Тессеракт

Гарленд Алекс

«Тессеракт» — еще одно произведение Алекса Гарленда, известного широкой публике по бестселлеру «Пляж».

«Тессеракт» — это попытка Гарленда в жанре остросюжетной прозы осмыслить хаотическое мироздание, своеобразная литературная игра в мозаику, где из фрагментов действительности каждый читатель вместе с автором собирает свою картинку.

Для любителей современной зарубежной прозы.

1-1

Черный пес

Комната была какой-то тусклой, зато снаружи все так и сияло. Через решетку на окне Шон видел, как солнце сверкает на кучах мусора и как его лучи пронизывают листву деревьев, освещая узкие проходы между жалкими лачугами бедняков. Но внутри были одни лишь оттенки бежевого и серо-зеленого цветов, которые не пощадило время. К тому же их искажал свет подслеповатых ламп по обеим сторонам кровати.

— Пятна, — пробормотал Шон.

Именно это объединяло гостиничный номер на втором этаже с улицей. И здесь, и там все было каким-то неопрятным и грязным, на всем виднелись следы дождя, пыли, дыма, протечек канализации и копоти от костров, которые горели прямо на мостовой. И еще была кровь. Кровь на простынях. Похоже, их пытались отстирать, но в том, что это кровь, сомнений не оставалось.

Жара.

Конкистадор

— Э-э-э-э, мы опаздываем, — сказал дон Пепе, нарушив напряженное молчание последних пяти минут.

Жожо кивнул и нервно ухватился за накладку руля.

— Да, сэр, опаздываем. Извините.

— Сначала гостиница, а теперь и это.

Вихрь

Зеркало в ванной разлетелось вдребезги, обнажив квадратик текстолита, к которому крепилось. Теперь сотни Шонов смотрели на него сверху вниз, валяясь у его ног и вокруг слива раковины.

— О боже, — произнес Шон и судорожно вздохнул. Он осмотрел костяшки пальцев и провел рукой по лбу. Все обошлось удачно, он не поранился.

Повезло с разбитым зеркалом. Семь лет сплошного невезения — и вот повезло.

Нет, так не бывает. Он снова ощупал лоб, но на этот раз его пальцы принялись массировать виски.

Не было сына

— Терой, тебе повезло, что ты не японец.

На лице Тероя отразилось недоумение.

— Повезло, сэр?

— Очень повезло. Если бы ты был японцем, то был бы уже мертв.

2-1

Черный пес уже в пути

Из окна кухни все казалось разноцветным. Асфальт еще голубел, а трава зеленела, хотя солнце почти скрылось за горизонтом и небо отливало красным. В любом другом месте города красное небо стерло бы все цвета, как при фотовспышке, но только не здесь. Это был хороший квартал, застроенный частными домами, с широкими чистыми улицами, где все цвета, как ни странно, какое-то время сохранялись и после захода солнца.

— Время цветения, — сказала Роза, отряхивая с рук мыльную пену.

На прошлой неделе зацвели деревья на Адонис-авеню, прорываясь сквозь прутья оград, как брызги водопада.

— Готово, — добавила она, внушая самой себе, что тарелки в мойке чище некуда. Она целых десять минут мыла их и споласкивала в холодной воде, пока последнее сухое рисовое зернышко не отлепилось от фарфора.

Власть цветка

Городок Сарап был так же похож на Манилу, как тюлька — на акулу. Расположенный в сотне миль от столицы и отделенный от нее горами Сьерра-Мадре, он раскинулся на восточном побережье острова Лусон и смотрел скорее на Филиппины, чем на Южно-Китайское море. Единственным каменным зданием в городке была церковь. Электричества нигде не было, только на лесоскладе имелась своя электростанция. Телефона тоже не было, равно как и асфальта. Была одна артезианская скважина и несколько ручьев, пробивавшихся сквозь толщу гранита и петлявших по саванне.

Суровая и одновременно сонная деревенская жизнь, размеренное течение которой не могли нарушить даже глухие взрывы самодельного динамита, которым рыбаки глушили рыбу, или визг пилы, доносившийся с лесопилки. Единственное, что ее нарушало, так это пьяные драки и тайфуны в конце лета, которые сносили хижины из пальмовых листьев, срывали кокосовые орехи, превращая их в пушечные ядра, и приносили огромные волны, с корнем вырывавшие пальмы.

А еще были драмы, главным действующим лицом которых становилась молодежь со своими проблемами.

Правило было такое: переспал — и под венец. Секс вне брака — такого просто не бывало. В отчаянии от подобной жизни парни Сарапа сбивались группками по три-четыре человека и отправлялись в центр острова, где девушки не столь свято блюли свою невинность. Парни приезжали в города покрупнее и бродили по ним в надежде вознаградить себя за столь долгое и утомительное путешествие. Если ничего не получалось, они скидывались и брали одну проститутку на всех.

Песочный человек

Это совсем не плохо. То же самое Роза сказала Рафаэлю, когда он достаточно подрос и она смогла объяснить, что с ним произошло и почему. Совсем не плохо быть плиткой шоколада.

Но если бы она решилась сказать правду, то добавила бы: да, это неплохо, но жить с этим тяжело. Физический недостаток сделает его жизнь тяжелее, она могла бы сложиться легче, если бы этого не было. А еще она бы добавила, что «хорошо» или «неплохо» тут ни при чем, потому что самое главное — что тяжело.

— «Скорая помощь»!

— Да, — откликнулась Роза, хотя меньше всего на свете ей хотелось смотреть телевизор, да еще вместе с матерью. — Иду.

Забыть и не вспоминать

Роза и Лито лежали на дешевом одеяле, купленном на рынке в Инфанте. Голова Розы покоилась на груди Лито, а его рука перебирала ее волосы. Рядом аккуратно лежали школьные тетрадки, тонкая сеть, пластмассовое ведро и одежда. Вместо стен и крыши были листья и ветки, а рядом тихо шелестели волны.

— Тебе так удобно? — прошептал Лито.

Роза кивнула и спросила:

— А моя голова? Тебе не тяжело?