Большая книга ужасов 33

Гордиенко Галина Анатольевна

Оттуда не возвращаются!

Будущая мачеха Сергея, женщина с красивым лицом и злым взглядом, кажется настоящей ведьмой! Что она делает в его доме? Как отец решил жениться на ней? После ее появления мальчика мучают кошмары и неясные… боли и головокружения. С помощью гипноза она заставляет его выпить какое-то отвратительное зелье… Нужно срочно разобраться в происходящем, иначе ему не выжить! И очень скоро Сергей выясняет — его мачеха действительно не человек!

Вкус твоей крови

«С помощью этого зелья любой может превратиться в вампира!» – веселился выдумщик Гришка, показывая друзьям пакетик со странным порошком. Но ему стало не до шуток, когда лучший друг выпил это и... белки его глаз покраснели, зубы заострились, а клыки увеличились! Обычно дружелюбный, он стал мрачным, молчаливым и чуть не убил одноклассника-задиру! Друг разыгрывает Гришку или реально охотится на людей и пьет их кровь?

Оттуда не возвращаются!

Апрельская ночь таяла, занимался рассвет. Небо у горизонта светлело, с каждым мгновением набираясь голубизны, и полоса нежнейшей лазури быстро растекалась над просыпающимися улицами. Радостно приветствовали начинающийся день птицы, казалось, весь город звенит их голосами, и лишь один двухэтажный дом на окраине лежал словно в мертвой зоне, ни одно живое существо не пересекало невидимой границы, окружавшей его.

Тяжелая, какая-то вязкая тишина висела над большим участком. Не чирикали в саду воробьи, не суетились на вскопанных клумбах муравьи, лишь черные крупные вороны дремали на подернутых зеленой дымкой яблонях. Но как только в одной из спален засветилось окно, мрачные стражи тут же встрепенулись, и теперь они неотступно следили за двухэтажным особняком…

Глава 1

Неприятный сюрприз

Сергей проснулся, едва лишь первые солнечные лучи коснулись его лица. Захотелось встать и распахнуть окно — почему-то воздух в комнате казался затхлым, неживым. «Как в гробнице», — подумалось ему вдруг. Он бросил взгляд на часы и решил подождать: вот-вот должна прийти будущая мачеха — будить его, и на этот раз ее ждал сюрприз.

Сергей проверил, на месте ли «подарок», и удовлетворенно усмехнулся — добро пожаловать, Эльвира! На мгновение ему стало неловко за собственную выходку, и Сергей чуть виновато пробормотал:

— А нечего стаскивать с меня каждое утро одеяло! Будила бы по-человечески, ничего бы и не заметила…

Услышав скрип ступеней — мачеха была точна, как лучший в мире будильник! — Сергей закрыл глаза. И с трудом сдержал улыбку, когда Эльвира раздраженно воскликнула:

— Вставай, уже время! Отец ждет тебя к завтраку!

Глава 2

Тараканы в салате

В школу Сергей прибежал после первого звонка и на вопросительные взгляды друзей лишь криво улыбнулся. И порадовался, что вот-вот начнется урок. Ему совершенно не хотелось рассказывать приятелям об очередной неудаче. Жаль, математика сегодня как-то слишком быстро кончилась. На перемене Сергей едва успел выйти из класса. Бесцеремонный Гришка Лапшин, напирая на него сзади, громким шепотом возопил:

— Ну как? Получилось?!

— Как же, жди, — хмуро отозвался Сергей. — Взяла его в руки и даже не ойкнула.

— Да ты что?! — потрясенно ахнула Лена. — Она и змей не боится?

— Получается, так, — кивнул Сергей. — Ни змей, ни мышей, ни тараканов…

Глава 3

Вурдалак или красавица?

Школу Сергей Ильин не слишком любил. Рассеянный от природы, он вечно получал на уроках замечания из-за своей невнимательности. Точные науки Сергею не давались. Физика с математикой казались ему настоящей каторгой. А уж какого труда Сергею стоило вытягивать оценки по ним на твердые четверки… Только рисование ему по-настоящему нравилось! Карандаши, краски, чистый лист бумаги или холст заставляли Сергея забыть обо всех неприятностях. Даже о мачехе. Выплескивая на белоснежный лист или матово поблескивающий холст собственные эмоции, Сергей невольно успокаивался. Вот и сейчас, закончив натюрморт (семиклассники занимались им уже второй урок: гроздь винограда на темном керамическом блюде), Сергей вновь взял в руки кисть. И начал машинально набрасывать портрет мачехи. Писал Эльвиру такой, какой запомнил ее сегодняшним утром, после этой глупой выходки с ужом.

