Кузя, Мишка, Верочка

Всеволодовна Губина Татьяна

У каждого человека, который, затаив дыхание, звонит в детский дом, своя история: кто-то, однажды проснувшись, понимает, что нестерпимо хочет помочь, что эти дети ни в чем не виноваты и имеют право на счастье, кто-то зреет годами и в день «икс» дрожащей рукой снимает телефонную трубку. Жизнь каждого из этих людей, будущих мам и пап, от этого первого звонка меняется моментально. Конечно сложно, конечно страшно, конечно не каждому этот экзамен удастся сдать. Книга Татьяны Губиной — откровение, исповедь сотрудника детского дома. Того, кто — по ту сторону реки — решает чужие судьбы, взвешивая все «против» и «за».

Эта книга наполняет как болью, так и радостью, до самых краев души. За этими приливами и отливами проглядывает живое, нервно бьющееся сердце ребенка, который мечтает, что однажды, уже за забором детского дома, начнется его настоящая жизнь. Он снова родится, в совершенно другой семье, и начнет все сначала, пусть если не с чистого листа, то хотя бы с красной строки.

— Алло… Здравствуйте… Мы хотим взять ребенка…

— Алло… Здравствуйте… А у вас есть дети?..

— Алло… А где находится ваш детский дом?..

История 1

Музыкальный Кузя

Жил-был мальчик Кузя. Вообще-то он не Кузя… Но как-то его назвать надо. Родился он в прекрасной, глубоко интеллигентной московской семье. Так случилось, что на его маму вскоре после родов накатила депрессия. Самая настоящая депрессия, когда человек ничего делать не может, а может только лежать на диване. Правда, она еще могла разговаривать по телефону, что и делала целыми днями и, вероятно, долгими зимними вечерами. Ребенок ползал где-то рядом и маму не беспокоил.

Еще в семье была бабушка — прекрасная, образованная женщина. Больше всего на свете она любила музыку, которую и преподавала в… скажем так, в некотором высшем музыкальном учебном заведении. Ребенком ей заниматься было абсолютно некогда, поскольку музыка, как известно, забирает человека целиком. С Кузей никто особо не разговаривал, что вполне объяснимо — о чем можно разговаривать с маленьким мальчиком, ползающим по квартире? Он так и привык к своим пяти годам — не разговаривать. Судя по тому, что ребенок рос здоровеньким, его как-то кормили. Иногда, наверное, мыли. Соседи забеспокоились, когда неприкаянный молчаливый Кузя начал бить соседские окна. Наверное, они красиво и мелодично звенели, когда разбивались.

Идею, что Кузю могут забрать из семьи, поскольку отсутствие ухода и присмотра угрожает здоровью и жизни ребенка, бабушка встретила с энтузиазмом.

Мама не возражала. На попытки обратить маму и бабушку «лицом» к своей кровиночке и та, и другая отвечали недоуменным возмущением. «Я же ничего не могу, — говорила мама, — я болею». «Я преподаю музыку студентам, — гордо провозглашала бабушка, — у меня нет времени вытирать ему сопли». Кузя оказался в нашем детском доме.

Сначала никто ничего не понимал. Физически хорошо развитый, веселый ребенок. На все живо реагирует, любопытный. Только не разговаривает. Хотя, очевидно, человеческую речь понимает. Вскорости Кузя заговорил. «Я Кузя, — радостно кричал он, — я — Кузя». Бабушка приходила его навещать. Мама не приходила, но по телефону давала рекомендации, как нужно растить ее ребенка. На консилиуме

История 2

«По-христиански…»

— Не знаю, что делать. Дома-то он нас «папа-мама» называет, никаких проблем. А вот как на улицу выйдем… — звонкий голос Арины звучал как-то недоуменно-весело. — Вчера видит — девочка идет, с бабушкой. Так он ей на всю улицу кричит: «Это не моя мама! Моя мама — Оля, я к ней скоро поеду!»

— И как вам было, когда он кричал?

— Я сразу начинаю думать, что я не так делаю.

Ну что еще можно ожидать от ответственной Арины?