Мифы Северной Европы

Гербер Хелен

Эта книга доступно и ярко рассказывает о важнейших мифах, сагах и легендах народов Северной Европы. Вы узнаете все о богах и героях германо-скандинавского эпоса. Автор удачно сочетает насыщенное информацией повествование с увлекательным экскурсом в историю английской и немецкой поэзии, неразрывно связанной с наследием языческой эпохи.

Предисловие

В настоящее время никем не оспаривается первостепенная важность поэтических фрагментов ранней исландской литературы, правда, еще так давно сохранялось крайне безразличное отношение к богатству религиозных традиций и мифических верований, отразившихся в этих фрагментах.

Столь длительное пренебрежение этими драгоценными свидетельствами жизни наших языческих предков не вина самого материала, в котором надежно сохранены свидетельства религиозных верований. Можно с полной уверенностью сказать, что Эдда в основе своей столь же своеобразна и насыщена национальной героикой, как и более грациозная и идиллическая мифология юга. Длительное пренебрежение древнескандинавской мифологией нельзя объяснить ничтожеством ее божеств. Может быть, в них нет духовной высоты, свойственной божествам других народов, однако занимающиеся изучением исландской литературы должны согласиться с тем, что они столь же дики и величественны, как Скандинавские горы. По словам Кауфмана, они символизируют «дух победы, превосходящий простую грубую силу и обыденность, дух, который борется и преодолевает все». Несмотря на то что некоторые сказания были заимствованы из мифологии других народов, древние скандинавы наделили своих богов благородным, несгибаемым духом и высокими целями и очень высоко ценили их. Эти старинные северные песни отличаются откровенностью, вечной духовной правдой и величием. Но смысл этого величия заключается не в колоссальных размерах божеств, а в огромной силе их грубого духа.

Введение христианства в северных районах Европы привнесло влияние греко-римской культуры, которая, в конце концов, вытеснила национальный дух, так что чуждая мифология и литература Древней Греции и Рима в значительной степени сформировала менталитет жителей Северной Европы, в то время как их родная литература и традиции были забыты.

Несомненно, мифология народов Северной Европы оказала глубокое влияние на обычаи, законы и язык британцев и, следовательно, подсознательно явилась источником вдохновения для английской литературы. Самые отличительные черты этой мифологии: черный (зловещий) юмор, которого нет в религиях других народов, и мрачные трагедийные ноты. Эти две характерные особенности, находящиеся на разных полюсах, наложили большой отпечаток на всю английскую литературу.

Вряд ли влияние древнескандинавской мифологии было осознанным, если сравнивать его с древнегреческим, явившимся для английской литературы глотком свежего воздуха, и, если мы обратимся к современному искусству, это различие становится особенно очевидным.

Глава 1

Начало

Мифы о создании земли

Как предполагают некоторые исследователи, арийцы, населявшие Северную Европу, являются выходцами из Иранского плато, самого центра Азии. Климат и ландшафт тех стран, в которых они, в конце концов, обосновались, оказали огромное влияние на их ранние религиозные верования, так же как и на формирование их образа жизни.

Величественные и суровые пейзажи Северной Европы, солнце, не заходящее за горизонт, полярное сияние, океан, с яростью разбивавший высокие волны о прибрежные скалы и айсберги у полярного круга, – все это просто не могло не оказать сильного впечатления на людей, так же как и изумительная растительность, белые ночи, голубое море и небо в короткое северное лето. Не вызывает большого удивления то, что исландцы, кому мы обязаны самыми совершенными свидетельствами этих верований, смотрели на окружающий мир как на парадоксальную смесь из огня и льда.

Мифология народов Северной Европы величественна и трагична. Ее главная тема – постоянная борьба между добрыми и злыми силами природы, и поэтому, по существу своему, эти мифы не являются добрыми и идиллическими, каковой является мифология и религия солнечного юга, где люди могут часами греться под яркими лучами, а плоды земли так легко достать, стоит лишь протянуть к ним руку.

Вполне естественно, что опасности, подстерегавшие древних скандинавов на охоте и во время рыболовства под этим суровым небом, страдания, выпадавшие на их долю в холодные суровые зимы, когда не светило солнце, заставляли наших предков думать о льде и снеге как о злых духах. По той же причине они с особым усердием молились силам света и тепла, надеясь на их благотворное влияние.

Когда ставят вопрос о сотворении мира, северные скальды, или поэты, чьи песни сохранены в эддах и сагах, отвечают, что вначале, когда не было еще ни Земли, ни моря, ни воздуха, когда все было покрыто тьмой, существовала могущественная сила – Альфёдр (Всеотец) – отец всего живого, которого они представляли невидимым и вечно существующим, могущим осуществить любое свое желание.

Имир и Аудумла

Так как клубившийся пар поднимался вверх, то он снова встречался с царившим повсюду холодом и превращался в иней или изморозь, которые слой за слоем заполняли огромный срединный мир. И таким образом, вследствие постоянного взаимодействия холода и жара, а также, вероятно, по воле Невидимого и Вечно Существующего, среди ледяных глыб бездны возник великан по имени Имир или Аургельмир (бурлящая масса), олицетворявший замерзший океан. Так как он возник из инея, он был наречен Хримтурс, или инеистый великан.

