Канцлер империи

Величко Андрей Феликсович

Несмотря на возраст, дядя Жора продолжает работать. А как иначе, если вокруг то метеорит упадет, то землетрясение приключится, если не чего похуже. И это не считая того, что Россия, как всегда, переживает очередной сложный период своей истории, да и у желающих ее низвести до средневекового состояния кончается терпение. То есть канцлеру остается только тащить свою ношу, лишь изредка позволяя себе помечтать о даче на Канарах, где, как в раю, среди помидоров и редиски будут во множестве гулять кошки, а во ржи пастись толстые мыши.

Пролог

Итак, позвольте представиться – Георгий Андреевич Найденов. Родился в вашем мире и там дожил до пятидесяти пяти лет, став ведущим инженером в одном НИИ, заслуженным изобретателем СССР, средним мотогонщиком, правда, один раз ухитрившимся взять второе место в соревнованиях за кубок МФР. В конце концов, я стал довольно известным в Москве скутерным тюнингером дядей Жорой. Но все это было давно, полгода назад по вашему летоисчислению и восемь лет назад по моему…

Теперь я в основном подвизаюсь в другом мире, где к моменту моего появления шел 1899 год. Начал я тамошнюю карьеру с того, что помешал помереть наследнику престола великому князю Георгию Александровичу. И с тех пор он стал для меня просто Гошей. Некоторое время я прослужил там инженером – даже не ведущим, а просто. Затем вдруг как-то незаметно для себя самого я стал директором сразу нескольких заводов, но это продолжалось недолго, ибо пришлось податься в генералы. В этом качестве я самую малость повоевал на русско-японской войне, в результате чего мир был заключен в начале июля 1904 года, а не в августе 1905-го, как это было в вашем мире, и на гораздо более выгодных условиях, чем у вас.

Но тут так уж случилось, что царствовавший себе помаленьку Николай Второй взял и помер, и на трон пришлось садиться Гоше.

Помер Николай в результате не моих действий, а английских, но явно это было как-то связано с моим появлением в этом мире, поскольку там, где меня не было, то есть у вас, он был убит гораздо позже и совсем другими людьми.

Я даже попытался пару раз обратиться к собственной совести: мол, как же быть, я вроде бы косвенная причина? Но в первый раз совесть была в отгулах по случаю окончания японской войны и не ответила, а во второй – с похмелья после празднования победы в Черногории, так что она просто грубо послала меня по непечатному адресу. Больше я ее такой ерундой не беспокоил, ибо хватало куда более серьезных поводов.

Глава 1

Сегодня было тезоименитство его величества, а также день рождения его сына и моего внучатого племянника Вовочки, но для меня этот день представлял интерес лишь потому, что намечались гонки «Большой Георгиевский Приз», которые должны были стартовать через четыре часа. Приз действительно был большим: миллион тому, кто придет к финишу первым, сто тысяч – второму и десять – третьему. Но я там собирался принять участие не с целью подзаработать мелочь на карманные расходы, а из соображений престижа, то есть стать первым чемпионом. Все остальные будут уже потом и под номерами от двух и далее…

По дороге на трассу я заехал в кошкоприемный пункт, чтобы лично проверить, в каком виде туда приносят мелких хищников и как их потом содержат. Вообще-то мой комиссар уже проверял, но хотелось убедиться самому – действительно ли в человеческих условиях содержатся зверьки. Ибо если нет – затолкаю виновных в те самые клетки!

Но беспокоился я зря, хвостатые жили комфортно, а вновь принимаемые явно были пойманы без членовредительства. Вот как раз в моем присутствии два пацана принесли еще одну киску… Я лично оценил – хорошая кошечка, пойдет по первой категории, то есть за рубль. И вот вам, ребята, еще рубль от канцлера за усердие. Спасибо, что откликнулись!

Дело в том, что вот уже две недели как любой мог сдать в приемный пункт кошку и получить от пятнадцати копеек до рубля в зависимости от ее качества. А вот зачем они мне понадобились – это я расскажу чуть позже, после гонок.