала, уже перебравшегося на большую землю.

Джеймисон, находившийся примерно на середине моста, сначала заметил движение высокой фиолетовой травы с острыми концами багряного цвета и замер на месте, едва из травы показалась широкая безобразная голова и первые двадцать футов желтоватого блестящего тела толщиной не менее ярда. Какое-то время голова змеи была повернута в сторону Джеймисона, и ему показалось, что ее маленькие поросячьи глазки сверлят его холодным безучастным взглядом.

Джеймисон похолодел от ужаса и в то же время разозлился на свое невезение, столкнувшее его со смертельной опасностью, когда он так беспомощен. Парализованный взглядом горящих глаз змеи, Джеймисон не мог пошевельнуться; все его тело застыло в огромном напряжении. Но это спасло его. Безобразная голова повернулась в сторону и сосредоточила свое внимание на новом объекте — извале, несомненно заинтересовавшем ее больше Джеймисона. Джеймисон слегка расслабился. Обращаясь к извалу, он с издевкой произнес:

— Я полагал, что извалы, читая мысли, могут чувствовать приближение хищных животных.

Извал не ответил. Чудовищная змея выползла на поляну: ее плоская рогатая голова, тускло отсвечивая, плавно покачивалась над извивающемся кольцами телом. Сознавая, что он не в силах противостоять этому чудовищу, извал потихоньку пятился назад.

3

Вокруг него толпились толстые странные деревья негостеприимных джунглей. Странные, потому что это были вообще-то совсем не деревья, а пестрые желто-коричневые грибы высотой тридцать—сорок футов, пробивавшиеся к свету через заросли усыпанных колючками вьющихся растений, зеленых лишайников и луковичной красноватой травы. Извал продрался сквозь чащу в мгновенье ока, но для человека, передвигающегося на ногах, особенно вынужденного экономить жалкие остатки заряда своего оружия, эти заросли представляли почти непреодолимую преграду. Узкая полоска песка, по которой они добрались сюда, была не так далеко, но она резко сворачивала и вела в другую сторону. Именно поэтому извал был вынужден углубиться в джунгли.

В этой ситуации был только один положительный момент: его не тащили беспомощного на корабль, кишащий руллами.

Руллы!

Резко выдохнув, Джеймисон вскочил на ноги. Под ним предательски просела почва, и он поспешно перебрался на другой участок. Он заговорил тихим монотонным голосом, зная, что его мысли, а не слова, достигнут разума существа, скрывавшегося за этой пестрой пляской света и тени:

— Нам нужно действовать быстро. Разряды моего бластера наверняка были зарегистрированы приборами руллов, и они будут здесь с минуты на минуту. Это твой последний шанс изменить свое мнение. Я могу только повторить, что твой план заключить союз с руллами — чистое безумие. Слушай меня внимательно. Наши разведывательные корабли, которым удалось вернуться из их части Галактики, сообшили, что сотни планет, на которых они высаживались, все до единой были населены… руллами. Там не осталось ни одного мало-мальски разумного существа, которое могло бы оказать организованное сопротивление. А ведь они должны были там быть. Что с ними случилось?

4

Огромные хищники кружили вокруг дерева, на верхушке которого устроился Джеймисон, вцепившись руками в спасительные ветки. Внизу то и дело в жутком калейдоскопе вспыхивали глаза. Семь раз за первые несколько часов какие-то твари пытались забраться на дерево, издавая в предвкушении добычи жуткое мяукающее рычание, и семь раз стрелял бластер, испускавший все слабеющую струю огня. Огромные, покрытые броней чудовища, чья поступь заставляла дрожать землю, приходили полакомиться поверженными хищниками.

Прошло меньше половины ночи! Если так будет продолжаться, то до утра заряда не хватит, не говоря уже о последующих ночах, которых может быть не одна и не две. Сколько понадобится дней, чтобы добраться до плота, если, конечно, ему вообще удастся его найти? Сколько ночей, вернее, сколько минут ему удастся продержаться без оружия?

Особенно обидно было то, что извал согласился ему помочь в борьбе с руллами. Победа была так близка и вот — на тебе! Довести эту мысль до конца ему не удалось, потому что какое-то чудовище уцепилось за ствол. Горящие глаза были расставлены так широко, что было страшно даже представить себе его размеры.

