Ах, карнавал!..

Гордон Люси

После того как Рут Денвер потеряла память, она мечтала только об одном: отыскать своего жениха, ведь тот наверняка многое знает о ее прошлой жизни. Однако Пьетро не спешит помочь любимой. И у него есть на то веские причины.

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Вспышка молнии озарила комнату. Пьетро подошел к окну и выглянул в ночь.

Он любил смотреть на бурю, особенно когда она так же, как сейчас, блистая молниями, бушевала над его любимой Венецией, над Большим каналом, потрясая громыханием старинные здания. Тем, кто вздыхал по красотам Венеции, Пьетро обычно говорил, что этот город вовсе не такой прекрасный и романтичный, как гласят легенды. Скорее уж это место, где совершались предательства и убийства.

Особенно сильный раскат грома оглушительно грянул над палаццо Банелли и затих вдалеке. И теперь за окном слышались только всплески волн, по которым барабанил дождь.

В слабом свете матовых венецианских фонарей, с трудом пробивавшемся сквозь пелену дождя, Пьетро едва различал мрачные пролеты моста Риальто, смутно вырисовывавшегося справа. Этот мост испокон веков находился рядом с его домом. Трехэтажное палаццо из массивного камня — резиденция старинного графского рода Банелли, — построенное более шести столетий назад, на протяжении всего этого времени было и остается одним из красивейших зданий Венеции.

Когда-то в его просторных залах в роскоши и веселье проводили время благородные синьоры и синьорины. Десятки слуг сновали по коридорам и лестницам. На великосветские приемы, устраиваемые здесь, приглашались только избранные, принадлежавшие к высшей аристократии тех времен…

ГЛАВА ВТОРАЯ

Пьетро сидел на кровати Рут и пытался ее успокоить. Во сне она звала кого-то, протягивая к нему руки. Радость в ее глазах сменилась испугом, когда она открыла глаза и в тусклом свете ночника увидела перед собой Пьетро Банелли.

— Вы кричали во сне, — смущенно объяснил он.

— Мне снился кошмар, — прошептала она. — Джино…

Помнила ли она то, как протягивала к Пьетро руки и пыталась поцеловать? Или о том, как говорила: «Я люблю тебя»? Хотя в таком состоянии вряд ли что-нибудь можно помнить.

— Если хотите, давайте о нем поговорим, — предложил Пьетро.