Черный камень Отрана

Васильев Владимир Николаевич

События заключительной повести Шандаларского цикла разворачиваются в землях, граничащих с Шандаларом с севера.

Кто-то украл у варваров их святыню – Черный Камень Отрана. Одновременно с этим жители двух приморских государств предпринимают вылазку против пиратов. Возглавляют дружины молодые правители, которым предстоит сдать первый в жизни экзамен на зрелость, так же как и молодому варвару, которого вожди послали отыскать пропавшую святыню...

ПРОЛОГ

Над внутренним морем всегда клубился туман: прохладный воздух северных Пустошей сталкивался здесь с льющимися через перевалы теплыми потоками с юга. Туман висел над водой всегда; и зимой, и летом; даже устойчивые западные ветры не в силах были его разогнать.

Торговые корабли неспешно проходили вдоль южного берега, до самых Шхер Шепчущей Горловины. За горловиной бился равнодушный океан. Выйти туда значило миновать все ловушки Шхер. Начиная от коварных отмелей и заканчивая пиратскими лодками.

Раньше пираты хозяйничали тут безраздельно, но несколько лет подряд правители торговой республики Суман вели целенаправленную войну, завершившуюся разгромом двух главных пиратских банд. Захваченные корабли пустили на дно в южном рукаве горловины, пленных продали в рабство – казалось, должно настать полное спокойствие. Впрочем, особой угрозы торговле несколько лет не было: недобитые пираты осмеливались выходить в море только на небольших лодчонках, взять большой вооруженный корабль они и не помышляли.

Капитанам судов оставалось только внимательнее следить за путеводными стрелками.

Из-за тумана строить световые маяки на берегах моря не имело ни малейшего смысла. Корабли то и дело натыкались во мгле на прибрежные скалы. Запомнить же все проливы и мели человеческий разум был не в состоянии.

1. ХОЖД И ТИАР

С обрыва Хожд видел всю долину. Воздух гор был чист, казалось, что Хожд смотрит вглубь магического кристалла, а не просто в мир с высоты.

Храм, словно ласточкино гнездо, льнул к серым скалам над самыми кручами. Внизу перепрыгивали с уступа на уступ архары, постукивая копытами, мягко перетекали призрачные силуэты барсов; сюда же поднимались только орлы, не знающие преград в горах.

И еще люди.

О том, как же все-таки взобрался первый человек на неприступные утесы, предания умалчивали. Хожд и Тиар попали сюда в огромной плетеной корзине, подвешенной на прочных канатах к блочному подъемнику. Жрицы наверху без устали вращали барабан добрые два десятка минут; рядом с корзиной медленно уползала вниз шероховатая серая скала, а мир проваливался в пугающую бездну. Тропа, по которой они пришли, превратилась в тонюсенькую ниточку, поросшие лесом предгорья живо напомнили одежную щетку, правда, зеленую, и только небо казалось таким же далеким и недоступным, как и снизу. С непривычки дышалось тяжело, холодный воздух высокогорья обжигал легкие.

Впрочем, и Хожд, и Тиар быстро привыкли к обжигающему воздуху высот.