Личные игрушки демона

Горовая Ольга Вадимовна

Это предыстория, в чем-то — короткий эпиграф к роману о демоне Зепаре, который очень любил играть чужими жизнями…

Вам никогда не казалось, что не вы управляете своей судьбой? Что близкие вам люди, да и вы сами, вдруг, самым странным и непонятным образом начинаете совершать непонятные, необъяснимые и жестокие поступки? Кто-то может сказать, что в вас вселился дьявол. Но ведь вы не настолько суеверны, чтобы верить этому…

Во всяком случае, до тех пор, пока сами не превращаетесь в низшего из демонов, в чью задачу входит лишь развлекать Зепара, раз за разом сталкиваясь в схватках с другими, подобными себе…

Предпролог

Солнце медленно и неуклонно опускалось вниз, грозясь вот-вот исчезнуть, раствориться в море. По теплой и неподвижной водной глади разбегались последние, красновато-багровые блики его лучей. И вся вода казалась обагренной кровью, несмотря на совершенно иной, заявленный в названии водоема оттенок глубин.

«Впрочем, если все пойдет по обычному плану, то скоро здесь, в самом деле, прольется немного крови».

Губы дернулись, когда Зепар улыбнулся.

Хотя, стороннему наблюдателю, если бы имелся таковой в этом парке, обладающий навыком видеть демонов, эта улыбка показался бы не более чем приподнятым уголком губ. Да и то, несущим скорее угрозу, чем веселье.

Пролог

Большая, потная и грубая ладонь жестко мяла плоть ее груди через тонкий батист. Этот пьяный идиот никак не мог нормально опустить вырез платья так, чтобы обнажить ее соски. Так же, как раз за разом терпел неудачу в преодоление преграды ее панталон. А оттого сопел и обозленно хрюкал, словно жирный боров.

Катерине было душно. Ее едва не тошнило от смрада его потного, немытого тела и смеси винных паров, который обильно источал этот офицер, кичившийся своим приближенным положением к губернатору.

Однако Катерина не пыталась высвободиться. Даже немного изогнулась, чтобы наконец-то высвободить грудь, в кожу которой больно врезался один из швов нижнего белья. Раздался тихий треск рвущейся материи. Офицер довольно хохотнул.

— Да ты, словно, дворовая сучка, — хрипло пробасил он заплетающимся языком. — А с виду — недотрогу корчишь. Небось, часто к мужикам в штаны лезешь, пока муж играет?