Джеймисон поднял бластер и, подумав, стал быстро подниматься выше, на более тонкие ветки. Каждую секунду ему казалось, что они вот-вот обломятся и он сорвется вниз, прямо в пасть чудовища, но мысль о том, что эта пасть уже совсем рядом, гнала его все выше и выше.

Его расчет на то, что удастся сэкономить выстрел, оправдал себя самым неожиданным образом. Преследовавший его хищник уже почти добрался до тонких ветвей, когда внизу раздался рев другого чудовища, тоже начавшего карабкаться по дереву. Между двумя хищниками завязалась смертельная схватка. Все дерево дрожало от ударов и прыжков двух гигантских представителей кошачьих; Джеймисон видел только темный клубок отчаянно визжащих тел и матово отсвечивающее мелькание саблевидных клыков. Вдруг совсем рядом в темноте раздался торжествующий рев, и огромный монстр с головой на длинной шее и шестифутовой пастью, способной проглотить Джеймисона целиком, обрушился на обоих хищников. В мгновение ока оно растерзало дерущихся и, спустившись на землю, стало жадно заглатывать куски еще дымящегося мяса. Быстро насытившись, оно не спеша удалилось, бросив остатки пиршества хищникам помельче, державшимся поодаль.

Слэн

Глава 1

Он чувствовал холод крепко сжимавшей его ладонь материнской руки.

Они шагали по улице, и ее страх вливался в него, словно быстрый поток. Кроме того, в его мозгу мельтешили сотни чужих мыслей — мысли людей из толпы, сгрудившихся вокруг них, мысли тех, кто находился в зданиях, мимо которых они шли. Однако лишь мысли матери он воспринимал чисто и связно, хотя в них и бился страх.

“Они идут за нами, Джомми, — вот что думала мать. — Они еще не до конца уверены, пока это только подозрения. Не стоило так часто рисковать выбираться в столицу. Но я думала, что на этот раз все же отыщу старый ход в катакомбы, хранящие тайну твоего отца. Если случится худшее, Джомми, ты знаешь, что делать. Мы с тобой много раз говорили об этом. Не бойся. Помни, что по развитию ты не уступаешь пятнадцатилетнему. А ведь тебе нет еще и девяти…”

“Легко советовать: не бойся”, — скрытно подумал Джомми. Конечно, матери не нравилось, когда он начинал темнить и ставить защитный экран. Но могли же быть у него свои мысли, не подлежащие огласке! Зачем ей знать, до какой степени он испуган?

Все здесь было для него ново, все действовало возбуждающе. Он всегда чувствовал себя тревожно, когда из тихого пригорода, в котором они жили, попадал в сердце Центрополиса. Огромные парки, небоскребы высотой в целую милю, толпы… Чего же и ожидать от столицы мира, если не размаха. Ведь именно здесь находилось правительство и где-то здесь жил Кир Грей — абсолютный диктатор планеты. А когда-то давным-давно, сотни лет назад, здесь правили слэны. Они крепко держали в руках Центрополис. Правда, недолго.

Глава 2

Опять здесь этот отвратительный мальчишка!

Кетлин Лейтон замерла в защитной позе, но тут же расслабилась. От него не было спасения даже на высоте пятисот футов, на которую вздымались окружавшие дворец стены. Правда, будучи единственным слэном и прожив столько лет в окружении врагов, избавляешься от страха перед кем-либо, даже перед Дэйви Динсмором, которому стукнуло целых одиннадцать лет.

Она ни за что не обернется, не покажет мальчишке, что знает, что тот идет по широкому застекленному проходу. Кетлин упорно продолжала ограждать свое сознание от Дэйви, поддерживая минимальный контакт, необходимый, чтобы не дать застичь себя врасплох. Она будет и дальше смотреть на город, делая вид, что не подозревает о его приближении.

Город начинался сразу за стенами — огромное пространство, застроенное домами, окрашенными во все мыслимые цвета. На них причудливым рисунком легли вечерние сумерки, с каждой минутой поглощая краски. Как только солнце скрылось за горизонтом, зеленая равнина, расстилавшаяся за городом, почернела. Потеряла свою обычную голубизну и речка, уносившая вдаль свои воды. Даже затянутые дымкой горы насупились, под стать грусти в ее собственной душе.

