Журнал «Вокруг Света» №03 за 1975 год

Вокруг Света

Высота над Обью

Разлившаяся Обь не имеет берегов. Сверху, с самолета, хорошо видны затопленные ею пространства и тоненькая белая ниточка, которая, разрезая воду и лес, стремится на север. Это новая железнодорожная Северо-Сибирская трасса, или сокращенно Севсиб. На своем пути от Тюмени к нефтеносным районам края она уже перешагнула через Иртыш в Тобольске, перешагнула и через Юганскую Обь. Теперь города сибирских нефтяников Сургут и Нижневартовский отделяет от Большой земли лишь одна Обь. Строящийся мост через эту реку, насыпи на болотах, оградительные струенаправляющие дамбы — все вместе носит название Обского мостового перехода. Сегодня это боевой участок ударной комсомольской стройки. Когда через мост пойдут груженые составы, это будет большим событием нашего века.

Вниз не смотри, если не можешь, — не всем дано, — говорит прораб Евгений Богданов, — а если можешь — насмотрись вдоволь, привыкни и иди спокойно... — Богданов облокачивается на перила ограждения и смотрит в матовый простор, кивком головы приглашает посмотреть и меня. — Но остерегайся, — продолжает он, — про высоту помнить все время надо... Оступился, повис на страховочном поясе, потом сам с пролета не сойдешь, придется спускать. Или поползешь на коленках, надолго запомнится этот страх…

Богданову около тридцати лет. Он невысокого роста, коренастый, чуть скуластое лицо, чуть раскосые глаза. Говорит и ходит не торопясь — с уважением к себе и к высоте. На собеседника поглядывает хитровато: не трясутся ли поджилки?

Прорыв

Керченско-Феодосийская... Под таким названием вошла в историю Великой Отечественной войны совместная десантная операция кораблей Черноморского флота, Азовской военной флотилии и войск Закавказского фронта. Разработанная в труднейших условиях конца 1941 года, она явилась доказательством моральной стойкости нашего народа и его Вооруженных Сил. Исключительная роль в этой операции отводилась крейсеру «Красный Кавказ». Мы предлагаем вниманию читателей очерк нашего корреспондента, написанный после встречи с бывшим командиром крейсера «Красный Кавказ» гвардии контр-адмиралом в отставке А. М. Гущиным.

Зима 1941 года. Над Новороссийском дуют яростные ветры. Срываясь с перевалов, они, словно лед в половодье, взламывают воду бухты, гонят волну на причалы, обдавая серый ноздреватый бетон жгуче-холодной водяной пылью. Взлохмаченные валы, точно молоты, бьют в железо бортов, наваливают корабли на молы, превращая в труху прочнейшие, оплетенные тросовой каболкой кранцы...

Командира крейсера «Красный Кавказ» капитана 2-го ранга Алексея Матвеевича Гущина вызвал начальник штаба флота контр-адмирал И. Д. Елисеев.

Вызов не был для Гущина неожиданностью. Опытный моряк, пришедший на крейсер из академии, он по многим признакам чувствовал, что в жизни флота назревают какие-то важные события. Вспомнились недавние дни, проведенные в Севастополе, — гром канонады, тучи белой пыли, поднятые взрывами. Крейсер должен был закончить погрузку к шестнадцати ноль-ноль, а с темнотой выйти в море. Неожиданно на корабль прибыл командующий флотом вице-адмирал Октябрьский.