Другая жизнь?

Горбовский Александр Альфредович

Духи гор, водяные, лешие, домовые… Представление о каких-то невидимых сущностях, живущих рядом с нами, всегда присутствовало в сознании человека. Иногда эти сущности далеки от нас и живут, не причиняя хлопот, но бывает и по-другому: вселяется такая сущность в человека и доставляет много неудобств, а порой и бед. Так кто же они такие? Живучие сказочные герои или реальные, только устроенные не так, как мы, существа? Чем грозит нам такое соседство? Может ли человек как-то воздействовать на них? Попытка разобраться в этих вопросах предпринята в этой публикации.

Тонкие сущности, неведомые существа

Бытие, недоступное глазу

Представление о каких-то сущностях, живущих рядом с нами, но не воспринимаемых нашими органами чувств, присутствовало в сознании человека практически всегда. Оно пронизывает религии и мифологические системы разных народов. Можно с уверенностью утверждать, что в истории человечества не было периода, когда в системе воззрений не присутствовал бы этот элемент.

Воззрения теологов (богословов), философов и мистиков на эти сущности могут заинтересовать и тех, кто сегодня пытается осмыслить подобные феномены. Приведу поэтому некоторые мысли Аристотеля. Он считал, что, помимо людей, зверей, птиц и других известных форм жизни, в мире присутствуют еще некие сущности, не воспринимаемые нашими органами чувств, обладающие более тонким, эфирным телом. И они столь же реальны, как и те, которых можно увидеть. Аристотель, как и другие философы разных эпох, разделявшие это убеждение, высказывал его, не утруждая себя какими-то доказательствами и аргументами. Он не ставил перед собой цели убедить кого-то. Кроме того, знание этой иной реальности, ощущение ее бытия — область скорее глубокой интуиции, чем логических выкладок и рационалистических построений. Поэтому и были так лаконичны мыслители, лишь упоминая, но не аргументируя это свое убеждение. «Признаюсь, — писал Кант, — что я очень склонен к утверждению существования в мире нематериальных существ…»

Пожалуй, более определенно, чем другие, высказывался К. Э. Циолковский. Он верил в возникновение на самой заре существования Вселенной неких «существ, устроенных не так, как мы, по крайней мере из несравненно более разреженной материи». За миллиарды лет своего бытия существа эти, считал ученый, могли достичь «венца совершенства». «Умели ли они сохраниться до настоящего времени и живут ли среди нас, будучи невидимы нами?» — спрашивал Циолковский.

Неспособность наша к восприятию этих тонких структур, иных сущностей, сравнима, возможно, с неспособностью насекомых, скажем пчел, воспринимать существование человека. Люди занимаются пчеловодством более 10 000 лет. Десять тысячелетий подряд они используют пчел, изучают их. Но при этом для самих пчел человек, оказывается, остается за барьером восприятия. Зрение их устроено таким образом, что позволяет различать лишь расплывчатые контуры ближних предметов. В этом колышащемся мареве туманных очертаний контуры человека или контуры дерева одинаково неразличимы и равно безразличны им. Пчелы, считает известный французский исследователь Реми Шовен, даже не подозревают о существовании такого существа, как человек. В той реальности, в которой пребывают они, нет ни человека, ни человечества.

Подобно пчелам, не догадывающимся о существовании человека, мы не воспринимаем, возможно, иные сущности, обитающие рядом с нами. Правда, можем допустить мысль, что они есть. Но каково бытие этих сущностей, каковы мотивы и цели их поступков, если они вообще присущи им, этого мы не знаем. Может быть, они разводят человечество так же, как мы разводим пчел? Неизвестно. Впрочем, может, и слава Богу, что неизвестно.

Рядом с нами

Если у философов и мыслителей представление о неведомых сущностях только присутствует в широком спектре их разнообразных воззрений, то для шаманов, колдунов и многих экстрасенсов это представление — важный компонент их реальности. Эти сущности, по их убеждению, причастны человеческому бытию, они активно участвуют в магической практике, помогая или, наоборот, препятствуя.

Представление о таких сущностях, незримо пребывающих рядом с нами, издавна жило в народном сознании. Часто сущности эти бывают связаны с определенным местом: духи гор, озера или реки. В Средней Азии и на Востоке это всевозможные джинны, аджины, пери, дэвы. В представления о таких сущностях неизбежно переносятся чисто человеческие категории: понятия большей или меньшей силы, могущества, добра или зла, другие свойства и качества, присущие самому человеку.

Русский народ из таких сущностей, связанных с определенным местом, чаще других упоминает домового. Обычно это друг дома, заботящийся о людях, которые живут в нем. В некоем мистическом смысле именно он, является хозяином дома, люди же, живущие в нем, поколения, сменяющие друг друга, — как бы постояльцы. Поэтому, поселяясь в доме или приходя в пустующий дом, чтобы просто переночевать там, полагалось просить разрешения у домового.

