Воспоминания воображаемого друга

Грин Мэтью

Макс Дилэйни не одинок. У него есть друг Будо. Правда, Будо — воображаемый друг, только Макс может его видеть и с ним общаться. Мало кто об этом знает, но у большинства детей есть такие воображаемые друзья, они присматривают за своими подопечными вплоть до того момента, когда ребенок перестает их воображать. Тогда они исчезают. Но друг Макса — особенный, он задержался рядом с Максом дольше обычного, и, когда случилось несчастье, он единственный, кто приходит на помощь другу. Ведь для друга нельзя жалеть ничего, даже жизни.

Глава 1

Вот что мне известно.

Меня зовут Будо.

Мне пять лет.

Пять лет — очень много для такого, как я.

Имя мне дал Макс.

Глава 2

По сравнению с другими мне повезло. Я живу уже дольше многих. Однажды знал я воображаемого друга по имени Филип. Тот был другом мальчика, который учился в одном подготовительном классе с Максом. Так вот этот Филип протянул меньше недели. В один прекрасный день он перебрался в реальность — при этом выглядел очень даже по-человечески, только ушей не хватало (у многих воображаемых друзей нет ушей), — а потом, через несколько дней, исчез.

Еще мне повезло, что у Макса богатое воображение. Знал я как-то одного воображаемого друга по имени Чамп, так тот вовсе был пятном. Обыкновенным черным бесформенным пятном на стене. Чамп умел разговаривать и елозить вверх-вниз, но он был двухмерным, как лист бумаги, и не мог отрываться от стенки. У него, в отличие от меня, не было ни рук, ни ног. Не было даже лица.

Внешность воображаемых друзей зависит от воображения того, кто их придумал. У Макса воображение отличное, и потому у меня есть две руки, две ноги и лицо. Есть все, что есть у людей, а это большая редкость. Почти у всех воображаемых друзей чего-нибудь да не хватает, а некоторые вообще на людей не похожи. Как Чамп.

Впрочем, чрезмерно развитое воображение тоже бывает вредно. Знал я как-то одного воображаемого друга по имени Птеродактиль, так у того глаза висели на тонких таких, зеленых антенках. Друг Птеродактиля наверняка думал, что это круто, а бедный Птеродактиль ни на чем не мог сосредоточиться. Мне он как-то пожаловался, что его постоянно укачивает, и еще, что он без конца спотыкается, потому что ноги у него нормальные, а ступни не ступни, а какие-то кляксы. Его друг-приятель так увлекся головой и антенками, что почти забыл о том, что должно быть ниже пояса.

Так часто бывает.