Журнал «Вокруг Света» №10 за 1970 год

Вокруг Света

Воспоминания на устье Илима

Полвека назад, 2 октября 1920 года, Владимир Ильич Ленин на III Всероссийском съезде Российского Коммунистического Союза Молодежи произнес программную речь «Задачи союзов молодежи», в которой призвал молодежь учиться коммунизму и детально раскрыл, что это означает на практике.

«Перед вами задача строительства, — говорил В. И. Ленин, — и вы ее можете решить, только овладев всем современным знанием, умея превратить коммунизм из готовых заученных формул, советов, рецептов, предписаний, программ в то живое, что объединяет вашу непосредственную работу, превратить коммунизм в руководство для вашей практической работы». И далее: «Мы должны всякий труд, как бы он ни был грязен и труден, построить так, чтобы каждый рабочий и крестьянин смотрел на себя так: я — часть великой армии свободного труда и сумею сам построить свою жизнь без помещиков и капиталистов, сумею установить коммунистический порядок. Надо, чтобы Коммунистический союз молодежи воспитывал всех с молодых лет в сознательном и дисциплинированном труде».

Речь В. И. Ленина стала программой действия комсомола на многие десятилетия, она остается ею и по сей день. Следуя этой боевой программе, комсомол наметил на своем XVI съезде новые рубежи активного участия в коммунистическом строительстве, стал на почетную вахту ударной работы и отличной учебы в преддверии XXIV съезда КПСС.

Полвека назад, обращаясь к делегатам III съезда РКСМ, В. И. Ленин говорил: «Перед вами стоит задача хозяйственного возрождения всей страны, реорганизация, восстановление и земледелия, и промышленности на современной технической основе, которая покоится на современной науке, технике, на электричестве».

Лишь одна цифра — 100 крупнейших народнохозяйственных объектов являются сегодня Всесоюзными ударными комсомольскими стройками — дает наглядное представление о масштабах прямого ответа нынешнего поколения молодых на этот призыв вождя.

Мы предлагаем читателям познакомиться с одной из крупнейших комсомольских строек Сибири. С теми, кто начинал эту стройку более десяти лет назад, и с теми, кто продолжает ее сегодня.

В пятьдесят восьмом году здесь не было многочисленных дорог, а была тропа из Невона вдоль Ангары — летник, а зимой через Ангару — санный путь в Карапчанку и дальше по реке, мимо Сизова острова в Бадарму, и ездили тут неспешные мужички в медвежьих дохах, накинутых на тулупы. Не было на этом пути поселка Усть-Илимск, только колхозное зимовье стояло возле ручья, а через несколько километров, у реки, еще одно зимовье — геологов.

Наша Ангарская экспедиция находилась в то время в Братске, где началась стройка, но и здесь десятка два изыскателей уже определяли место створа новой плотины. Никто не называл тогда это место Устьем Илима, потому что Илим впадает в Ангару километрах в сорока отсюда выше по течению. Правда, будущую ГЭС называли Усть-Илимской, но ведь и строить ее собирались сначала повыше Бадармы, а это как раз возле самого устья...

Мы бурили тогда в так называемом Бадарминском сужении. Ширина Ангары там всего триста метров, по, сплавляясь вниз по реке, совсем не ощущаешь скорости, только чувствуешь, как лодка оседает под тобой, движется толчками, словно со ступеньки на ступеньку, и видишь, как уносятся назад берега. Говорили гидрологи, что в том месте какой-то подводный порог.

Ангара, год семидесятый

В Нижнеилимске дожди. Самолеты не летали туда вчера, не пойдут и сегодня. До Нижнеилимска пассажиров больше всего. В Братском аэропорту к окошечку диспетчера не пробиться. Медленно, но безостановочно все прибывает и прибывает народ; как на реке, растет затор. Кажется, что, если так будет продолжаться, большой, современный, из стекла и бетона, зал ожидания не выдержит скопления людей.

— Все лето такое нескладное. То жара, то дожди! — с улыбкой поясняет утомленная девушка-диспетчер. — Мы уж к этому привыкли. Не волнуйтесь, погода наладится, сразу все и улетите.

И вправду. Едва приподнялась облачность, как самолеты пошли друг за дружкой. С семнадцатой «Аннушкой» улетел и я.

...Ангара петляет средь зеленовато-синих таежных холмов. Она пустынна, дика, тускло поблескивает тугой темной водой и кажется по-осеннему холодной.