Тонкие, кривящиеся губы — змейкой; холодные, бледно-голубые, почти бесцветные глаза с крошечными, резко очерченными зрачками — как пистолетные дула, ему всегда так казалось! — и правильные, но какие-то поразительно безжизненные черты лица. Даже пышные золотистые волосы Эльвиры казались Сергею неживыми — кукольными. Словно она носила парик. Завершив этот случайный набросок, Сергей принялся за фон. Подумал и добавил немного кармина в нейтральный коричневый тон. И невольно удивился: редкие всполохи красного сделали лицо его будущей мачехи необыкновенно выразительным и… зловещим! Таким, каким видел его в своем воображении Сергей. Именно

эту

Эльвиру он не любил и боялся.

— Боже, что это?!

Сергей обернулся. За его спиной стоял учитель рисования. В серых глазах преподавателя, обычно по-детски наивных, застыл откровенный ужас. Старый Карандаш! Так ребята между собою звали Ивана Петровича Карамзина — довольно известного в городе художника. Он на старости лет решил вдруг пойти в школу, учителем рисования. Искать, как шутили мальчишки, неоткрытые таланты среди серых масс! Класс, правда, Иван Петрович взял себе лишь один. И вел его с самого первого дня. Класс считался экспериментальным, школа гордилась им, хотя директриса не всегда одобряла излишне, на ее взгляд, либеральный подход Ивана Петровича к ученикам. И постоянные отступления от классических «канонов» рисования со стороны некоторых ребят она тоже не приветствовала, но молчала — раз уж это им позволял Карамзин… И она утешала себя тем, что вот уже несколько лет подряд на всех городских и областных выставках первые места брали ученики Карандаша, то есть ее школа. Талант Иван Петрович тоже нашел. У Сергея Ильина. Во всяком случае, сам Карандаш считал именно так. Он давно занимался с Сергеем индивидуально. Гордился его успехами, как своими собственными, и мечтал вырастить настоящего

— Не понял… — растерянно пробормотал Сергей.

Глава 4

В мастерской Карандаша

— Ты что, потащишься к Карандашу прямо сейчас? — разочарованно спросил Сергея Гришка, натягивая куртку.

Обычно они после школы домой не спешили. Бродили какое-то время по улицам. Или шли в ближайшее кафе. Неторопливо ели мороженое и обсуждали свои проблемы или новые компьютерные игры. Изредка Ленка Парамонова приглашала друзей в свою спортшколу. В те дни, само собой, когда тренер занимался с ней индивидуально. Это происходило все чаще: выдающиеся способности якобы у нее обнаружились. Сергей, правда, не слишком хорошо в этом разбирался. Ленкино карате казалось ему настоящей абракадаброй. Даны какие-то там, пояса цветные — запутаешься! Каждому дану, по словам Парамоновой, соответствовал свой цвет. А сам дан отражал степень мастерства. И вроде данов этих насчитывалось шесть или семь. Если только Сергей ничего не напутал. В дзюдо, например, как он читал, — девятнадцать разрядов! И тоже есть даны. Расспрашивать Ленку ему лишний раз не хотелось. Она, рассуждая о своем драгоценном карате, становилась на удивление противной и начинала посматривать на мальчишек сверху вниз. Пренебрежительно и снисходительно. Как старший — на младших. А уж он, Сергей, ее вообще раздражал. С первого класса. Парамонова искренне считала, что это не дело для парня — в свободное время малевать какие-то дурацкие и никому не нужные картинки, и ничуть не стеснялась лишний раз высказаться на эту тему. Весьма ядовито! Язык у нее всегда был подвешен неплохо. Вот спорт, по Ленкиным словам, — совершенно другое дело, и настоящий мужик… Эта тема ей никогда не надоедала! Сергею иногда казалось, что, если бы они не дружили вчетвером практически с пеленок, он Ленкино зазнайство терпеть вообще бы не стал. А так — куда деваться-то? Уж какая есть.

— Ну да, — хмуро кивнул Сергей.

Он поднял с пола вязаную темно-серую шапку и подал приятелю. Покосился на собственную куртку — она осталась на вешалке — и с сожалением сказал:

— Вы сегодня меня не ждите. Сам знаешь, старик поболтать любит.

Вкус твоей крови

Глава 1

Разбойник Тимка

День сложился на удивление бестолково. Гришка с Леной три часа бродили по городу и порядком устали. Ноги буквально гудели, да и настроение опустилось ниже среднего: никакого толку от бесконечной ходьбы!

Да и с погодой не повезло. С утра вроде бы небо было почти чистым, редкие облака лишь подчеркивали его синеву. Солнце казалось ослепительно ярким, на Гришку, едва он вышел из дома, пахнуло то ли недалеко ушедшим летом, то ли близкой зимой… Не по-осеннему светило солнышко! Зато уже через пару часов откуда-то нагнало тучи, да такие темные, да такие низкие, да такие сырые… И сразу стало понятно — сейчас самая настоящая осень. Промозглая, холодная, достаточно поздняя. И болтаться по улицам в такую погоду большой радости не доставляло ни Гришке, ни Лене.