Переезжая в новый дом, обычно звали с собой домового. Для этого применяли разные, порой произвольные приемы и слова. Иногда накануне отъезда специально ставили у дверей веник, чтобы на нем везти домового в новый дом. В Новгородской области, когда при переезде ломали старую избу, считалось неблагодарностью и грехом бросить в ней домового. Выносили икону и хлеб и звали; «Батюшка домовой, выходи домой». Икона в этой ситуации — деталь не случайная. Как доброе существо, покровитель дома и семьи домовой вовсе не антагонистичен светлому началу и церкви. Считается, что имя Господне, окропление святой водой, молебен в доме ничуть не мешают ему.

Обычно домовой предпочитает, чтобы хозяевам было известно о нем, и находит способы время от времени ненавязчиво дать знать о себе. Есть сообщения, хотя они и очень редки, что иногда он «показывается», т. е. его можно увидеть. Вот некоторые из таких свидетельств, записанных в начале века в разных местах России. «Пришли из бани, видим: по лестнице на чердак — в красном сарафане, титьки наружу, за печку побежала» (Архангельская губерния). «Всего на все только немного кошки побольше, да и тулово похоже на кошкино, а хвоста нет; голова как у человека, нос-от горбатый-прегорбатый, а рот-от щирокущий» (Вологодская губерния). «Однажды спал я вместе с матерью и проснулся, а ночь была месячная, и накинул на шею матери свою руку, а под руку попала кошка, она сидела на затылке, на волосах, и была не наша, а какая-то серая. На другой день я спросил у матери о чужой кошке, и она мне сказала: „Полно, дурак. Это был домовой, заплетал у меня косу“» (Вологодская губерния). Судя по рассказам, заплетение косиц (или завязывание узлов) — любимое занятие этой сущности. Или во всяком случае, то занятие, которое больше, чем другие, оказывается заметно людям. Вот один из таких рассказов, записанный этнографом:

Порожденные силой мысли

Профессору А. Ф. Охатрину удалось рассчитать и создать аппаратуру для наблюдения за микролептонными полями. Вряд ли исследователи догадывались о том, что они увидят, но наука позволила им заглянуть в призрачный мир иных сущностей и существ, доступный прежде только мистикам и ясновидцам.

— Когда в помещении кто-нибудь мысленно воспроизводит образ человека, — говорит А. Ф. Охатрин, — возникает микролептонный кластер

[2]

, и прибор реагирует на него, всякий раз безошибочно подтверждая наличие такого объекта на данном месте, то есть именно там, где он был порожден усилием мысли.

Подобный кластер, имитирующий образ конкретного человека, способен самостоятельно передвигаться, что также фиксируется приборами. Эта способность кластеров невольно приводит к мысли о другом порождении человеческой мысли и воли — двойниках. Такие двойники двигаются, разговаривают, совершают поступки, могут быть наделены импульсом собственного независимого бытия. Может быть, и микролептонные кластеры, способные двигаться по собственной воле, наделены неким импульсом собственного бытия?

Опыты по созданию мысленного образа проводил в своей лаборатории и профессор А. В. Чернетский. Исследователи пришли к единому выводу: если созданный мысленно образ мысленно же разрушить — он моментально исчезает, — приборы тут же перестают фиксировать его.

Эксперименты привели исследователей к возникновению образований и более сложного плана. Это так называемые мыслеформы — некие энергетические сгустки на полевом уровне, порождаемые мыслями или эмоциональными всплесками, выбросами.

Экзорсисты

[3]

Одержимые

Очевидно, почти во всех языках есть слова «одержимый» или «бесноватый». Они несут тайный ужас перед неведомой силой, вселившейся в человека и подчинившей его. Чтобы пояснить, что имеется в виду и как может выглядеть происходящее со стороны, приведу рассказ, описывающий случай одержимости или вселения в человека некой сущности.

«В селе Нововасильевске Бердянского уезда Таврической губернии жила Екатерина Лаврентьевна Мазаева — моя бабушка. Мне очень часто случалось бывать у ней, а иногда гостить по неделе и долее. Бабушка держала служанку Дуню. Эта Дуня была одержима злым духом. Я называю его злым духом, как все очевидцы называли кого-то постороннего, пребывающего в Дуне, так как голос был слышен помимо ее воли; она не открывала рта, незаметно было ни движения лица, ни гортани, голос выходил как бы из внутренних частей ее организма, и выговор был мордовский, между тем как Дуня говорила чисто русским языком. Злой дух именовал себя „Свирид Степанович“ и любил разговаривать со всеми. Свирид Степанович требовал от Дуни, чтобы она его кормила тем, что ему нравится, но Дуня отличалась честностью и никогда, не спросившись бабушки, ничего не брала и постоянно отказывала Свириду Степановичу. Тогда он начинал волноваться, Дуня падала, корчась в сильных судорогах, кричала, охала.

Присутствующие при этом спрашивают: „Что ты, Дуня? Что с тобой?“

„Я не Дуня, я Свирид Степанович“.

