Дьявол и Шерлок Холмс. Как совершаются преступления

Гранн Дэвид

Недостает в наше время людей, обладающих логикой и проницательностью Шерлока Холмса, — об этом красноречиво свидетельствуют собранные в этой книге криминальные истории, — но расследования знаменитого сыщика по-прежнему будоражат умы наших современников. Находятся и те, кто не сомневаются в его реальности, а Конан Дойля считают лишь его летописцем. Быть может, исчезнувшие рукописи писателя помогут разрешить эту проблему?

Попытка разгадать тайну пропавшего архива стоила жизни Ричарду Ланселину Грину, поклоннику и исследователю творчества Конан Дойля.

Предисловие

Работа репортера, как и работа детектива, прежде всего сводится к вычеркиванию: собираешь и перепроверяешь множество версий, покуда — как говорит Шерлок Холмс — не останется единственная, и она-то и есть истинная. Хотя о самом Холмсе речь идет лишь в одном рассказе этого сборника — о загадочной смерти самого известного в мире специалиста по приключениям великого сыщика, — тайна присутствует во всех двенадцати историях. Во многих из них главные герои выступают в роли ищеек — польский следователь, пытающийся разобраться, не оставил ли автор постмодернистского романа в своей книге ключей к вполне реальному убийству; ученые, гоняющиеся за морским чудовищем; мошенник, внезапно заподозривший, что его самого перехитрили. И даже в рассказах, казалось бы, совсем иного жанра содержатся загадки: скрытая от глаз прохожих жизнь диггеров, прокладывающих водопровод под Нью-Йорком; чудо бейсболиста, не желающего поддаваться возрасту. В отличие от «Рассказов о Шерлоке Холмсе» истории эти подлинные, и герои их — простые смертные. Подобно доктору Ватсону, они порой смотрят, но не видят, какие-то кусочки мозаики ускользают от них. Далеко не у всех историй счастливый конец: иные персонажи доходят до лжи и убийства, другие теряют рассудок.

Один из секретов привлекательности Шерлока Холмса для читателя в том, что он возвращал хаотичному миру порядок и смысл, а меня при работе над этой книгой больше занимала неупорядоченность жизни и стремление человека хоть что-то в ней понять.

Часть первая

Таинственные обстоятельства

Странная смерть фанатичного поклонника Шерлока Холмса

Ричард Ланселин Грин, признанный лучшим исследователем творчества Конан Дойля и его знаменитого на весь мир персонажа Шерлока Холмса, наконец-то раскрыл — во всяком случае, так ему казалось — загадку исчезнувших рукописей.

Двадцать лет он искал это сокровище — письма, дневники, вообще архив Артура Конан Дойля, который оценивался примерно в четыре миллиона долларов. Считалось, что с ним связано проклятие, подобное тому, на основе которого построен сюжет наиболее известного из дел сыщика Холмса — «Собаки Баскервилей».

Бумаги исчезли в 1930 году, после смерти сэра Артура, и без них было невозможно написать полную биографию писателя, а именно такую задачу — увековечить жизнь любимого автора — ставил перед собой Ланселин Грин. Многие исследователи уже отчаялись, считая, что архив рассеян по миру, пропал, а возможно, даже уничтожен. За несколько месяцев до нашей истории лондонская «Таймс» писала, что местонахождение архива превратилось в «тайну, дразнящую воображение, как любая из тайн, распутанных на Бейкер-стрит, в доме 221-6», — как всем известно, именно в этом доме на Бейкер-стрит жили Шерлок Холмс и доктор Ватсон.

Вскоре после того, как Грин приступил к своему расследованию, ему стало известно, что один из пятерых детей Конан Дойля, Адриан, с согласия всех остальных наследников, спрятал бумаги где-то в своем швейцарском замке. Далее Грин выяснил, что Адриан, уже без ведома своих братьев и сестер, вынес и перепрятал кое-какие бумаги в расчете продать их коллекционерам. Однако прежде, чем Конан Дойлю-младшему удалось осуществить этот план, он умер от сердечного приступа, тем самым положив начало легенде о проклятии архива. И каждый раз, когда Грин пытался глубже проникнуть в эту загадку, он натыкался на сплошную паутину лжи, сотканную наследниками (в их числе была и самозваная русская княжна), которые обманывали и запутывали друг друга, надеясь завладеть отцовскими и дедовскими бумагами.

