Журнал «Вокруг Света» №01 за 1975 год

Вокруг Света

Аэронавты работают на земле

За два часа до старта раздавался похожий на выстрел хлопок. Это наполнялась водородом оболочка привязного шара, который запускали, чтобы следить за ветром. Затем, если небо оставалось ясным, начиналась подготовка к запуску основного, в сотню метров длиною, воздушного шара.

Хлопки тогда следовали один за другим. Под их звуки женщины и мальчишки, помогающие аэрологам, ходили по зеленому лугу со связками огромных золотистых, полунаполненных водородом оболочек, которые вытягивались и колыхались на ветру, словно живые, и вся картина в тот момент напоминала приготовление к какому-то веселому празднеству. Это ощущение усиливалось по мере того, как на траве вырастала диковинная гирлянда из связок шаров и прибывал народ. Поодаль, на берегу Сейма, собирались зеваки. Всюду сновала детвора, лохматые дворняги усиливали суету. Меж тем на машине везли черного цвета гондолу, в которой размещались приборы для исследования атмосферы. С превеликими осторожностями ее снимали, и прибористы начинали осматривать ее, проверяя в последний раз. Александр Шестаков и Анатолий Аушев выпускали свои приборы в небо впервые и заметно волновались. Пока они колдовали у гондолы, к тросам прикрепляли парашют, радиопередатчики. «Готово?» — спрашивал надтреснутым голосом аэронавт, командующий всем парадом, статный неразговорчивый Иван Шагин. По-моему, он в тот момент волновался тоже, хотя сам отправлялся в небо на воздушном шаре не один раз.

Ребята мямлили в ответ, просили обождать. Как всегда, в последний перед стартом момент что-то осталось непроверенным, забыли спрятать под кожух провода. «Время», — решительно говорил аэронавт, поглядывая на часы, и твердо, как дирижер к пульту, направлялся к своему командирскому месту, подальше и от гондолы, и от шаров, чтобы иметь возможность все видеть.

По дорогам Америки: Великие равнины

Степи в Америке — самая середина страны. В географическом смысле это даже страна в стране — равнина, у «которой есть начало, но, кажется, нет конца». (Запись безымянного путешественника.) Человек, открывавший землю, сидя в седле, не мог иначе сказать о том, что увидел. Даже сегодня, сидя в автомобиле (а в этих местах дозволяется скорость 130 километров в час), думаешь точно так же.

Географическое чудо степей американцам предстало не сразу, не тотчас после Колумба. Надо было прорубиться сквозь девственные леса до реки Миссисипи, чтобы обнаружить эти равнины, пределом которых, как потом оказалось, служили Скалистые горы на западе, холмы и начало лесов на юге и севере континента. Назвали находку вполне подходяще — Великие равнины. Позже легшую под плуги степь назовут «хлебной корзиной» США. Но в самом начале непочатый дикий район получил название: прерии.

Прерия — это дикая степь. Такие земли были на всех-континентах. Это районы, где влаги слишком мало, чтобы росли леса, но достаточно для роста трав. В России это степь, саванна — в Африке и Австралии, пампа — в Южной Америке, в Азии — цау-юань. О европейских, степях мы можем иметь представление, читая «Тараса Бульбу» или посетив лоскутки не тронутых плугом земель-заповедников около Курска и под Херсоном. В Америке нераспаханных земель тоже осталось немного. И они не могут дать представление о том, что тут было всего лишь 150 лет назад. В те годы окраины США — Восток, Запад и Юго-Запад — были уже хорошо обшарены человеком, а середина на картах была в буквальном смысле белым пятном.