Журнал «Вокруг Света» №06 за 2007 год

Вокруг Света

Фантазии афрокуаферов

Сотню косичек, перманент «под Анджелу Дэвис» или артистические дрэды можно увидеть сегодня на голове жителя любой части света. Родина этих экстравагантных, на взгляд европейца, причесок — Африка. Африканские парикмахеры — большие мастера своего дела, их умение ценится очень высоко

В Древнем Египте — первой цивилизации, появившейся на Африканском континенте, свободные люди брили свои головы и выщипывали волосы по всему телу. Как сейчас говорят — для чистоты, что не совсем справедливо. Египтянин, бреясь, в первую очередь заботился не о чистоте тела, а расчищал площадку для посланий к другим людям и богам. На гладкое тело удобнее наносить рисунки, а к бритой голове — прикреплять ритуальные навершия — головные уборы или парики. Мода на египетские навершия, в основном повторявшие форму Солнца, распространилась по всему континенту — от «кокошников» и «обкладин» Северной Африки до огромных волосяных вееров народов Центральной Африки.

Бритая или коротко стриженная голова — древнейшая прическа этого континента — до сих пор остается самой популярной у мужчин-африканцев. Ношение же париков активно практикуют до 70% африканских женщин этого материка. Правда, парики эти все чаще бывают европейскими — из прямых светлых и коротких волос.

Фальстарт космических челноков

100 лет назад отцы — основатели космонавтики вряд ли могли себе представить, что космические корабли будут выбрасывать на свалку после одного-единственного полета. Неудивительно, что первые проекты кораблей виделись многоразовыми и зачастую крылатыми. Долгое время — до самого начала пилотируемых полетов — они конкурировали на чертежных досках конструкторов с одноразовыми «Востоками» и «Меркуриями». Увы, большинство многоразовых кораблей так и остались проектами, а единственная система многократного применения, принятая в эксплуатацию (Space Shuttle), оказалась страшно дорогой и далеко не самой надежной. Почему так получилось?

Ракетостроение имеет в своей основе два источника — авиацию и артиллерию. Авиационное начало требовало многоразовости и крылатости, тогда как артиллерийское было склонно к одноразовому применению «ракетного снаряда». Боевые ракеты, из которых выросла практическая космонавтика, были, естественно, одноразовыми.

Когда дело дошло до практики, конструкторы столкнулись с целым комплексом проблем высокоскоростного полета, в числе которых — чрезвычайно высокие механические и тепловые нагрузки. Путем теоретических исследований, а также проб и ошибок инженеры смогли подобрать оптимальную форму боевой части и эффективные теплозащитные материалы. И когда на повестку дня встал вопрос о разработке реальных космических кораблей, проектанты оказались перед выбором концепции: строить космический «самолет» или аппарат капсульного типа, похожий на головную часть межконтинентальной баллистической ракеты? Поскольку космическая гонка шла в бешеном темпе, было выбрано наиболее простое решение — ведь в вопросах аэродинамики и конструкции капсула куда проще самолета.

Быстро выяснилось, что на техническом уровне тех лет сделать капсульный корабль многоразовым практически нереально. Баллистическая капсула входит в атмосферу с огромной скоростью, а ее поверхность может нагреваться до 2 500—3 000 градусов. Космический самолет, обладающий достаточно высоким аэродинамическим качеством, при спуске с орбиты испытывает почти вдвое меньшие температуры (1 300—1 600 градусов), но материалы, пригодные для его теплозащиты, в 1950—1960-е годы еще не были созданы. Единственной действенной теплозащитой была тогда заведомо одноразовая абляционная обмазка: вещество покрытия оплавлялось и испарялось с поверхности капсулы потоком набегающего газа, поглощая и унося при этом тепло, которое в противном случае вызвало бы недопустимый нагрев спускаемого аппарата.