Работорговцы. Русь измочаленная

Гаврюченков Юрий Фёдорович

Ядерная война вбомбила Европу в каменный век. Лет через триста после этого поднялся феодализм. Очаги промышленности и культуры уцелели в Скандинавии, за Уралом и на Дальнем Востоке. В России, которую мы потеряли, народ обратился к истокам древней культуры и духовности. Однако враг не дремлет. Князь Великого Новгорода встревожен укреплением Железной Орды. Чтобы сорвать захватнические планы басурман, он отправляет в дальний поход своего старого друга и опытного военачальника боярина Щавеля. С полусотней княжеских дружинников командир Щавель следует по городам и весям, наводит направо и налево суровую справедливость и обретает немыслимые приключения.

В тексте встречаются утверждения, способные привести к разрыву всяческих шаблонов, шутки ниже пояса и полное отсутствие толерантности.

Глава первая,

в которой появляется бард и развлекает путников за скудный ужин

Сидящие у костра похватались за оружие, когда старый Щавель вскочил, целясь из лука в темноту

— Не стреляйте! — голос с дороги был необычный, глубокий приятный баритон. — Я один.

— Подойди, — приказал Щавель. — Держи руки на виду.

Под ногами затрещали ветки. Идущий старался ступать шумно, чувствуя за собой «косяк». В отблеске пламени появился одутловатый мужчина, бородатый, рыхлый, с покатыми плечами, над которыми горбом высился необычного вида сидор.

— Ты очень тихо шёл по дороге, — проворчал Михан. — Винись, дурак. Другорядь поймаешь стрелу.

Глава вторая,

в которой к отряду присоединяется целитель, лечащий солью, а все воины получают по заслугам своим экспириенс

— Надо было отойти дальше от дороги, — сказал Жёлудь.

— Шарятся по ночам черти всякие, — буркнул Михан. — Да всё равно бы огонь увидел.

— Были бы разбойники, положили бы с трёх стрел. Мы у костра как на ладони, — разъяснил Щавель. — Они бы нас видели, а мы их нет.

— Но ты же его услышал, — сказал Михан. — Ты и разбойников услыхал бы.

— А если бы я спал?