Я пришел взорвать мир

Выставной Владислав Валерьевич

Гор Дэй, искусный мим из могущественного Конгломерата миров, за тяжкое преступление приговорен к смертельному наказанию – отправке в Точку невозвращения. На планету Земля. Наша планета – сродни космическому лепрозорию. Наша жизнь – ничтожный срок для любого жителя Конгломерата, и ссылка на Землю – лишь отсроченный смертный приговор. Обреченный сам становится «краткоживущим» – землянином. А потому в «гуманных» целях обреченному стирают воспоминания. Но вышло так, что к Гору возвращается память. И он обнаруживает себя на дне бытия – ведь во всех мирах Землей пугают непослушных детей. Гор пытается выбраться с Земли, но по следу уже идут те, в чьих руках сила и власть…

Пролог

Со дна Арены Правосудия Трибунал выглядит чем-то чудовищным, подавляющим, втаптывающим в ничто.

Так и задумано: подсудимый в центре Карающего круга должен в полной мере ощутить собственную ничтожность. А те, кто, молча наблюдает с трибун – ощутить весь холод наказания и надолго запомнить урок. Что чувствуют при этом Судьи – удовлетворение от свершения правосудия или садистское наслаждение властью? Неизвестно. Да и не так уж важно.

Гор смотрел вверх, на Судей, и ужас, излучаемый ими с высоты лож Высокого Трибунала, постепенно пропитывал насквозь. Одного этого чувства достаточно, чтобы убить человека. Но Сервер не позволит этого. Процедура будет доведена до конца, в соответствии с положениями Статута. Наверное, нет никакой практической необходимости следовать сложившейся форме, для того, чтобы расправиться с приговоренным.

Но Трибуналу требуется торжественная и зловещая символичность.

В назидание остальным.

Часть первая

Свалка ненужных людей

Глава первая

Пустота – она везде пустота. Будь то черная мгла космоса или тоскливое ничто в холостяцком холодильнике. У пустоты свои, особые свойства. И главное из них – отсутствие всяких видимых свойств.

А потому случайный наблюдатель очень удивился бы внезапной ветвистой вспышке молнии в ледяной пустоте на где-то границе Солнечной системы и тем более поразился бы раскатам грома, который, как утверждают земные ученые, услышать в вакууме никак нельзя.

Только таково уж свойство внепространственного прыжка – издавать необъяснимые рокочущие звуки в полнейшей пустоте при появлении ниоткуда материальных предметов, отправленных в эту точку Вселенной из невероятной звездной дали…

Только никакого случайного наблюдателя, конечно же, не было. И никто не видел, как, укутанный в хаотическую сетку разрядов, вынырнул в околосолнечное пространство массивный вытянутый предмет. Глядя на него, этому мифическому наблюдателю, скорее всего, могло бы прийти в голову сравнение с гробом. И никто не стал бы его переубеждать.

Во-первых, сделать этого некому.

Глава вторая

С высоты орбиты маленькая голубая планета выглядит вполне безобидно. Все те же океаны, континенты, облака – как на любом из известных миров. Кто бы мог подумать, что все это – не более, чем иллюзия, фикция? Что все это буйство роскошных красок скрывает притаившуюся на дне атмосферы зловонную свалку отходов рода человеческого – миллиарды копошащихся в собственных нечистотах червей в обманчивом человеческом обличии?

Несмотря на знание фактов, Кору-Зан не мог отказать себе в довольно извращенном удовольствии полюбоваться висящим в пустоте шаром, подернутым дымкой ядовитой атмосферы. Взгляд притягивала не только красота переменчивых белых узоров.

Там, внизу, похоронена Тайна. Настолько туманная, недоступная, что многие Эстеты, посвятившие себя исследованиям неведомого, не находят покоя в тщетных поисках истины. Говорят, сами Созерцатели, что незримо дергают за ниточки сущего, не владеют полнотой картины. Конечно, в это верилось с трудом: все же, Земля, какова она есть – в немалой степени продукт недоступных для понимания интеллектуальных изысков Созерцателей.

Возможно, к концу долгой, наполненной размышлениями жизни, он и сам придет к пониманию…

Но сейчас перед ним стоят совсем другие задачи.

Глава третья

Мирный сон мертвой бездны где-то далеко за границами Солнечной системы был снова нарушен. Сеть ветвистых молний прорезала вакуум, и совершенно противоречащий ньютоновской физике гром разлился по окрестностям одинокой молекулы водорода, царящей в этой области пространства.

Так появлялись из запредельных далей звездные корабли.

Вспышка разрядов на миг озарила зловещие корпуса – и те растворились в космической тьме. Лишь тени их, заслоняя созвездия, намекали на присутствие чего-то огромного, мощного и опасного: экипажи не собирались включать опознавательные огни.

Им было, что скрывать.

Возникшие здесь корабли вряд ли были добрыми гостями Солнечной. Торговые суда стремятся вынырнуть поближе к светилу – так легче ориентироваться, да и энергии на подход к нужной планете приходится тратить несравненно меньше. Промысловым баркасам вообще нечего делать за границами системы: здесь нечем поживиться, кроме скудного излучения далеких звезд.

Глава четвертая

Маленькая черная тень скользила в сторону Солнца. Светило значительно увеличилось в размерах, и теперь в темном предмете можно было узнать небольшой зонд, какие обычно используют в космической разведке. Только это устройство выглядело несколько нестандартно: место, где полагалось находиться узлу разведывательных синапсов, занято странным шарообразным предметом.

Многим этот предмет показался бы просто небольшим каменным шаром. Другим – маленьким астероидом. И лишь немногие узнали бы в нем уменьшенную копию привычного ночного светильника.

Луны.

Зачем трудолюбивый зонд тащил в сторону Земли вторую, совершенно не нужную ей Луну? Ведь этому шарику никогда не осветить ночное небо, не заставить взвыть даже самую непритязательную собаку, не вдохновить на глупости влюбленную парочку.

Да и вряд ли подобные цели могли быть поставлены боевому зонду.

Глава пятая

Поджигатель был в ярости.

Еще бы: впервые отлично разработанный план обернулся столь явным провалом.

Как же так? Он знал, что привлекает к расправе лучшие земные силы. По его опыту таких хватило бы, чтобы расправиться с пятью прозревшими Мусорщиками. Но Сильный «по ту сторону» был всего один, Эстета вообще можно было не брать в расчет.

Правда, с ними был этот чертов Мим…

Что-то определенно шло не так. Что-то выходило за скобки давно известного уравнения успеха. Впервые Рогги Бур почувствовал здесь, на Земле, настоящую опасность.