Огненное небо

Воробьев Александр Николаевич

Автор благодарит

За неоценимый вклад в создание романа:

Бориса 'Кобру' Порохина

и Дениса 'ECHO' Югай

Возвращаясь на базу, “Церам” побил рекорд скорости для кораблей своего класса. На бегство ушло две трети рабочего тела, зато расстояние от Юпитера до орбиты Марса фрегат прошел за неполные шесть суток. Очень рискованный маневр, ведь два часа назад, на очередной коррекции курса они почти осушили баки, и неслись теперь по инерции.

Где то там, впереди, их ждал вышедший на перехват танкер, но оптика фрегата пока не могла его обнаружить. Телескоп оставался их единственным средством обнаружения, ведь решетки главного радара “Церам” потерял в своем единственном сражении.

За десять часов до точки рандеву они закончили первое торможение, уравняв скорости с невидимым пока танкером. Экипаж нервничал даже получив с базы “Севастополь” координаты заправщика. Рабочего тела в баках оставалось на сорок минут тяги, и случись им разминуться, самоубийство оставалось лучшим выходом. Ведь догнать идущий на восьмистах километрах в секунду корабль практически невозможно. Фрегат удирал от Юпитера по кратчайшей траектории, и после Марса она уводила вдаль от основных магистралей системы. Такую скорость не смог бы погасить даже гравитационный маневр у Солнца. Не окажись танкера в точке рандеву, и фрегат можно было смело вычеркивать из списков флота. А экипаж из списков живых.

Капитан-лейтенант Анри Беллар отгонял эти мысли уже который день. Вахты тянулись бесконечно, и короткий сон в перерывах не приносил облегчения. Каждый раз ему снилось одно и тоже. Вспышка взрыва, в которой исчезал “Виконт”, багровое свечение обломка кормы, выхваченного из хаоса бесстрастной видеокамерой. И новая вспышка, стирающая краски низкой орбиты Юпитера. Вспышка превратилась в солнечный свет, в ласковый отблеск восхода.

Солнце осветило стоящую на обрыве женскую фигуру. Белое воздушное платье, развевающееся на ветру, протянутые навстречу восходу руки, женщина смеялась, и смеясь поворачивалась к нему. Его жена, его Марси. Обмирая от неизбежности, он кинулся к ней, предупредить, спасти, хотя бы закрыть собой, но на горизонте вспыхнуло второе солнце. Ослепительное, заливающее небо клокочущим огнем.

За восемьдесят девять дней до вторжения в Солнечную систему

‘Бэрриу’ вторую неделю падал с отключенными двигателями вглубь ‘красной зоны’.

В трех последних точках пути они не нашли газовых гигантов, и рабочего тела оставалось в обрез. Слишком мало, что бы тратить его на бесполезное маневрирование у заведомо мертвых миров. ‘Красная зона’ вокруг местного карлика простиралась всего на две с половиной астрономических единицы, и лежащий в дрейфе ‘Бэрриу’ должен был пройти ее как раз к тому моменту, когда закончится базовое картографирование.

Их маршрут составляли идиоты. И чем дальше трамп уходил от границ известного космоса, тем сильнее навигатор Хайме Моллино-Торрес в этом убеждался. В местном районе пространства хватало ласковых желтых звезд, возле которых обычно и кружились землеподобные планеты, но в их полетном задании почти треть списка занимали красные карлики. Наподобие нынешнего.