Журнал «Вокруг Света» №07 за 1988 год

Вокруг Света

В ночь на Ивана Купалу

В ночь с 6 на 7 июля, когда загораются ивановские огни, на берегах Днестра разворачивается поистине завораживающее зрелище. Девушки гадают на венках, парни прыгают через костры, спускаются к реке купаться. В эту ночь всех их подстерегают неожиданные встречи с разными сказочными героями. И, конечно же, с русалками.

— Ласково просымо, люди добрые, угощайтесь медком да караваем,— весело зазывал крепкий мужичок в длинной вышитой рубахе, подпоясанной красным поясом, и в соломенной шляпе.— Сегодня праздник. Иванов день...

Он стоял около плетня, среди висевших на кольях горшков, кувшинов, за плетнем полыхали подсолнухи, и мужичок едва поспевал наполнять кружки медовым, персиковым или черешневым студеным напитком. А его румяная хозяйка в яркой национальной одежде с огромным подносом в руках разносила ломти душистого каравая, угощая всех желающих.

Я тоже не удержался, попробовал медового напитка у Богдана Крайкивского да позавидовал его односельчанам из села Старый Мартынов.

Горит тайга

Наконец-то удалось зацепить трос за крюк почти ушедшего в болотистую топь «танка», и вымокший до последней нитки Владимир Мартыщенков забрался в просторную кабину тягача. Машинально сплюнув — на счастье, он осторожно тронул рычаги. Скрежетнули шестеренки коробки передач, и огромная мощная машина на гусеничном ходу, вздрогнув всем корпусом, подалась вперед. В следующий момент Владимир почувствовал, как натянулся буксирный трос и траки натужно загребли осклизлую, оттаявшую мерзлоту. Чуть в стороне, на мшистом кочкарнике, стоял Эрнест Георгиевич Филимонов, тоже промокший до нитки и менее всего похожий сейчас на руководителя лаборатории, то есть на прямого начальника Мартыщенкова. Впрочем, и самого Владимира вряд ли можно было принять за старшего научного сотрудника.

За рычагами «танка» сидел Владимир Ярославцев, профессиональный механик-водитель. Мартыщенков чуть прибавил газ. Из воды показались гусеницы. Володя подумал было, что наконец-то вытащил Ярославцева из глубокой промоины, однако в этот момент что-то клацнуло под днищем, и он увидел, как провис буксир.

Замахал руками и что-то закричал Филимонов.

«Неужто разулся?» Владимир сбросил газ, открыл дверцу и встал на подножку. Правая гусеница тягача сороконожкой распласталась в буро-зеленом месиве, а чуть дальше, под уклоном, почти полностью уйдя в воду, краснел свежепокрашенным боком неуклюже завалившийся «танк».