Многие годы Ланселин Грин исследовал и тщательно просеивал имевшиеся в его распоряжении свидетельства и показания, беседовал с родственниками Конан Дойля, и в конце концов запутанный след привел его в Лондон, в дом Джин Конан Дойль, младшей дочери писателя.

Испытание огнем

Виновен ли человек, казненный в Техасе?

Огонь быстро охватывал дом — одноэтажное деревянное строение в рабочем пригороде Корсиканы, на северо-востоке Техаса. Языки пламени лизали стены, прорывались в коридоры, пузырилась краска, трещали половицы. Дым заполнил все помещение; сквозь щели в окнах он пробился наружу, заволакивая бледное утреннее небо.

Баффи Барби, одиннадцатилетняя девочка, жившая по соседству, играла спозаранку у себя во дворе, как вдруг почувствовала запах дыма. Она бросилась домой и сказала об этом своей матери Дайане; вместе они побежали на запах и увидели недалеко от своего дома горящее здание. На крыльце стоял Камерон Тодд Уиллингэм, обнаженный до пояса, в одних джинсах, весь измазанный сажей, даже его волосы и ресницы были опалены. При виде соседок он закричал: «Мои малыши горят!»

Трое детей — годовалые девочки-близнецы Кармон и Камерон и двухлетняя Эмбер — оказались в огненной ловушке. Уиллингэм попросил вызвать пожарных; Дайана побежала по улице, призывая на помощь, а Камерон нашел палку и разбил окно в детской. Из него вырвался огромный язык пламени; Камерон разбил другое окно, однако и оттуда вырвался огненный вал. В отчаянии Камерон отступил и опустился на колени перед своим горящим домом.

Позднее соседка рассказала полиции, что Уиллингэм все время кричал «Малыши! Мои малыши!», а потом вдруг замолчал, словно, по ее словам, «заставил себя не думать о пожаре».

Вернувшись к месту происшествия, Дайана Барби даже на расстоянии почувствовала, какой силы жар исходит от горящего здания. Через несколько мгновений все пять окон в детской лопнули и огонь «так и хлынул наружу», по словам миссис Барби. Прошло еще несколько минут до прибытия пожарной машины; Уиллингэм бросился навстречу пожарным с криком, что его дети заперты в своей спальне, а там огонь сильнее всего. Начальник спасателей приказал подчиненным «задавить огонь».

Хамелеон

Множество жизней Фредерика Бурдена

3 мая 2005 года во Франции какой-то человек позвонил по горячей линии, служащей для сообщений о пропавших и подвергшихся насилию детях. Он — турист, сообщил этот человек, и, проезжая через Ортез поблизости от Западных Пиренеев, видел там на железнодорожной станции пятнадцатилетнего мальчика — одного и явно испуганного. Звонок с тем же сообщением поступил и по другой горячей линии, а вскоре и сам мальчик добрался до местного отделения социальной защиты детей.

Невысокий и худенький, с бледной кожей и дрожащими руками, нижняя часть лица закутана шарфом, глаз толком не разглядеть из-под козырька бейсболки. Денег и вещей у подростка при себе не было, но имелся мобильный телефон и удостоверение личности на имя Франсиско Эрнандеса Фернандеса, родившегося 13 декабря 1989 года в Качересе (Испания). Мальчик казался напуганным и поначалу отмалчивался, но постепенно из него удалось вытащить основные сведения: его родители и младший брат погибли в автокатастрофе, сам он пролежал несколько дней в коме, а когда пришел в себя, его отправили жить к дяде. Тот дурно с ним обращался, поэтому он удрал во Францию, откуда родом была его мать.

Франсиско поместили в приют Сен-Винсент-де-Поль в соседнем городе По. В этом учреждении содержалось около тридцати мальчиков и девочек, или брошенных родителями, или изъятых из неблагополучных семей. Приют представлял собой старинное обветшавшее каменное здание, на крыше которого находилось изваяние святого Винсента, держащего на руках ребенка.

Франсиско предоставили отдельную комнату. Он очень обрадовался возможности переодеться и вымыться в одиночестве, поскольку, как он пояснил, после аварии все его тело изуродовано ожогами и шрамами.