С трудом пробираясь во мраке в поисках еды, Имир нашел чудесную корову по имени Аудумла (кормилица), сотворенную тем же творцом, что и Имир, и из того же самого вещества. Поспешив к ней, Имир с радостью заметил, что из ее вымени текут четыре огромных молочных реки, которые могли бы дать ему хорошее пропитание.

Таким образом, его желания были удовлетворены, но корова, тоже искавшая еду, начала слизывать соль с расположенной поблизости ледяной глыбы своим шершавым языком. Она лизала до тех пор, пока на свет не появился первый волосок, затем вся голова и, наконец, из-под ледяного панциря на свободу не вышел бог Бури (родитель).

Пока корова занималась этим, великан Имир заснул, и под мышками у него родились сын и дочь, а от трения его ступней появился шестиголовый великан Трудгельмир, который вскоре дал жизнь великану Бергельмиру, от которого произошли все инеистые великаны (хримтурсы).

Один, Вили и Be

Когда эти великаны узнали о существовании бога Бури и его сына Бора, которого Бури тотчас же произвел на свет, они начали войну против них. Боги и великаны представляли противоположные друг другу силы добра и зла, а это значило, что они никогда не будут жить в мире. Война продолжалась века, и за это время ни одна из сторон не добилась успеха. Все изменилось, когда Бор женился на великанше Бестле, дочери Болторна (источник зла), которая родила ему трех могущественных сыновей Одина (дух), Вили (воля) и Be (святой). Все три сына присоединились к отцу в его борьбе с враждебными инеистыми великанами и в конце концов убили своего заклятого врага – Великого Имира. Кровь из его ран хлынула таким потоком, что случился огромный потоп, уничтоживший весь его род, за исключением Бергельмира, который спасся от этого потопа в ковчеге вместе со своей женой, уплыв на край мира.

Поселившись, он назвал это место Ётунхеймом (обитель великанов), где начался новый род великанов – инеистые великаны унаследовали неприязнь Бергельмира к богам и продолжили войну с ними. Они всегда были готовы покинуть свою пустынную неплодородную землю, чтобы совершить набег на места обитания богов.

Боги древнескандинавской мифологии, называвшиеся асами (колонны, державшие на себе мир), одержали победу над своими врагами. А так как им уже не с кем было воевать, они стали думать о том, как бы улучшить этот пустынный мир и сделать его обитаемым. После недолгого размышления сыновья Бора выкатили огромное тело Имира в Мировую бездну и стали создавать мир из различных частей его тела.

Создание земли

Из плоти Имира они создали Мидгард («средняя обитель», или срединный мир), то есть землю. Она была помещена в самый центр этого огромного пространства и ограждена бровями Имира, словно крепостным валом. Твердая часть Мидгарда была окружена кровью или потом великана, которые сформировали океан, из костей были созданы горы, из зубов – скалы, а кудрявые волосы стали деревьями и остальной растительностью.

Удовлетворенные плодами своих трудов создания земли, боги взяли огромный череп великана, мастерски поместили его над землей и морем, и он стал небосводом. Затем боги разбросали мозги Имира по всему пространству ниже небосвода, и они стали кудрявыми облаками.

Для поддержания небосвода боги поместили под ним могучих карликов – Нордри (северный), Судри (южный), Аустри (восточный) и Вестри (западный) (по четырем сторонам света), приказав им поддерживать небосвод, от их имен и произошли названия сторон света (север, юг, восток и запад). Чтобы дать свет только что созданному миру, боги усыпали небесный купол искрами из Муспелльсхейма. Сверкавшие во мраке искры стали звездами. Из них самые яркие – Солнце и Луна, посаженные на красивых золотых колесницах.

Мани и Соль

Колесницы были готовы, кони запряжены. Они с нетерпением ждали отправления в дорогу, по которой теперь они должны будут ездить ежедневно. Но кто будет следить за тем, чтобы они не сбивались с пути? Боги позаботились и об этом. Их внимание привлекли два красивых отпрыска великана Мундильфёри. Он очень гордился своими детьми и назвал их в честь недавно созданных небесных тел: Мани (месяц) и Соль (солнце). Соль, служанка Солнца, стала супругой Глена (сверкающего), который, вероятно, был одним из сыновей Сурта.

Имена брата и сестры были удачно подобраны, так как соответствовали именам их тезок – Солнца и Месяца, потому и, ориентируясь на них, кони не сбивались с пути.

Получив надлежащие наставления от богов, их перенесли на небо, где день за днем они выполняли возложенные на них обязанности и правили конями, несущими их по небесным путям.

Затем боги вызвали Нотт (ночь), дочь Нарви, одного из великанов, и поручили ей заботиться о колеснице темноты, которую вез черный конь Хримфакси (инеистая грива). Когда он мотал головой, роса и иней падали с его гривы прямо на землю.