При водопаде

Гаррисон Гарри

Трава, сырая и обильная, скользкая, как мыло, скрывала трону; из-за этого Картер все время и падал, а не из-за крутизны холма. Грудь и полы его плаща намокли, а колени оказались в грязи прежде, чем он добрался до гребня. С каждым шагом вверх и вперед неумолчный рев становился все громче. Разгоряченный и усталый, он вскарабкался на вершину — и мгновенно забыл обо всем, когда глянул вдаль, через широкий залив.

Как и все, он с детства слышал о Водопаде и видел бесчисленные фотографии и телефильмы. Но вся подготовка не ослабила обвала действительности.

Он увидел падающий океан, вертикальную реку — сколько миллионов галлонов проходит перед взглядом за секунду? Водопад тянулся через весь залив: его дальний край исчезал в облаках водяной пыли. Залив кипел и бурлил под напором рушащейся воды, вздымавшей пенистые волны, разбивавшиеся о скалы. Картер угадывал удары по вибрации почвы под ногами, но их звук поглощался могучим ревом Водопада. Он был таким яростным и всепоглощающим, что уши Картера отказывались и привыкать. Он скоро оглох от непрестанного грома, но и самые кости черепа передавали звук мозгу, сотрясая и сплющивая его. Пока он стоял, дрожа, с выпученными глазами, один из множества воздушных потоков, рождавшихся у подножия Водопада, сменил направление и внезапно обрушил на него стену брызг. Затопление длилось пару секунд, но было сильнее любого ливня, под который ему случалось попадать — трудно было поверить, что такое возможно. Когда брызги отнесло, он задыхался: таким плотным было облако водяной пыли.

Дрожа от незнакомых прежде ощущений, Картер повернулся и посмотрел вдоль хребта на серый, почти черный от воды гранит утеса и на дом, прижавшийся и его подножию, словно каменная мозоль. Он был выстроен из того же гранита, что и утес, и выглядел не менее прочным. Скользя и зажимая ладонями уши, Картер пробежал к дому.

Брызги ненадолго отнесло к заливу, на море, и лютое полуденное солнце пролилось на дом так, что покатая островерхая крыша задымилась от испарений. Это был очень серьезный дом, крепкий, как скала, в которую он вжимался. Только два окна прорезали гладкий фасад, обращенный в Водопаду, — крохотные, глубокие, словно два подозрительных глаза.