Чтобы здоровье наладилось и желание сбылось. Вам помогут святые Серафим и Феогност Вернинские

Волков Сергей

Высоко в горах Заилийского Алатау, на высоте почти двух тысяч метров над уровнем моря, среди вечнозеленых тяньшанских елей, ежегодно сотни и сотни паломников со всех уголков Казахстана и других стран поднимаются в Свято-Серафимо-Феогностовскую Аксайскую мужскую пустынь, где совершаются торжественные богослужения. Сюда идут и те, кому очень дорога память о мучениках, и те, кто хочет приобщиться традициям почитания святых.

Эта книга о Серафиме и Феогносте и их братьях по вере — святых, которые совершали подвиг своего служения в жесточайших условиях революционного разгула, когда басмачи и бандиты, белогвардейцы и красноармейцы, бии и батраки насмерть бились в Туркестане, киргизских горах и казахских степях. Подвижники монахи и в такое время укрепляли на земле казахстанской Слово Божье, ценой даже собственной жизни помогая людям. И святость их была столь сильна, что они и по сей день помогают верующим в их просьбах…

Попросите их и вы, и помощь придет!

Вместо предисловия. Путь к святости

«Святой» — это человек, которого особо чтят за благочестие, праведность и стойкость в вере. После своей кончины он пребывает на небесах, где молится перед Господом за всех людей, проживающих на земле нашей грешной.

Православные понятия «svętъ» и «svętъjь» в древней литературе означали «светить», «дарить», «строить», «жертвовать». Поэтому канонизированные святые так понятны и духовно близки нам. Потому что учат ОСВЕЩАТЬ, ДАРИТЬ, СТРОИТЬ и, главное — ЖЕРТВОВАТЬ.

Все святые своей жизнью показывали, как све тить добром и праведностью заблудшим. Дарить любовь ближнему своему. Строить Царство Божие на земле. Жертвовать собой ради Господа.

Обратись с молитвой к Господу, он поможет.

Но если робеешь, не смеешь — обратись к святым заступникам. Они ближе и понятнее. Они помогут.

Серафим и Феогност. Путь земной

Подвиг жизни и мученической смерти

Никаких фотографий и практически никаких нарисованных изображений Серафима и Феогноста, к сожалению, до наших дней не дошло. Связано это с тем, что за хранение подобных реликвий в 30-е годы прошлого столетия советские власти сразу же отправляли в сталинские лагеря. Но сохранились воспоминания сподвижников преподобномучеников об их подвиге во славу Господа.

История совместного служения господу нашему началась у Серафима и Феогноста в Курской епархии, где они в начале прошлого века познакомились в Рождество-Богородицкой Глинской пустыни. Именно отсюда они были приглашены в мужской Свято-Троицкий миссионерский монастырь, что находился у далекого кигризского озера Иссык-Куль. Еще раз они встретились уже в городе Верном (ныне крупнейший мегаполис Казахстана — Алматы). Волею десницы Божьей, направлявшей их собственный выбор, оказались здесь Серафим и Феогност. И когда Господь указал им в горах место, они построили там скит.

Отцы Серафим и Феогност всю жизнь почитались людьми за свое подвижничество. В смутное время революционных бурь и большевистских гонений их кельи стали центром своеобразной общины. В нее входили не только прихожане городских храмов, но даже монахи из закрывающихся советской властью монастырей. И для каждого преподобные находили слова наставления, слова утешения, слова мира и любви. За это и пострадали. Но не были они забыты народом после трагической кончины. В синодиках нескольких поколений православных алматинцев их имена всегда стояли на первом месте, а об их упокоении ежегодно проходили службы и панихиды — со дня их гибели в 1921 году, несмотря на неодобрение властей, все годы советской власти. Продолжаются они и в новое время.

А Серафим и Феогност не прекратили своего служения людям. Они продолжают помогать всем, кто обращается к ним за помощью.

Время суровых испытаний

В своем слове, произнесенном перед новогодним молебном 1 января 1918 г. в храме Христа Спасителя, Патриарх Московский и всея России Тихон сравнил февральские и октябрьские государственные перевороты с печальным опытом Вавилонского строительства. Слова и проповеди первосвятителя, его послания были восприняты всеми верующими как голос церковного разума среди кошмара охватившей страну гражданской войны и возобновившихся военных действий на фронтах первой мировой войны. Революционные преобразования коснулись всех сторон жизни российских православных. Особенно тяжелые потери несли священнослужители, на которых ополчились и красные, и партизаны, и местное неправославное население царских окраин.

Для многочисленных националистов большевистский переворот 1917 года стал толчком к сепаратистским выступлениям. Появилась «самостийная Украинская народная республика», отделились Северный Кавказ и Закавказье, Средняя Азия, Финляндия, оккупированная Германией Польша, Прибалтика…

Во многом этому способствовала и не всегда продуманная политика царских властей.