— Ну-ну, смотри. Может, это твой последний раз!

Глава 3

Сидеть в комнате под слепящим искусственным освещением — совсем не сахар. К тому же когда на тебя постоянно пялятся, а в мыслях — нетерпение и злоба. В душах этих людишек кипела такая ненависть, что она просто опасалась за свой разум. Все здесь ненавидели ее лютой ненавистью и жаждали ее смерти. Кетлин в смятении закрыла глаза, силясь отгородиться от их мыслей креслом с высокой спинкой, будто хотела сделаться невидимой.

Но сейчас слишком многое было поставлено на карту, чтобы упустить хоть одну мысль. Кетлин широко распахнула глаза и сознание — и все возвратилось: комната, люди и смертельная опасность.

Джон Петти рывком поднялся и произнес:

— Я протестую против присутствия этой слэнки на нашем собрании, поскольку ее невинный вид может побудить кого-нибудь из нас проявить милосердие.

Кетлин удивленно посмотрела на него. Начальник тайной полиции был коренаст, среднего роста, а лицо его, скорее с вороньими, чем орлиными, чертами и чересчур плотоядным выражением никак не свидетельствовало о природном мягкосердечии. “Неужели он и вправду верит в то, что говорит? — подумала Кетлин. — Неужели он действительно думает, что кто-нибудь из этих людей в состоянии проявить милосердие?”

Глава 4

Джомми Кросс надолго погрузился во мрак и пустоту, которые постепенно перешли в серый полумрак, где слабые мысли лениво плели паутину реальности. Наконец он открыл глаза, и на него навалилась слабость.

Он лежал в крошечной комнатушке, уставившись в грязный, почерневший потолок с облупившейся штукатуркой. Стены окрашены в серый цвет, краска кое-где отслоилась. Стекло в одинарной раме было грязным и треснувшим, а с трудом пробивавшийся свет падал на край железной кровати и стекал на пол небольшой лужицей, будто отдыхая от проделанных усилий.

Он разглядел, что лежит на груде рваных серых одеял. Из старого матраса торчала солома, и вся постель пропиталась затхлым запахом. Несмотря на слабость, Джомми все же сбросил с себя тряпье и попытался встать. Грозно зазвенела цепь, и мальчик почувствовал острую боль в правой лодыжке. Он обомлел: его приковали к этой омерзительной кровати!

Громыхание шагов вывело Джомми из оцепенения. Он открыл глаза и увидел стоящую в дверях высокую, изможденную женщину в бесформенном сером платье. На него смотрели черные глаза-бусинки.

— Ага, — пробормотала она, — новый постоялец Бабули наконец пришел в себя. Теперь мы сможем познакомиться. Вот и славненько!

Гиброиды

Пролог

Земной звездолет миновал беспланетное солнце Гиссер так стремительно, что сигнальная система станции, расположенная на метеорите, не успела среагировать. Когда Дежурный осознал присутствие большого корабля, он уже виделся на экране чуть мерцавшей точкой. На корабле же система тревоги сработала, должно быть, четко: скорость движущейся точки заметно уменьшилась, и она, продолжая торможение, описала широкую дугу. Теперь корабль медленно возвращался, явно пытаясь определить местонахождение того небольшого объекта, который вызывал помехи на его энергетических экранах.

Когда корабль стал приближаться к станции, в ярком свете далекого желто-белого солнца Дежурный увидел нечто зловещее, громадное, превосходящее по своим размерам все, с чем когда-либо сталкивались на Пятидесяти Солнцах. Казалось, это было исчадие ада, сказочное чудовище из глубокого космоса. Хотя он представлял собой новую модель, но по описаниям исторических хроник в нем можно было узнать корабль Империи Земли. Страшное предсказание о том, что это когда-нибудь произойдет, свершилось — вот он, здесь, наяву.

Дежурный по станции хорошо знал свои обязанности. Нужно по субкосмической радиосвязи направить к Пятидесяти Солнцам сигнал-предупреждение, которого со страхом ждали уже несколько столетий. Кроме того, он должен сделать так, чтобы на станции не оставалось ничего, содержащего ту или иную информацию. Пожара не было. Как только перегруженные атомные установки взорвались, массивное здание просто распалось на составные элементы.

