Журнал «Вокруг Света» №07 за 1981 год

Вокруг Света

Одиссея, которая не кончается

Да,— сказал Игорь — Чем мне нравится Тюменщина — не соскучишься. Знаете, как в море нырнул — взлетел, под волну — на гребень.  Бывает, обдерешься до крови, но что ж такого? На суше плавать не научишься.

Голубоглазый, светловолосый, с округлым окающим говорком, Игорь невольно вызывал представление о тихом городе, каких еще немало в Средней России,— старые дома с палисадами и новые блочные пятиэтажки, сквер с березами и цветочным календарем, приземистое здание пристани с неизбежным паромом — неторопливая, размеренная жизнь.

Наш КрАЗ мотало как лодку в бурю. Даже мне, привыкшей к норову Западной Сибири, такие ухабы встретились впервые. Говорят, что в осеннюю и весеннюю распутицу машины, особенно тяжелые плетевозы, здесь с трудом одолевали километров тридцать в сутки.

Распутица, к счастью, еще не наступила. На компрессорную, если повезет, мы должны были прибыть к вечеру.

Музеи открывают двери

Разбудил меня пронзительный крик петуха. Проснулся и не сразу понял — где я? Откуда в Гаване петух? Я выглянул в окно. Действительно, петух, огромный, жирный, с роскошным разноцветным хвостом, стоял на перевернутом ржавом ведре и вопил с таким восторгом, что не оставлял надежды подремать еще хоть чуть-чуть. Через минуту из соседних домов ему начали отвечать низкими хриплыми голосами, и вскоре казалось, что весь наш район Мирамар заселен горластыми петухами, пытающимися во что бы то ни стало перекричать друг друга, перекричать или умереть. Удивительно, но и в Старой Гаване, и в небоскребном Ведадо рассвет встречают петухи. Где они там живут, как? Скорее всего, прямо на балконах, а может быть, на крышах, точно я этого не выяснил.

Город просыпается рано. Медленно всплывает солнце, окрашивая золотисто-розовой акварелью верхушки гаванского Капитолия, отеля «Гавана либре», постепенно растекается по всем железным и черепичным крышам трех-четырехэтажных домов. Тени еще длинные, прохладные. Воздух прозрачен и душист. Нет того липкого марева, которое поднимется скоро над Мексиканским заливом, окутает Гавану, и сочные краски поблекнут, вылиняют, как после хорошей стирки.

Гуа-Гуа

Единственный способ добраться из Мирамара в центр Гаваны — автобус, по-кубински «гуа-гуа». Стою на остановке, жду. Любуюсь одной из красивейших в городе улиц — Пятой авенидой: широкая, прямая, потоки движения разделены сквером с асфальтированной дорожкой. По обеим сторонам ее лежат гладкие, будто отполированные, темно-зеленые шары садового лавра. А по бокам проезжей части авениды свешивают до самой земли свои густые тяжелые усы толстенные, в пять-семь обхватов, деревья хагауэес. К ним садовники не притрагивались, кажется, со времен открытия Америки.