Журнал «Вокруг Света» №01 за 1979 год

Вокруг Света

От Сан-Антонио до Кемадо

Ольфредо и Станислав ждали меня возле монастыря св. Франциска. Я еще не знала Гаваны, и геологи предложили встретиться, чтобы вместе добраться до Центра геологических исследований. Стоял ослепительный летний день. Ветер с моря не приносил прохлады, стены монастыря почти не отбрасывали тени, и мы поторопились пересечь пустынную площадь с мраморным фонтаном, чтобы нырнуть в тень узкой улочки. Остановились, разглядывая дома времен колониального испанского средневековья — их поседевшую каменную кладку и кованые балконы.

— Смотрите, кусок стены словно отколот, — сказал Альфредо, обернувшись к высоким монастырским стенам. — Это специально, чтобы видно было, из чего раньше строили... Рифовый, или коралловый, известняк. Местный, конечно, материал.

— Есть и меловой известняк, он плотнее, — заметил Станислав.

— Да, — согласился Альфредо, — из него в основном и строили. И дома, и крепости, и монастыри. А какой у нас добывали мрамор!

Трудовое море

Это очень хороший обычай — давать новым судам имена старых, заслуженных капитанов.

Наверное, Льву Михайловичу Соловьеву и в голову не могло прийти, что когда-то в будущем, в 70-е годы, его именем назовут крупный теплоход. В 1936 году он плавал вторым помощником капитана на черноморском пароходе «Харьков» и отвечал за грузы, а генеральным грузом была боевая техника и военное снаряжение для республиканской Испании. Пароход был захвачен франкистами, и Соловьеву вместе с экипажем пришлось пройти через фашистские застенки. Вскоре после возвращения Лев Михайлович стал капитаном-наставником управления Черноморского пароходства. В начале войны повел судно на Дальний Восток, там принял пароход «Петр Великий», затем капитанствовал на пароходе «Кола». 17 февраля 1942 года в Восточно-Китайском море судно торпедировала «неизвестная» подводная лодка. Так на 42-м году оборвалась беспокойная, недолгая, но яркая жизнь капитана Льва Соловьева.

В конце 1974 года его имя вспыхнуло на борту нового теплохода, сошедшего со стапелей Николаевского судостроительного завода. Теплоход замыкал серию сухогрузов, носящих имена черноморских капитанов, — «капитанскую серию».

Мы уходим в тропический рейс, везем различные грузы, что-то будем сгружать в одних заграничных портах, что-то принимать — так от Одессы до Японии.