Журнал «Вокруг Света» №07 за 1978 год

Вокруг Света

Диалог на весенней земле

Встреча с участником Всемирного фестиваля

Ночь, отжившая свое, уходила, но почтительное утро не спешило принять оставленную ему землю — над Таласскими горами еще стояли звезды и висел льдистый серп луны. Казалось, тишина, в которой еще не родилось эхо, и ровный белесый свет, не знающий теней, навсегда завладели миром. Но уже вспыхнул в тополиных вершинах розовый отсвет, а в дальнем конце улицы мужчина лет десяти от роду вывел ишака, по бокам которого висели красные бутыли газовых баллонов.

— Вот и мы пришли, — сказал Эрмекнбайке.

— Вот я и дома! — воскликнул доцент и, пока Эрмек открывал калитку, неуловимыми движениями распустив собранные в пучок на затылке волосы, заплел две легкомысленные косички.

Пляши, «Сиверко»!

Плывет пароход по Северной Двине, не спеша распахивая одну излучину за другой. За кормой стеклянно вздуваются волны, и в каждой трепещет холодный синий огонь. Река спокойна и бесконечно разнообразна: она то лавирует среди глухих, матерых лесов, то выводит на широкие волнистые луга с деревеньками-невеличками; берега ее то выстреливают древними, похожими на растрепанных леших лиственницами, то обнажаются кирпично-красными щельями, увенчанными штабелями бревен. С берегов тянет терпким запахом прелого листа, влажным мхом, свежеоструганным деревом. Сквозь перестук пароходных колес пробиваются голоса прожорливых чаек, на высокой комариной ноте звенят моторы встречных лодок, да звонко заявляет о себе ручей, падая в реку с крутого обрыва.

Приближается полдень, и «Катарин» приветствует берега протяжными хриплыми гудками. Песчаные откосы тут же расцветают пестрыми женскими платками, белыми рубахами сплавщиков, старушечьими плюшовками. По утоптанным тропинкам со всех ног несется к пароходу ребятня. «Катарин» отчаянно борется с течением, чтобы прижаться к удобной бухточке, войти в нее, и наконец это ему удается.

Пароход превращается в сцену, зрительным залом становится берег. Толпа восторженно замирает: сейчас начнется...