Герасимова Галина Васильевна

Герасимова Галина Васильевна

Книга первая. Закончена. Потихоньку редактируется. Буду рада комментариям)

Добро пожаловать, проходите, чувствуйте себя как дома. Только не забывайте, что на дом наложено проклятие, и тот, кто станет его хозяином, должен будет узнать тайну особняка.

…Хорошо, если бы кто-нибудь сказал об этом молодой дочери влиятельной фамилии, вместе с семейным адвокатом приехавшей вступать в наследство. Впрочем, Асаяке не прочь заняться собственным расследованием, особенно когда рядом есть друзья, готовые помочь.

Галина Васильевна Герасимова

Хозяйка проклятого дома

ЧАСТЬ 1

— Добро пожаловать, проходите, чувствуйте себя как дома, — приветливый темноволосый человек, где-то двадцати пяти лет отроду, изящно поклонился, пропуская вперед богато одетую даму и сопровождающего ее сотрудника, — Только осторожнее, не поскользнитесь! Вчера весь вечер шел дождь, а крыша особняка давно требует ремонта. Вот прихожая и покрылась тонким слоем льда. Но не переживайте, гостиная уже оттаяла — с утра я затопил камин. Не могу позволить, чтобы столь замечательные люди простудились!

Искренность, с которой были сказаны теплые слова, заставили уже сморщившую в брезгливой гримасе гостью расплыться в довольной улыбке, не слишком уместно смотревшейся на ее привычно хмуром лице. Впрочем, парень давно заметил, что стоит ему лишь пристальнее взглянуть на своих знакомых, или прибавить нежности голосу, как люди становились словно шелковые, во всем поддакивая и стараясь угодить. Возможно, это было следствием преклонения перед природным обаянием, которым обладал молодой мужчина, а быть может, причина крылась в чем-то другом, что тщательно скрывалось за добродушной маской — сейчас человеку не было дела до подобных мелочей. Его глаза ни на секунду не выпускали из виду долгожданных посетителей, которые в полном молчании рассматривали дом.

А посмотреть было на что. Старинный особняк, построенный более двухсот лет назад в небольшом провинциальном городишке, не мог не привлечь внимания обычных граждан. Каждый, кто приезжал в Розаводь, считал своим долгом посетить местную достопримечательность. И, разумеется, насладиться парой-тройкой жутковатых историй на любой вкус.

Поговаривали, что некто очень богатый и влиятельный, не желая отказываться от внебрачной связи, построил особняк для своей возлюбленной, чтобы иметь возможность видеться с ней в уютной обстановке. Почти десять лет жители с восторгом следили за тем, как самый заброшенный уголок города превращается в прекрасное место, с дивным садом алых роз вокруг благородного каменного здания. Взрослые приводили детей взглянуть на причудливые витражи и мозаичную дорожку, юноши тайком пробирались в сад, чтобы сорвать для подруг чудесных цветов. С каждым днем особняк становился все краше — счастливый влюбленный не скупился на подарки. Но однажды все изменилось. То ли отношения у них не сложились, то ли счастье оказалось обманчивой жизнью в золотой клетке, но как-то холодным осенним утром тело несчастной женщины нашли неподалеку от кладбища. Она не была убита, по крайней мере, никаких признаков насильственной смерти не было обнаружено. Только поседели пышные черные локоны, да навеки застывшее лицо ее отражало неподдельный ужас.

С той поры особняк опустел. Истинный его хозяин так и не соизволил объявиться, а посему дом объявили собственностью города. Несколько раз его продавали, но все безуспешно — вскоре особняк снова становился заброшенным. Неудачливые покупатели уходили из него напуганными, не прожив и пары месяцев, и скоренько уезжали из города либо обходили район, опасливо озираясь по сторонам. С последним хозяином дома дела обстояли еще хуже — у пожилого человека не выдержало сердце, и несколько дней пробыв между жизнью и смертью, он ушел в иной мир, так и не сказав про наследников ни слова. Сдать особняк в аренду после такого не было ни единой возможности — жители в здравом уме и твердой памяти не рискнули бы поселиться даже на пару дней в столь мрачном месте. И, пожалуй, так бы дом и продолжил медленно гнить без заботливой хозяйской руки, если бы однажды вечером в ворота мэрии не постучался странный паренек в темном плаще с высоким воротником. За окном хлестал ливень, и человек вымок до нитки, однако первые его слова были не о тепле и приюте, а о временной работе. За возможность жить и работать в особняке парень предлагал неплохую сумму денег, кроме того, обещая в течение пяти лет подобрать для дома достойного владельца. Необычный стиль одежды, изысканные манеры гостя порядком удивили мэра, но возможность найти, наконец, смотрителя для заброшенного дома оказалась слишком притягательна.

Глава 1

С той поры, как я приехала в Розаводь, неприятности стали сыпаться на меня со всех сторон. То проливной дождь застигнет по дороге в гостиницу, то в самый неподходящий момент на середине дороги заглохнет машина. Словно кто-то сглазил. Хотя нет, проблемы начались еще раньше, просто по старой доброй привычке я старательно не обращала на них внимания. Первый звоночек прозвенел, когда вдруг ни с того ни с сего, меня, младшую дочь нашей многочисленной фамилии, вдруг пригласили на семейное совещание. Тогда я подумала, что это дань моему возрасту — но удивилась, что не позвали годом раньше. Между прочим, в двадцать один каждый член семьи становился относительно самостоятельным и приобретал право голоса. Почему относительно? Потому как не было никакой реальной свободы выбора для столь благородной фамилии, которую с трепетной нежностью передал нынешнему поколению мой дед. И неделю назад я полностью в этом убедилась. Тогда, в зале, где собрались все старшие рода, я, сжав кулаки до боли, с ужасом слушала о том, что меня ожидает.

