Ярмарка

Галихин Сергей

Дверной замок щелкнул и оборвал на полуслове шум опускающегося лифта.

Андрей, устало вздохнув, оттолкнулся спиной от двери, которую только что подпирал, и поставил портфель на тумбочку возле телефона. Он снял ботинки, прошел в ванную комнату и отвернул вентиль у крана. Мощная струя холодной воды ударила в его раскрытые ладони, разбрасывая крупные и мелкие брызги в разные стороны. Андрей набрал полную пригоршню живительной влаги и бросил ее себе в лицо. Не то чтобы мир вдруг заиграл всеми цветами радуги, но жить стало гораздо легче. После часового путешествия домой через раскаленный и потный город середины июня, Андрей чувствовал себя отвратительно. Он ненавидел ездить в общественном транспорте, а шанс купить свою машину, если и появится, то не раньше, чем лет через пятнадцать-двадцать.

Андрей работал в машиностроительном институте. В этом он видел одну из главных насмешек судьбы. Сапожник без сапог. Он разработал несколько достаточно удачных, моделей двигателей, но сам ходил пешком. Годы уже давно перевалили за третий десяток. Окружающая действительность была омерзительна. Единственное, что ее скрашивало — это сын Алешка и жена Надюша. Эти два человека не позволяли Андрею сойти с ума. Он был обычным талантливым изобретателем, но в его стране это было практически никому, кроме него самого, не нужно. Хотя, конечно, с какой стороны на это посмотреть.

Несколько лет назад Андрей придумал хитрое приспособление, помогающее очень точно регулировать фазы газораспределения в двигателе. На работе ему сказали что «мысль интересная, но сырая, ее следует доработать». Андрей не расстроился, он привык, что дирекции института нужны не изобретения, а четкое выполнение плана. Сыро так сыро, — подумал Андрей, закидывая очередную папочку на антресоль. Но через два с половиной года компания «Рено» показала на международном автосалоне новую модель своего автомобиля. Представитель института ездил на автосалон и привез оттуда кучу рекламных проспектов. Андрей чуть не онемел, когда узнал в иноземном двигателе свое детище. Конечно, они его не воровали. Возможно, они сами смогли додуматься, — это Андрей понимал. Он только отказывался понимать, каким образом часть двигателя «Рено» как две капли похожа с его собственным чертежом. Случайности здесь быть не могло. Да и Андрея больше интересовало не то, что кто-то купил его идею, а то, что кто-то ее продал.

На плите, в кастрюльке, уже дымился суп, на сковороде шкворчали котлеты.