Нужно сказать, что занятий в школе сегодня никто не отменял, но… Тимка! Во всем опять был виноват он! Глупый щенок вчера безжалостно разодрал очередной поводок. Кожаный. Купленный совсем недавно. Порвал, будто он был сшит из ситца! Ладно бы, во время прогулки с ним, с Гришкой. Ему-то не привыкать! И злиться на Тимку из-за такого пустяка Гришка не стал бы. К сожалению, гулять с Тимкой пошел папа. Якобы проветриться перед сном. Мол, тридцать минут энергичной ходьбы очень полезны для здоровья. Исчез он надолго. На пару с Тимкой, естественно. Вернулись оба через два с половиной часа, когда все уже начали волноваться. Гадали — не случилось ли чего? Рядом все-таки проспект Победы, там движение в шесть рядов да две трамвайные линии, мало ли…

Как назло, папа забыл дома сотовый! Встревоженная мама заламывала руки и не отходила от телефона. Бледная бабушка пила валерьянку. Гришка топтался у кухонного окна и до рези в глазах всматривался в темный двор. Он не знал, что думать: самая длинная отцовская прогулка с Тимкой до сих пор не превышала сорока минут. Может, пойти поискать их? Да нет, глупо это. Не заблудились же они!

Тут-то «гуляльщики» и появились. Очень вовремя, надо сказать — Гришка едва успел натянуть куртку. Но в каком состоянии вернулась эта парочка! Грязный щенок виновато шмыгнул в детскую, с глаз долой. А вымотанный папа швырнул Гришке, чуть не попав ему в лицо, жалкие остатки кожаного поводка. Разъяренный папа рвал и метал. И даже топал на изумленного Гришку! Его с трудом успокоили. И уговорили рассказать о произошедшем более связно. История оказалась стара как мир!

Глава 2

Странный магазин

Этот крохотный магазинчик первой заметила Лена. Дело шло к вечеру, настырный Гришка протаскал ее чуть ли не по всему городу, а нужного поводка своему Тимке так и не выбрал. Капризный, чтоб его! Будто он не щенка собрался выгуливать, а бенгальского тигра. Прочность обычного поводка Гришку, видите ли, не устраивает! Лена к этому времени окончательно устала и к тому же заскучала. Прекрасно начавшийся день обернулся для нее мыльным пузырем — не повезло! Лена горестно засопела: «Раз в сто лет сбежать с уроков — это замечательно. Но так бездарно провести выигранное лично для себя время… Глупо!»

Поэтому-то Лена и не смогла пройти мимо маленького, прилепившегося к жилому зданию магазинчика. Нет, даже не магазинчика, а обычной палатки. Или киоска? От скуки! И с досады.

Различных киосков, нужно сказать, в городе оказалось удивительно много. Новых, сделанных из пластика и стекла, и старых — металлических, тяжелых и грубоватых. Сборные палатки из тонкой непромокаемой ткани мирно соседствовали с магазинами и киосками и ничем не выделялись из общего ряда. Торговали везде примерно одним и тем же — фруктами, овощами, всякой расхожей мелочью. Мороженым, например. Соками, водой или пивом. Недорогими сувенирами. Мало ли чем! Лена, равнодушно прошедшая сегодня мимо множества киосков, остановилась именно у этой палатки. Ничего удивительного! Не каждый же день вы видите на улицах своего города абсолютно черные цилиндрические палатки! В ней даже окон не было. Ни одного. Над плотно прикрытыми дверями горела надпись: «Все для Хеллоуина». Буквы красные, как… Просто красные!

Уставшая от бесконечной ходьбы по мокрым улицам Лена уговорила Гришку зайти туда. Если б она могла хотя бы предположить, чем все закончится, — обошла бы зловещую палатку за километр! Нет, за два километра. А еще лучше — за десять! Но Лена ни о чем плохом не думала. Радуясь, что она увидит наконец что-то новенькое, а не надоевший ей за эти долгие часы бесплодных хождений по городу «собачий» ассортимент, она решительно потянула дверь палатки на себя.

— Ничего себе! — потрясенно выдохнул Гришка, с открытым ртом осматриваясь в странном магазинчике.

Глава 3

Ссора на остановке

Когда ребята вышли из палатки, даже почти совсем стемнело. Противный мелкий дождь так и не кончился — он продолжал неспешно поливать и без того мокрые улицы. И тучи, казалось, опустились еще ниже. И ветер порывами бросал им в лица колючие ледяные капли. Свет фонарей вдоль проспекта практически терялся в гуще плотной мороси. Огни реклам размывались. Многочисленные лужи на асфальте тускло поблескивали.