Так, к примеру, еще в июне 1916 года был выпущен Указ правительства о мобилизации мужского населения Средней Азии и Казахстана в возрасте от 19 до 43 лет «для работ по устройству оборонительных сооружений и военных сообщений в районе действующей армии». Согласно ему из Туркестанского края призывались 250 тысяч человек и из Степного края — еще 230 тысяч человек.

Уже через неделю в Ходженте произошел расстрел полицией узбеков, осадивших полицейский участок с требованием уничтожения списков мобилизованных. Это и послужило поводом для начала Среднеазиатского восстания 1916–1917 гг. И в начале июля Туркестанский военный округ был объявлен на военном положении. Это было связано с тем, что восстание уже охватило Самаркандскую, Сырдарьинскую, Ферганскую, Закаспийскую, Акмолинскую, Семипалатинскую, Семиреченскую, Тургайскую, Уральскую области с более чем 10-миллионным многонациональным населением. Выступления против мобилизации также происходили в городах Ташкент, Коканд, Андижан, Наманган.

Жизнь Серафима

По воспоминаниям современников, в свои сорок лет отец Серафим был роста и телосложения среднего, не худощав и не полон. Выражение лица у Серафима всегда было добрым и кротким. Волосы — густые, темно-русые, без седины, и весьма кудрявые. Борода густая, но небольшая и аккуратно подстриженная, тоже кудрявая и темно-русая. Многие называли его красивым: статная фигура, большие голубые глаза, прямой нос, густые брови. Но в жизни он старался быть незаметным. «Это тело, — говорил он, — все равно что рубашка — сними да и брось»…

Детство

Иеромонах Серафим, в миру — Александр Богословский, родился в городе Глухове в 70-е годы XIX века. Его отец, Евфимий, был управляющим у помещика. А мать, Мария, была женщиной кроткой и благочестивой. Она ежедневно посещала местный храм Божий. И вот, однажды ей было открыто Богом, что сын ее любимый примет мученическую кончину. Поначалу она никому не сказала об этом. Но и все время молчать было выше ее сил.

И вот, когда Саша уже стал гимназистом, он увидел поутру, что мать его плачет и говорит: «Сын мой, я видела во сне, что ты будешь мучеником». Ничего он тогда не ответил, только пожалел ее. Годом же позже Александр как-то вечером играл на баяне и пел церковные песнопения. А мать его внимательно слушала. И потом горько заплакала. Он спросил: «Матушка, что ты плачешь?». Ответ поразил его — его мама сказала, что во время его пения она видела венец над его головой и ангелов с ним, и вновь повторила, что смерть его будет мученической.

Слова матери глубоко запали в душу юноши. И он решил не искать свою судьбу в миру. А поэтому, едва достигнув совершенолетия, он ушел в Глинскую пустынь и принял имя Серафим.

Жизнь Феогноста

Отец Феогност был крепкого телосложения, роста выше среднего, где-то на полголовы выше отца Серафима. Волосы его были темно-русые (светлее, чем у Серафима), прямые и длинные, до плеч. Носил он не очень большую бороду. Да и усы его всегда оставались не очень густыми. Смуглое лицо Феогноста практически всегда было строгим, а карие глаза, казалось, видели любого собеседника насквозь. Нос его был прямым, чуть удлиненным, а негустые брови прямыми линиями подчеркивали пронзительность глаз.

Путь подвижника

Иеромонах Феогност, в миру Федор Пивоваров, родился в 1873 году в городке с поэтическим названием Белополье Харьковской губернии, и происходил из мещанского сословия. Детство и юность его прошли в благочестивых учебе и труде. Он всегда слушался пожеланий своих родителей.

К началу ХХ века в России все большую силу набирали силы и движения, протестующие против существующего в стране строя. Впереди уже маячил кроваво-революционный 1905 год. Смутные времена наставали в некогда благополучной империи…

Так вышло, что как раз накануне этих событий, в ноябре 1904 года, Федор принял монашеский постриг в Глинской пустыни, приняв имя Феогноста. С самого начала он зарекомендовал себя усердным иноком.

Сияние благодати

Братья по вере и надежные друзья

Еще в Рождество-Богородицкой Глинской пустыни монахи Серафим, Феогност и их собрат по вере Анатолий, проводили много времени не только со своими наставниками, но и вместе, в беседах на духовные темы. Они были образованными иноками и уже тогда вели активную подвижническую жизнь.

В Глинской пустыни они были на виду, и братья уважали их за многие таланты. Так, Серафим славился своим иконописным талантом и прекрасным певческим голосом. Анатолий был замечательным певцом и хорошим регентом (руководителем церковного хора). А отец Феогност уже тогда проявлял отличные административные способности, которые позже так широко раскрылись в Киргизии.

Когда же они все вместе попали в Иссык-Кульский Свято-Троицкий монастырь, иноки сблизились с монахами Пахомием и Ираклием, с которыми судьба их сведет потом еще и Верном.

В 1909 году монахи Серафим и Анатолий были призваны в город Верный. Там они получили священный сан и несли свое служение в Успенской церкви Туркестанского архиерейского дома. Также им было поручено духовное руководство Иверско-Серафимовской женской обителью.