Терской фронт (СИ)

Громов Борис Николаевич

Простой омоновец в сложной ситуации. С одной войны на Кавказе он попал на другую. Не менее, а может и более, жестокую и кровавую. Но ОМОН не сдается, даже если вокруг вместо давно ставшей привычной Чечни — пока еще не очень понятный Терской Фронт.

Нет, ребята, ей богу, нравится мне Моздок! Тихий городок, уютный. Чистые улицы, широкие тротуары. Большая часть города — увитые зеленью плюща и винограда одноэтажные домики, по-кавказски просторные, с большими тенистыми дворами, верандами, беседками, летними кухнями. И народ приветливый, гостеприимный. Даже сложно представить, что всего в тридцати с небольшим километрах от этого райского уголка вот уже почти два десятилетия полыхает огнем войны Чечня. Там гремят взрывы, прорываются сквозь засады колонны, уходят в рейды по горам группы спецназа. А тут — тишина и сонный покой. Честное слово, как надоест мне воевать, выйду на пенсию — куплю себе тут домик и буду в огороде ковыряться, да виноград на домашнее винцо выращивать! А что? Вполне достойная старость. Главное — дожить…

В Моздок мы приехали вчера в обед. Вернее, не приехали, а приползли, почти как у Утесова, «на честном слове и на одном крыле», но об этом чуть позже. Из Москвы нам, наконец, привезли еще в самом начале командировки заказанные стройматериалы: доски, брус, цемент, без которых ремонтные работы на нашей базе под Беноем замерли без подвижек, словно «Аврора» на Неве. Кроме того, в Веденский район мы увезем новый электрогенератор и целую груду коробок разного размера и веса — всему отряду родственники из Подмосковья подарков с оказией отправили. За несколько часов все это было перегружено в бортовые «Камазы», а вечером мы, ополоснувшись в душевой МВДшного автохозяйства, неплохо посидели в маленькой шашлычной: покушали отличного свиного шашлыка, выпили по паре литров разливного светлого пива, пофлиртовали с симпатичными девчонками, сидевшими за соседним столиком. А вот теперь нам пора уезжать. И почему все хорошее так быстро заканчивается? Да и вообще… Не то, чтоб я был сильно суеверным, но как-то мне сегодня не по себе. Тревожно. Муторно. Что называется, «вещун разыгрался». Будь моя воля — никуда б не поехал. Но от меня в этом вопросе ничего не зависит.

Смотрю на постепенно светлеющее небо. На востоке тонкая полоска между скрытым туманной дымкой горизонтом и низкими сине-серыми облаками уже вовсю наливается густым малиновым цветом. Бросаю взгляд на часы. Уже почти половина шестого, но солнце пока не встало. Ничего не попишешь, на дворе не лето все-таки. Сентябрь к середине подошел, светает позже. За спиной фыркают стартерами двигатели грузовиков. Оглядываюсь на стоящих рядом Ваню и Ярослава.

— Ну, чего, парни, время. Давайте по машинам.

Эпилог

— Ну, так что, молодой человек? Решились?

Генерал-Губернатор Терского Фронта, пожилой и, если бы не китель с генерал-полковничьими погонами и внушительным «иконостасом» на груди, совершенно не военного вида дедуля с коротко стриженым ежиком седых волос и умным, пронзительным взглядом карих глаз внимательно смотрит на меня. Да уж, подумать есть над чем. Такие предложения каждый день не делают. Но, если честно, как-то не ожидал я подобного, когда меня вдруг в Ханкалу вызвали. Думал, что к медали меня какой-нибудь представили, а может, чем черт не шутит, и к ордену. Вон, на всех выживших бойцов Охранной Роты и Дорожной Стражи за прошедшие две недели просто настоящий дождь из наград пролился, да и ополченцев с наемниками не забыли. Правда, последних награждали все больше деньгами: первым порушенное турками хозяйство восстанавливать нужно, вторыми тоже звонкая монета как-то больше интересна. А тут — такая вот неожиданность.

— Благодарю, товарищ генерал, но, я, пожалуй, откажусь. Нет, вы не подумайте, должность командира Охранной Роты и капитанские погоны — предложение щедрое, даже, пожалуй, слишком. Но вот только у меня другие планы.

— Не поделитесь? — Генерал-Губернатора мой отказ если и удивил, то он это никак не показал.