Дежурный по станции не пытался спастись. Ведь его мозг, его знания тоже были источником информации.

Он ощутил короткую, пронизывающую боль, когда энергия превратила его в атомы…

Глава 1

Уличный громкоговоритель ожил, затрещал, и раздался звучный мужской голос:

— Внимание! Граждане планет Пятидесяти Солнц! Говорит земной военный корабль “Звездный рой”. Сейчас к вам обратится Достопочтенная Глория Сессилия, леди Лорр из Благородного рода Лорров.

Молтби, который направлялся к воздушному такси, замер при первых звуках, вырвавшихся из динамика. Он заметил, что остальные пешеходы тоже остановились.

Он не был знаком с планетой Лант. После густонаселенного Кассидора, где располагалась главная база космического военного флота Пятидесяти Солнц, столица этой планеты очаровала его своим сельским видом. Его военный корабль совершил здесь посадку накануне: был общий приказ всем боевым кораблям немедленно найти пристанище на ближайших населенных планетах. Для всех умеющих читать между строк было ясно, что этот приказ таит в себе плохо скрытые признаки паники. Из того, что он услышал в офицерской столовой, стало ясно, что все это каким-то образом связано с земным кораблем, послание с которого передавалось сейчас по системе общей тревоги.

Мужской голос торжественно объявил:

Глава 2

Первый капитан, Достопочтенная Глория Сессилия, леди Лорр из Благородного рода Лорров находилась на командирском мостике за пультом управления военного корабля Земли. Через многоплановый иллюминатор-телескоп она вглядывалась в открывавшееся перед ней космическое пространство и обдумывала положение, в котором она оказалась.

За иллюминатором, настроенным на полную мощность, царила темнота, в которой тут и там сверкали звезды. При нулевом увеличении их виднелось немного; редкие, как бы размытые пятна света указывали направления звездных скоплений. Самое большое грязноватое облако было слева от нее: это главная Галактика, в которой Земля была одной из систем, песчинкой в космической пустыне.

Женщина почти не замечала этого. Меняющиеся картины этого фантастического зрелища уже многие годы были частью ее жизни. Сейчас она видела и не видела их.

Удовлетворенная принятым решением, она улыбнулась и нажала кнопку.

На экране появилось лицо мужчины. Она сразу заговорила о деле:

Глава 3

Раздался сигнал: “Все по местам!”. Молтби находился в своей каюте на борту военного корабля Пятидесяти Солнц “Атмион” и читал. Сирены молчали, значит, тревога не была боевой. Он отложил книгу, быстро надел китель и направился в отсек астронавигаторов. Когда он вошел, несколько офицеров, включая начальника, были уже там. Они кивнули ему довольно сухо, но Молтби не обратил на это внимания: это было в порядке вещей. Сев за стол, он вынул из кармана главное орудие своего труда — вычислительную линейку с радиоприставкой. Этот прибор обеспечивал связь с ближайшим механическим мозгом, сейчас — с главным компьютером корабля.

Молтби вынимал из стола карандаши и бумагу, когда палуба под ним вздрогнула. Одновременно ожил громкоговоритель, и голос командира корабля вице-адмирала Дриана произнес:

— Сообщение только для офицеров. Как вам известно, немногим более недели тому назад земной военный корабль “Звездный рой” предъявил нам по радио ультиматум, срок действия которого истек пять часов назад. Местные власти утверждают, что никаких новых известий нет. Однако около трех часов назад был получен второй ультиматум, который содержит неожиданную угрозу. Мы думаем, что, если население узнает о содержании ультиматума, начнется паника. Поэтому местные власти будут придерживаться прежней позиции: второго ультиматума не было. Исключительно для вашего сведения передаем содержание нового ультиматума.

Молчание. Затем низкий, твердый, четкий мужской голос произнес:

— Ее Превосходительство, Достопочтенная Глория Сессилия, леди Лорр из Благородного рода Лорров, Первый капитан боевого корабля “Звездный рой”, вторично обращается к народу Пятидесяти Солнц.