— Твой дед был человеком крайне вспыльчивым, всегда жил от нас обособленно, — нервно перебирая пальцами по столу, тетушка в последний раз втянула дым от тонкой дамской сигары и небрежно бросила ее в пепельницу. Курила тетушка не часто, в минуты особо тягостных раздумий, что вызвало у меня неприятные предчувствия. — В последние годы жизни он много путешествовал, пока не купил себе миленький домик в небольшом городке. Где вскоре скончался при весьма странных обстоятельствах — уж поверь, врачей он не обходил стороной, и с сердцем у старика все было в порядке.

Тетушка потянулась за новой сигарой, но строгий взгляд старшего брата заставил ее со вздохом отложить коробку. Сцепив руки под подбородком и слегка опершись локтями о стол, она продолжила.

— И вот недавно всплывает его завещание, где черным по белому написано, что тот самый дом перейдет в наследство женщине нашего рода. Правда, с условием: она должна быть незамужней до и после принятия наследства. Как знаешь, единственная совершеннолетняя женщина нашего рода, которая не выходила замуж — это ты.

Глава 2

Ночь близилась к концу. Где-то вдалеке — нет, ему не показалось — на востоке прорезалась тонкая алая полоска, постепенно оживляющая светом сонный мир. Изломанные очертания кустарников и деревьев становились более мягкими и принимали изящные формы, и становилось возможным различить темные провалы луж, образовавшиеся после затяжного ливня.

Югата любил дождь. Открыв окно настежь, парень с наслаждением потянулся, вдыхая свежий воздух, и тотчас опустил руки, оглядываясь через плечо. Но Асаяке не было в дверях, и никто не мог увидеть его минутную слабость. Ну, или почти никто.

— И куда ты ходил? — с подозрением спросил у зашедшего через черный вход парня адвокат. Настроение Югаты было испорчено мгновенно: в отличие от него, проспавшего от силы пару часов и до сих пор чувствующего себя не в своей тарелке, Кагэ выглядел донельзя бодрым и отдохнувшим. Он даже бровью не повел на столь недружелюбное приветствие, отряхивая намокший плащ и кидая его на спинку стула.

— Повторюсь. Где ты был всю ночь? — на этот раз Югата повысил голос. Чуть заметно, потому как не хотел разбудить одзё, но вполне ощутимо для собеседника. — Не думай, что мне интересна твоя личная жизнь или предпочтения, но хотелось бы знать, с кем имею дело, чтобы не подвергать Асаяке-сама опасности.

Глава 3

Окономияки сгорели. Это было особенно обидно, учитывая, что готовил Кагэ не часто, обычно обходясь полуфабрикатами или рисовыми пирожками, купленными на рынке. Результатом часовых трудов стало нечто обугленное с одной стороны и недожаренное с другой, да парочка небольших пятен на коже. С другой стороны, что такое маленький ожог в сравнении с четырьмя глубокими царапинами, оставленными когтями подводного чудища? Хотя, отдать должное новой владелице дома, кисть ему продезинфицировали и перебинтовали.

— Что, не мог плиту выключить? — недовольно поинтересовался смотритель у вошедшего на кухню Югаты; парень выглядел донельзя бледным. — Ужин-то теперь из чего готовить будем?

— Рис сварим, — буркнул в ответ адвокат и, пошатываясь, уселся за стол, чудом не свалившись со стула. — Знаешь, как-то в голову не приходит заниматься хозяйственными делами, когда знакомый человек вдруг на глазах превращается в здоровенного такого котяру и несется куда-то в сад, а через минуту раздается крик одзё.

— Ну, извини, объяснять некогда было. Тварь больно хитрой оказалась, близко к дому подходить не стала, и если не ветер, принесший ее запах через открытое окно, я бы ничего не почувствовал. И пришлось бы нашей подружке несладко…. О, кстати, а где Асаяке?

Глава 4

Когда ты находишься на грани, неважно где — между жизнью и смертью, сном или явью — мир вокруг становится намного ярче и понятнее. Для запутанной задачи находится решение, а для непонятных чувств — осознание. Югата давно усвоил этот урок, и частенько размышлял перед сном над нерешенными в течение дня проблемами. Но сейчас в голове было абсолютно пусто, несмотря на то, что адвокат сам не понимал, грезит он или нет.

Борясь с наваливающейся тяжким грузом усталостью, Югата сосредоточился, пытаясь связать происходящее с его воспоминаниями. В какой-то миг мир для него перестал быть просто черным, а голова, несмотря на жуткую боль, начала соображать. Он не открыл глаза, потому как веки были словно свинцом налиты, однако чувствовал, как прохладный ветерок из открытого окна касается плеч, а тело укрыто теплым одеялом. Ах да, еще очень хотелось чихать. Но он точно знал: при сломанных ребрах чихать будет больно.

И все-таки обидно, что так получилось! Ладно бы вывих или даже перелом — при спарринге с учителями в военной школе и не такое бывало. Но чтобы оказаться в больнице после боя, когда не то чтобы встать, ногой или рукой пошевелить больно — такого еще не случалось! Хотя и противник на этот раз был весьма неординарным.

Парень вспомнил стальной захват твари, горячее дыхание у самой шеи. Поднял руку, морщась от боли, аккуратно провел подушечками пальцев — немножко саднило с левой стороны. Вероятнее всего, клыки успели проехать по коже, но не вошли глубоко. Можно сказать, ему крупно повезло, потому что укуси тварь немного выше — и никакой врач не помог бы. С такими ранениями вообще долго не живут. Даже профессионально обученные люди.