Паренька определили в коллеж Жана Моне, где училось примерно четыреста детей, по большей части из бедных районов и неблагополучных семей. У коллежа была репутация сурового заведения; впрочем, кое в чем новенькому пошли навстречу: хотя ученикам запрещалось надевать головные уборы, директриса Клэр Шадурн сделала исключение для Франсиско и разрешила ему носить его бейсболку — прикрывать шрамы на голове, чтобы его не дразнили.

Настоящее преступление

Убийство в духе постмодернизма

На юго-западной окраине Польши, вдали от больших городов, русло реки Одер резко поворачивает. Берега здесь поросли густой травой, над ними нависают кроны дубов и сосен. В эти места заглядывают только рыболовы: здесь хорошо ловятся окуни и щуки.

И вот однажды холодным декабрьским утром 2000 года, когда трое друзей забросили удочки и ждали поклевки, один из них вдруг увидел, что в воде недалеко от берега плавает какой-то непонятный предмет. Сначала он подумал, что это бревно, но, подобравшись ближе, понял, что это что-то другое. Он позвал одного из друзей, тот подцепил странный предмет удочкой, подтянул ближе… Это был труп.

Рыболовы позвонили в полицию, наряд прибыл на берег и вытащил из воды тело мужчины. Шея была стянута веревочной петлей, руки связаны за спиной. Конец веревки свободно болтался. Похоже, руки погибшего крепко связали с шеей, так, чтобы при малейшем его движении петля на ней затягивалась все туже. Из-за этого тело несчастного сильно прогнулось назад, но потом, по-видимому, веревку в этом месте кто-то перерезал ножом. Не было сомнений, что произошло жестокое убийство. Из одежды на жертве было только нижнее белье и толстовка, а на теле остались следы пыток.

Патологоанатом не обнаружил в желудке никаких следов пищи. Значит, перед смертью погибший несколько дней голодал. Каким образом он был убит? Сначала предположили, что его задушили и сбросили в реку уже мертвым, но наличие воды в легких указывало, что он был утоплен.

Убитый — высокий, с длинными темными волосами и голубыми глазами — соответствовал описанию тридцатипятилетнего бизнесмена Дариуша Янишевского, жившего примерно в ста километрах от места обнаружения трупа, во Вроцлаве. За три с половиной недели до страшной находки его жена заявила об исчезновении мужа. В последний раз его видели 13 ноября: он выходил из своего маленького рекламного агентства, расположенного в центре Вроцлава.

Куда он бежал?

Пожарный, который забыл и сентября

У пожарных, которым постоянно приходится сталкиваться с гибелью людей, выработался как бы некий свой внутренний регламент поведения, предписывающий необходимые действия, направленные на то, чтобы облегчить живым боль утраты. Вот почему, когда 11 сентября экипаж машины № 40 расчета 35 узнал, что все их товарищи, откликнувшиеся на вызов из Всемирного торгового центра, — двенадцать человек, включая капитана и лейтенанта, — погибли под рухнувшим зданием, он поспешил на пожарище, чтобы, согласно этому внутреннему кодексу, хотя бы вынести тела из огня.

Возле того места, что позднее назовут Ground Zero, пожарные увидели машину своего расчета и сопровождавший ее грузовик, сплошь покрытый сажей. Они попытались «реконструировать» действия своих товарищей: куда те должны были устремиться в первую очередь? Что именно они должны были делать непосредственно в районе катастрофы?

Рядом с грузовиком валялась запасная обувь нескольких пожарных, чья-то сброшенная второпях рубашка да солнечные очки. Прибывшие спасатели разделились на команды и принялись тщательно прочесывать руины, пытаясь обнаружить хоть какие-то следы своих товарищей. Им ничего не удалось найти. Похоже, огонь не только убил людей, но и уничтожил их останки.

К вечеру, когда число жертв исчислялось уже тысячами, спасательная команда отыскала под развалинами живого человека. Его опознали — Кевин Ши, член экипажа машины № 40, расчет № 35. Его вынесли и перевезли в больницу в Нью-Джерси. Товарищи, сменившись с дежурства, примчались в больницу, чтобы расспросить его о судьбе остальных одиннадцати человек — кто знает, быть может, они где-то лежат под обломками. «Раз удалось вытащить одного, возможно, и других вытащим», — так рассуждал Стив Келли, ветеран пожарного департамента.

Ребят пропустили в больничную палату к Кевину. Со сломанной в трех местах шеей и оторванным пальцем парень тем не менее выглядел вполне бодрым и рад был видеть друзей. Они осторожно обняли его и заторопились с вопросами: