Журнал «Вокруг Света» №06 за 1983 год

Вокруг Света

Возвращение к Аджимушкаю

П

оследний раз я был в Аджимушкайских каменоломнях под Керчью в октябре прошлого года.

Стоял пронзительный, холодный осенний день. Еще вчера грело, даже сквозь одежду, крымское солнце, было тепло и тихо. А сегодня неожиданно похолодало, и над щемяще знакомыми буроватыми горбиками каменоломен потянулись гряда за грядой с севера, с близкого Азовского моря, тяжелые тучи. Мы сидели с Сергеем Михайловичем Щербаком, заведующим отделом истории обороны Аджимушкайских каменоломен, в беленькой чистенькой хатке, и Сергей Михайлович в первый раз растапливал печку. В этом домике была когда-то скромная резиденция «деда Гробова» — Данилы Ильича Гробова, аджимушкайского сторожа и смотрителя. Но теперь все неузнаваемо перестроилось и изменилось.

В соседнем помещении грелись за чаем в ожидании печного тепла молодые женщины-экскурсоводы, а в наши окна было видно, как время от времени с низким, почти самолетным гулом подплывали и разворачивались экскурсионные автобусы из Севастополя, Евпатории, Ялты, Симферополя, Феодосии, из Краснодара, Новороссийска и даже Сочи.

Погода была не лучшей для дальних экскурсий, но машины все подходили... Люди ступали на землю Аджимушкая, чтобы открыть для себя героическую, волнующую историю защитников Аджимушкайских каменоломен. То был сначала отряд, потом особый полк полковника Павла Максимовича Ягунова, который в мае 1942 года занял жесткую оборону в районе маленького поселка Аджим-Ушкая (так населенный пункт именовался тогда на всех картах) и Царского кургана и не позволил немецкому танковому клину в течение нескольких дней кратчайшим путем выйти к Керченскому проливу, где шла в это время напряженная и тяжелая эвакуация на таманский берег войск Крымского фронта. Полк Ягунова ушел в каменоломни и 170 дней держал их оборону, отвлекая силы фашистов. Это был маленький клочок советской земли на занятой врагом территории...

Раскаленная земля Намибии

В

ечерело. Гасли последние огоньки костров, затихали голоса под пологами палаток, когда мы остановились на ночлег в одном из временных лагерей намибийских беженцев.

Роберт Нгаваленде ждал нас у небольшого домика, где разместился административный центр лагеря. В тесной комнате, освещенной керосиновой лампой, собрались врач, учитель, священник, несколько женщин и молодых парней.

— В лагере,— говорит Р. Нгаваленде,— сейчас более двух тысяч. И каждый день приходят десятки, а то и сотни людей. Беженцы из Намибии. Нужно всех накормить, выдать одежду, оказать медицинскую помощь, определить детей в школу. По сути дела, весь наш лагерь — это большая школа. Преподаем на языках племен нашей страны — овамбо, дамара, гереро. В изгнании никто не должен, не хочет забывать родной язык.

К столу придвигается коренастый, с глубоким шрамом на лице человек. На вид ему все шестьдесят, но на самом деле Каташи Шинвата тридцать пять.