Журнал «Вокруг Света» №11 за 1987 год

Вокруг Света

До следующего солнца

Позади остались огоньки полярной станции на острове Жохова — последнего промежуточного пункта по дороге на льдину научно-исследовательской комсомольско-молодежной станции «Северный полюс-28». Впервые я познакомился с молодыми полярниками СП-28 весной 1986 года, когда дрейфующая станция только создавалась. Те дни были заполнены бесконечными погрузками и разгрузками самолетов, нескончаемыми хлопотами.

— Знаете, — сказал начальник СП-28 Александр Чернышев,— приезжайте к нам лучше осенью, когда закончится строительство, наладится быт, развернутся полностью работы по научным программам.

Кто бы мог предположить тогда, что ни летом, ни осенью, ни в начале зимы попасть на СП-28 будет невозможно...

Марсово поле

Когда-то на месте Марсова поля простиралось топкое болото. Отсюда брали свое начало речушки Мья и  Кривуша, превратившиеся в нынешние Мойку и канал Грибоедова. Для того, чтобы разбить здесь Летний сад, возвести царскую резиденцию, решено было осушить то болото. К Неве прорыли Лебяжью канавку, а параллельно ей, по западной стороне, выкопали Красный канал. Но его впоследствии засыпали. Первоначально место это называлось Большой луг. Однако во времена Петра I в дни придворных торжеств здесь стали устраивать фейерверки, называвшиеся в ту пору «потешными огнями». Потому и прозвали луг «Потешным полем».

При императрице Екатерине I на берегу Мойки находился царский дворец, а летом на лугу разбивался лагерь гвардейских частей. И получило поле название Царицына луга.

В середине XVIII века под наблюдением Р.Б. Растрелли здесь был высажен декоративный кустарник. Вскоре Царицын луг превратился в обширный сад. В 1799 году на северной границе поля поднялся обелиск в честь выдающегося русского полководца Петра Александровича Румянцева (позднее он был перенесен на Васильевский остров). А спустя два года на берегу Мойки поставили памятник Александру Васильевичу Суворову. Когда на поле построили 155-метровый казарменный комплекс для Павловского полка, на плацу постоянно стали проводить различные парады и смотры петербургского гарнизона. Этот плац, вытоптанный солдатским сапогом, пустынный и пыльный, жители города окрестили «Петербургской Сахарой». Тогда-то за ним и закрепляется название — Марсово поле.