Семейные тайны

Гусейнов Чингиз

Чингиз Гусейнов

СЕМЕЙНЫЕ ТАЙНЫ

Коль скоро сокрытое, о чем поведано с наивной искренностью идущего на исповедь и поучающей прямотой проповедника, стало явью, автору не терпится сказать, что эти истории случились много лет назад, еще до знаменитого грязевого извержения, чему, как помнится старожилам, сопутствовали и гулкое землетрясение, и срезающий макушки деревьев ураган, а потом всплыли наружу нелюди, пошли грабежи, пролилась кровь, и беломраморный, сверкающий на солнце чудо-город, так манивший все годы к себе, вдруг потускнел, отдалился, а сердце… но о том в свое время, а пока автор просит читателя не утруждать себя поисками аналогий в романе, написанном в память об умершем друге, чья жизнь была полна надежд, которым, увы, уже не сбыться, и ветхие страницы треплет ветер.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ О ТОМ, ЧТО СОЛНЦЕ УЖЕ ЗАКАТИЛОСЬ, УЙДЯ ЗА ОСТРОВЕРХИЕ ХОЛМЫ, но еще светло и видны на высоком, как небо, потолке смутные лики нависших ангелов и контуры крыльев.- масляная краска итальянского мастера, некогда приглашенного сюда миллионером-нефтепромышленником расписывать восточный дом на европейский манер, где вскоре будет принята царская особа, поблекла, истерлась, и не верится, что неровные серые пятна были когда-то ослепительно белыми облаками, и небо было огромным над. залом приемов, и оркестр, и танцы на фигурном паркете, а теперь, никто уже не помнит, когда это случилось (и уплотнили дом), зал разделен на комнаты, и у одного из ангелов ноги остались, отрезанные, на той стороне, за стеной.