Я сам спрашивал его: „Кто ты такой, Свирид Степанович?“ Он отвечал: „Я из мордвин, шел я в Киев молиться и поссорился с моим товарищем по путешествию. При этом, не имея воды для питья, я рассердился на свою жизнь и покончил с собою — повесился на сосне. После смерти мне много лет пришлось скитаться; меня ни в какое общество „духов“ не приняли, и вот один благодетель посадил меня в Дуню, а она меня обижает, не дает мне того, что мне хочется; ей бабушка не запрещает кормить меня тем, что мне нравится, а она стыдится брать. Так вот я ей задам!“ (Передаю, как он говорил.) Затем начинались корчи, крик, стоны».

Как это происходит

Александр Анатольевич Шлядинский начинал как экстрасенс, пытаясь лечить. Он искренне старался добиться успеха, но статистика, как рассказывает он, была весьма плачевна. Вылечивать удавалось не более 20–25 % тех, кому он хотел помочь. Занимаясь целительством, он, естественно, встречался с другими экстрасенсами. Некоторые из них говорили ему, что при диагностике чувствуют определенную болезнь, говорили о чакрах: «закрытая чакра», «открытая чакра». Он признается, что ничего этого не ощущал, все это оставалось ему совершенно непонятно. Он не чувствовал ничего — ни глазами, ни руками. Так продолжалось до тех пор, пока ему не попалась однажды женщина, больная эпилепсией (таков был официальный диагноз). Очевидно, и в этой области сверхчувственного восприятия существует своя специализация.

Во время припадка, когда у нее начинались судороги, она вдруг принималась кричать, подражая животным — хрюкала, лаяла по-собачьи. Кроме того, в таком состоянии она выкрикивала хулу на христианские святыни и символы. Рвала на себе одежду. Близкие водили ее в церковь, к мощам святых, приглашали священника — ничего не помогло.

— Меня заинтересовало, — рассказывает Шлядинский, — что, в районе живота и ниже я ощутил у нее нечто вроде странной ауры, некое уплотнение без температурной характеристики, вызывающее очень своеобразное чувство. Субъективно у меня оно ассоциируется с понятием вязкости. Эта плотность имеет строго очерченные границы. Переход между местом, где ее нет и где она начинается, очень четок. В других случаях, гораздо реже, такая аура находилась в области сердца или головы; это и есть то место, где располагается эта сущность, если пользоваться для нее самым нейтральным словом. Сущность эта, безусловно, разумная. Когда я обнаружил впервые такую плотность, я стал копаться в литературе. Меня интересовали методики изгнания, известные в средневековье, хотя бы описательные. В одном из текстов я наткнулся на очень интересную вещь. Дело в том, что сам я некрещеный. И вот один из оккультистов упомянул, что в такой ситуации человек может обрести помощь в каком-то символе церкви, например воспользоваться Библией. При этом Библия должна быть освящена в нескольких церквах. После этого над ней совершается определенная магическая процедура. Я проделал все это и решил посмотреть, что получится. Как я понимал, процедура могла оказаться успешной только если на то, что я делал, накладывался припадок. Пытаться изгнать сущность, когда нет припадка, — бессмысленное дело. Поэтому я старался вызвать его. Для этого я читал русские и латинские заклинания. Не считая пустых моих визитов, когда припадков не было, в семи случаях у этой женщины мне удалось вызвать приступы. Пребывая в нормальном состоянии, она очень хотела, чтобы мои усилия принесли результат, потому что ужасно мучилась. Но когда шло мое действие и начинался припадок, та сущность, которая была в ней, обретала полный контроль над ее личностью, над волей и всячески противодействовала мне. Так что на каких-то последних этапах близким приходилось ее даже связывать.

Процедура изгнания заключается в том, что я все время нудно повторяю одно и то же заклинание, делаю передышки и начинаю снова. Делаю это до тех пор, пока не наступает припадок. Тогда в ход пускаются другие средства. Это могут быть другие заклинания, или другой их порядок. Кроме чтения заклинаний я постоянно приказываю сущности выйти из своей жертвы. Причем делать это нужно на повышенных, все возрастающих тонах. В конце даже орать.

Все время, пока я делал это, сущность постоянно общалась со мной. Делала она это через женщину, но говорила всегда не ее, а очень измененным голосом, с другими интонациями и в мужском роде. Пока сущность находится в человеке, с ее стороны это не разговор, а сплошная брань и ругань. Меня и матом она посылала. Иногда идут угрозы. В некоторых случаях — шантаж. Судя по тому, как делалось это и что говорилось, сущность знала обо мне все. Естественно, что у каждого человека могут быть какие-то моменты в прошлом, которые не совсем приятны. Мне было обещано все это разгласить. Более того, сказано было, что факты эти даны будут «в документальном подтверждении». Такая лексика. Обещано было, что убьют всех моих родственников, всех моих знакомых. Само собой, женщина, устами которой все это произносилось, ничего не знала о подробностях моей жизни и о моих близких. А ведь она называла имена всех моих родных и знакомых.