Лена буквально кипела:

— Надо же, так по-идиотски угробить целый день! Что еще мама скажет, если узнает о моем сегодняшнем прогуле! И контрольную, как назло, я пропустила, понесло же меня с тобой…

Гришка перепрыгнул через глубокую лужу. С видимым наслаждением размазал по лицу, горевшему от возбуждения, холодные капли дождя и радостно гикнул. Лена раздраженно покосилась на приятеля, сиявшего словно начищенный медный таз:

— Ну что, купил?

Глава 4

Ужастики на переменах

Несколько дней прошли спокойно. Гришка молчал как рыба. Героически терпел до воскресенья. Чем буквально поразил Лену. К ее искреннему изумлению, на следующий день в школе Гришка ни словечком не обмолвился о странном магазине и о купленном там зелье. Лишь с грустью поведал друзьям, что нового поводка Тимке наверняка хватит ненадолго.

— Тянет, паршивец, как локомотив хороший, — с легким восхищением отозвался он о щенке. — Какой поводок такое выдержит?!

А вот о ларьке с товарами для Хеллоуина Гришка ничего не рассказал. Словно напрочь забыл о странном магазинчике. Впрочем, это не значило, что он вообще молчал! Из трех оставшихся до воскресенья дней Гришка не потерял ни минуты. Почти на всех переменах он пичкал друзей самыми жуткими историями о вампирах, ведьмах, привидениях или банши. О могилах, вскрываемых покойниками темными ночами, о гробах, летающих в полнолуние над кладбищами, и о страшных оборотнях. Гришкина фантазия поражала воображение. Откуда только он выкапывал все эти кошмарики?! Даже Лена, прекрасно понимавшая, что Лапшин просто подготавливает ребят к своему розыгрышу, порою забывала об этом и с невольной дрожью выслушивала вместе со всеми очередной ужастик. А уж если пронимало даже невозмутимую обычно Парамонову, то что говорить об остальных?

Впечатлительная и доверчивая Дина Зимина, прижимаясь к надежному Ленкиному плечу, тряслась порою, как осиновый листок на сильнейшем ветру. При этом она ойкала, айкала, а в самых интересных местах зачем-то крепко зажмуривалась. За эти три дня, как казалось Лене, несчастная Зимина похудела и даже стала сильнее заикаться! Светлана, конечно же, держалась лучше. Взвизгивать, как Динка, она не взвизгивала и глаз не закрывала. Только вот бледнела, словно свежевыстиранное полотно. И пару раз — в особо острые моменты! — не выдержав напряжения, перекрестилась. Это никого не удивило. Света Лукьяненко — в их компании! — единственная по-настоящему глубоко верила в Бога. Остальные как-то не давали себе труда всерьез об этом задуматься. Есть ли — нет ли, их это мало касалось. Они просто жили. Только Серега Ильин выслушивал Гришкины байки с нескрываемой насмешкой. А в самых страшных местах он не дрожал, а фыркал. Уж Сергей-то своего ближайшего приятеля знал как облупленного! И прекрасно понимал, что весь этот многодневный треп — лишь прелюдия. Сам же спектакль немного запаздывал. Но что он скоро последует, Сергей ни капли не сомневался. И ждал очередной Гришкиной «премьеры» с искренним интересом.

Глава 5

Тимка сердится

В воскресенье друзья, как всегда, собрались у Сергея. Они любили бывать здесь.

В новеньком двухэтажном доме ребята чувствовали себя максимально свободно. Может, потому что особняк большей частью пустовал. Сережина мама умерла несколько лет тому назад. Ильина-старшего друзья практически никогда дома не заставали, он вечно пропадал на работе. Карповна же, дальняя родственница Ильиных, присматривавшая за домом и за Сергеем, им никогда не мешала. Старая женщина души не чаяла в своем воспитаннике и его приятелях, она знала их с самого раннего детства. Только Светлана Лукьяненко появилась в их тесной, проверенной временем компании не так давно, но добродушная Карповна и ее приняла с любовью. Когда же Света подарила ей крестик и икону, привезенные ее отцом из Святой земли и освященные там же, старуха окончательно растаяла. Татьяна Карповна была верующей и искренне радовалась, что среди кучки дорогих ее сердцу безбожников появился хоть один «стоящий» человечек.

Гришка Лапшин, как обычно, пришел последним, внаглую опоздав почти на полчаса. Ребята уже допивали чай с восхитительными пирожными, которые Карповна специально напекла к их приходу. Самые их любимые сделала! С ягодами, фруктами, воздушными кремами. Бисквитные, песочные, из сдобного и заварного теста…

Естественно, появился Гришка максимально эффектно! Для начала под окном библиотеки взорвалась мощнейшая петарда. Потом взвыл чем-то рассерженный Тимка. И лишь затем в стекло забарабанил Гришка, довольный произведенным шумом.

— Явился! — невольно хмыкнула Лена.