Душа осени

Горшкова Яна

Пролог

Мое имя Рамборг Лиэссат ан Аэнвэль.

Пожалуй, это единственное, что я посмела бы произнести, не стесняясь быть услышанной.

Сказать вернее, это вообще единственная фраза, которую я имела право произносить. Право имени — только им я и обладала, ничем более. Вот бы еще кто-нибудь давал себе труд меня слушать! Но редко такое случалось, практически никогда, а еще реже оно произносилось вслух, мое имя.

Позор Правящего Дома.

Кривой побег на родовом древе.

Часть первая

Глава 1

Рамборг Лиэссат, княжна из Дома Вереска. Рэир.

Снег выпал не уж так давно, но навалило его уже порядочно, и он все шел и шел, первый серьезный снегопад давно уже наступившей зимы. Облака висели низко, так, что гор было не видно за сплошной светло-серой пеленой. Озеро Аэл-Драг'йет, Драконий Глаз, покрылось блестящей белой коркой свежего льда, и только на южном его конце, там, где родники били со дна, темнела полынья. Тихо было в заснувшем лесу, светло и мягко. Остаток зимы обещал покой и отдых, от которых я несколько отвыкла за годы, проведенные на пограничных заставах. Там-то мы радовались снегу, как давно желанному гостю, но, в основном, потому, что стеречь заснеженный границу гораздо проще, чем утопающую в осенней грязи, на которой даже опытный эльфийский страж рубежа не всегда разглядит след нарушителя.

Я любила снег просто за то, что он есть, любила с детства, но… возвышенное любование падающими снежинками отнюдь не разрешало проблему дров. Заготовленные ранее поленницы следовало пополнять, и на сегодня у нас был назначен общий поход за топливом, благо треск падавших ночью под тяжестью снега деревьев слышали все. Мы пошли втроем — я, Эрил и Хэлгэ. Остальные занялись кто чем: Флайн остался в лагере, а Эхэль и Айглатт подались на охоту. Кэр рыбачил на озере с самого утра, Маэрхэм и Таэрлин были в дозоре, Ллиах, наш целитель, разбирал свои травки, прибрав в качестве помощника Лаэрта. Из членов нашего братства-по-мечу здесь отсутствовали только Ээйрэ и Лиэ, и вся собравшаяся на отдых компания периодически косилась на меня, пребывая в уверенности, что уж Рамборг-то точно знает, почему их с нами нет. Я знала, но ведь напрямую меня пока никто не спрашивал!

Мы вернулись уже затемно — последний рейд за дровами занял времени больше, чем четыре предыдущих. Я вывозилась в снегу по самые уши и тихо бурчала под нос. Увы, там, где чистокровки вроде Эрила и Хэлгэ проходили легко, погружаясь лишь по щиколотку, я проваливалась по колено, а то и по пояс, и весь наш путь можно было с легкостью проследить по той борозде, что пропахала в снегу светлая княжна Рамборг Лиэссат. Что поделать! — несмотря на все тренировки и прочие пытки, коим я регулярно подвергаю свое тело, с природой не поспоришь. Я все-таки потяжелее, чем мои сидхэ, да и вес моего тела распределяется немного по-другому, чем у мужчин. В который уже раз убедившись, что «легконогой» меня назвать нельзя, я попробовала было расстроиться по этому поводу, но безуспешно. За годы, проведенные на границах, я убедилась, что мои достоинства все же перевешивают недостатки, тем более, что окружающие их недостатками вовсе не считают. К тому же, чашка горячего питья, живо поданная мне Флайном, сразу подняла мне настроение, а у зимнего нашего очага было тепло и уютно.

Глава 2

Рамборг Лиэссат. Рэир.

Наша барка звалась «Вэссэ», и шли мы сейчас по левому рукаву Лиэ'Вэлл. Речное путешествие приближалось к концу, а я все еще не понимала цели похода. Честно сказать, чем дальше, тем более бессмысленным мне этот самый поход казался.

«Ллаэслин отправил нас играть в солдатики, — зло подумала я, отодвигая ворох бумаг, — Но почему?»

Дальнейшее сидение над бумажками было совершенно бесполезным, поэтому я бросила все и поднялась на палубу.

Глава 3

Лиэ Лиэх?хэл, наследный князь Дома Вереска. Лиан.

Он взбежал по лестнице легко и быстро, так, что ни одна ступенька не выдала его движений своим скрипом, взбежал — и замер на полушаге, на полувздохе даже, ошарашенный, нет, оглушенный тем, что увидел.

Лестница здесь делала поворот, и уголок получился очень укромный, закутанный в полумрак, как в теплый платок. В этом-то уголке и скорчилась давешняя девушка, судорожно вцепившись в перильца, практически повиснув на них. И дрожащее изжелта-зеленое марево страшной давней боли, боли, ставшей уже привычной, обнимало ее, льнуло к вздрагивающему в приступе удушья телу, цеплялось за тонкие пальца, пытающиеся распутать шнуровку рубашки.

Она дышала коротко и прерывисто, словно боролась за каждый глоток воздуха с противником заведомо сильнейшим и безжалостным. Лицо ее было повернуто вполоборота в сторону Лиэ, но вряд ли она видела его… нет, огромные, кажущиеся черными из-за расширенных зрачков, глаза видели что-то совсем иное, смотрели прямо в это враждебное нечто.

Глава 4

Лиэ Лиэх'хэл. Лиан.

— Они слушают, — Лиэ, благодушно наблюдавший, как Кирт доедает предпоследний яблочный пирожок на меду, насторожил уши и ухмыльнулся. — Точно, слушают. Интересно, что рассчитывают услышать?

— Ты не догадываешься или меня дразнишь? Ты же снял женщину на ночь! У вас там что, борделей нет?

Глава 5

Лиэ Лиэх'хэл. Лиан.

Лиэ вынырнул из серебристой вязи своих эльфийских снов, полных пением ветра и шелестом осин… нет, не только. Там было что-то еще, что-то, ускользнувшее на грани пробуждения.

В комнату лениво вползали сумерки; он спал всего несколько часов, и ему не удалось как следует восстановить силы, столь опрометчиво потраченные накануне.

Сидхэ зевнул.